GEMcross

Объявление

    постописцы: освальд - жан - дэниел
    Aaron Minyard & Neil Josten
    Idfc [all for the game]

    Информация о пользователе

    Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


    Вы здесь » GEMcross » голубой карбункул » This place about to bloooooow


    This place about to bloooooow

    Сообщений 1 страница 13 из 13

    1

    This place about to bloooooow
    "Ke$ha - Blow"
    https://forumupload.ru/uploads/001b/2f/0f/261/359267.gif https://forumupload.ru/uploads/001b/2f/0f/261/276750.gif
    Инеж Гафа, Джеспер Фахи

    когда вы только начинаете работать вместе то приходится притираться друг к другу во всех смыслах

    +4

    2

    Если в «Зверинце» Инеж казалось, что время тянется медленно, как стекающая с ложки капля меда, то в Клепке дни проносились стремительным галопом: двадцати четырех часов было мало, чтобы успеть сделать все, что ей хотелось – и что от нее требовалось.

    Когда Каз не гонял ее по поручениям (изучи город, подслушай здесь и там, потрать несколько часов на взлом замка и не возвращайся, пока не закончишь – или пока не закончатся целые отмычки), Инеж гоняла себя сама: это было ее наглым вызовом тому дневному распорядку, который она оставила в Доме Экзотики. Инеж была благодарна за каждый лишний час, который ей больше не приходилось (и никогда не придется) тратить, расписывая свои плечи и руки пятнами, имитирующими рысью шубу: теперь она могла позволить себе умыться, заплести волосы в крепкую косу, уделить на минуту больше утренней молитве в своей маленькой комнате - и сразу же взяться за дело.

    Кому-то такой режим показался бы невыносимой проверкой на прочность духа, но Инеж была благодарна. Она выросла в караване и с детства изнуряла свое тело тренировками: нынешний уклад ее жизни, несмотря на присутствие в нем криминальных элементов вместо цирковых, был ей куда ближе.

    В Клепке не было акробатического инвентаря для тренировок в традиционном понимании, зато было много разного хлама: исследуя ветхое здание (ведь в первую очередь хороший паук должен изучить место своего обитания), Инеж находила ведра с чистящими средствами в кладовках, сложенные по углам одеяла, свернутые в тюки (на них любили прикорнуть те, кому было лень ползти до своей комнаты - либо кто доползти не мог по пьяни) и еще много чего. Самой неожиданной находкой был плотно сбитый тренировочный манекен, завалявшийся под главной лестницей - кто-то даже нарисовал на нем злую рожу с крестиками вместо глаз. По утрам, когда большая часть обитателей Клепки спала крепким сном, по пробуждению обещавшим болезненное похмелье, Инеж вытаскивала этот манекен и училась ставить удар, разбирая себя и свои ошибки на компоненты - так же, как отец в детстве учил ее отрабатывать трюки сначала на земле, прежде чем переходить на канат.   

    Инеж была маленькой – как преимущество, так и недостаток. Очень ловкой и быстрой – определенно преимущество. У нее не было ни правильной техники, ни поставленного удара – и вот это уже проблема. Она, конечно, могла надеяться, что Святые уберегут ее от прямого столкновения в драке с тем, кто будет выше и крепче, чем она (то есть, с большей частью обитателей Бочки), но верить в такое – все равно что праздно прогуливаться вдоль Пятой Гавани и надеяться, что у тебя не срежут кошелек.

    Инеж выдохнула и нанесла по манекену еще один удар, прыгая и отскакивая на носочках, как на канате во время представления. Потом еще один. И еще. Ей нужно было закалиться и привыкнуть держать мышцы в постоянном напряжении: за год в «Зверинце» она… расслабилась. Если можно было так выразиться, но Инеж не хотелось обращаться к этим воспоминаниям прямо сейчас.

    Вместо этого она думала о том, что говорил ей Каз; о том, что она сама успевала подмечать во время уличных драк или шутливых потасовок, которые члены Отбросов устраивали после очередной победы или удачной ночки, собираясь на первом этаже Клепки и делая ставки друг на друга. Глаза – самая уязвимая часть, поэтому чаще всего метили в лицо: Инеж нанесла пару быстрых ударов кулаками по голове манекена и легко отпрыгнула. Сильный и резкий удар ребром ладони по шее - хороший вариант, если у твоего противника вообще есть шея, а не заплывший жиром и мышцами обрубок. Кулаком или локтем меж ребер, там, где находится солнечное сплетение – тоже неплохо, если ты сможешь подобраться вплотную и так же ловко увернуться от ответного удара.

    Конечно, еще всегда оставался верный удар коленом в пах.

    На очередном полупрыжке собранная в тугой узел на затылке коса распустилась и легко хлестнула Инеж по лопаткам: резко выдохнув через рот, она остановилась, расслабляя плечи, и уже подняла было руки, чтобы поправить волосы, как вдруг…

    Кто-то подкрадывался к ней со спины.

    Точнее, тщетно пытался: острый слух Инеж сложно было обмануть, но она все равно исподволь насторожилась и напряглась, усердно делая вид, что теперь невозмутимо поправляет бинты на ладонях.

    Еще один шаг ближе. И еще.
     
    Если так подумать, то это было даже забавно, но. Это Клепка. Клепка, а не сулийский караван, где Инеж могла позволить своим несносным младшим кузенам подкрадываться к ней забавы ради.

    Каз сразу ясно дал понять, что никто здесь не будет с ней нянчиться, а Инеж слишком хорошо знала, что случается, когда мужчины не воспринимают женщин всерьез. Особенно если это вооруженные до зубов, крепкие мужчины, торгующие насилием, обманом и воровством. Да, тем самым они зарабатывают себе на хлеб и даже согласились взять ее под свое крыло, но Инеж не собиралась списывать со счетов неуважение по отношению к себе. В прошлом она и так молча терпела подобное слишком долго.

    Поэтому в этот раз Инеж сделала то, что посчитала нужным.

    Она развернулась – быстро и ловко, как в танце, ее еще не отпустил тихо поющий в венах адреналин, нахлынувший на нее во время тренировки – и перехватила подкрадывающегося к ней парнишку за запястье. Умело заломила тощую руку за спину и прижала к хребту: будь он чуть крепче в комплекции, у Инеж не получилось бы провернуть атаку с такой легкостью.

    Инеж подержала его так еще немного, испытывая свою хватку на прочность (и самую малость для того, чтобы преподать любителю подкрадываться хороший урок на будущее), а потом отпустила и бесшумно отскочила от парня обратно к манекену.

    Наверняка это было больно.

    - Больше так не делай, - «пожалуйста», задержавшееся на кончике языка, пришлось проглотить: Инеж избавлялась от старых привычек во всем. Она говорила спокойно, но все равно склонила голову вбок, хмурясь: даже если Инеж ощутила запоздалый укол совести, то постаралась ничем не выдать себя. Никто не будет с ней нянчиться. – К тому же, у тебя не очень хорошо получается.

    Это была неправда – точнее, не совсем. Высокий, смуглый и до странности долговязый (настолько, что Инеж приходилось смотреть на него снизу вверх и это самую малость нервировало), парень ходил как будто вприпрыжку: половицы все еще выдавали его шаги, но они были легче, чем когда по коридору топал Большой Боллигер, возвращаясь с ночной смены в «Клубе Воронов». Намного, намного легче.

    Или Каз, неожиданно подумалось Инеж. Его выдавала не только хромота: уже по стуку трости по ступенькам она могла догадаться, в каком он расположении духа. Как правило, чаще Бреккер возвращался в свой кабинет в настроении таком же радужном, как небо Кеттердама поздней осенью – либо же убедительно притворялся воплощением мрака в целях устрашения окружающих.

    А еще на вкус Инеж паренек был слишком нелепо разодет для члена банды. Не то что бы она считала, что все должны одеваться как Каз, просто…

    - Какое у тебя ко мне дело? – намного тверже переспросила Инеж. 

    … просто этот и без пестрой жилетки выглядел чересчур заметно.

    Подпись автора

    please let me be the promise that you keep
    offering my soul for something real
    a sacrifice to feel

    +4

    3

    Если бы кто-нибудь сказал Джесперу Фахи, что у него есть проблемы, то он бы только рассмеялся в лицо тому человеку, что произнес это. Потому что земенец конечно же считал самого себя неотразимым и показывал себя точно так же, пусть и спотыкался о людей, что являли реакцию прямо противоположную. Но все это он считал всего лишь исключением из незыблемых правил, а значит подобное и во внимание-то можно не принимать. В конце концов, какой любовник будет рассказывать о своих провалах? Только легендарные истории об удачах!
    В общем, были у него только две проблемы и два же его достоинства. Это задница, на которую смотрели все местные проститутки и которая все время искала приключений, и руки, которые ловко умели обращаться как с револьверами, так и с женской (и мужской) грудью, но при этом вечно лезли туда, куда  лезть не надо было.
    Когда он узнал, что в их банде пополнение, это вызвало у него воодушевление. Инеж была той еще милашкой, пусть и казалась опасной. Маленькая, верткая, носом ему едва до груди достающая, она вызывала у Джеспера лишь умиление. Нет, ну правда, ну какую опасность она может причинить?
    Оказалось, что очень даже может. Фахи легкой мягкой походкой приближался к девушке, которая устроила себе импровизированную тренировку и уже хотел непринужденно коснуться ее плечика, как ловкие ручки схватили его прямо за ладонь и заломили за спину так, что Джеспер взвыл и опустился на одно колено.
    - Ай! Ты чего делаешь, пусти меня, это ж я! – если она еще и не запомнила его среди остальных участников банды, то Фахи вот прямо вот сейчас же обидится еще сильнее, чем планировал в первые секунды!!!
    Хватка ослабевает, пусть и не сразу, резкая боль сменяется ноющей и Джес даже плечом ведет несколько раз, чтобы убедиться, что оно у него на месте и из сустава не вырвано. Девчонка же отходит в место, которое ей кажется безопасным. Земенец же выпрямляется во весь рост и возмущенно упирает руки в бока.
    - Нет, вы посмотрите на нее! Взяла так просто заломила руку бедному человеку ни за что, ни про что и спрашивает, что у меня за дело! Как я не должен был делать, по плечу тебя не трогать? Или не приходить сюда, потому что Каз меня к тебе отправил?! Передам ему, в следующий раз, чтобы он сам приходил, потому что иначе лишится лучшего стрелка в Кеттердаме! Больно было, в конце-то концов! – в Джеспере горело столько праведного возмущения, что он был готов бубнить на эту тему еще полчаса, да только время поджимало и он, перестав кривляться, поправил собственную одежду и заговорил непринужденно, словно бы ничего только что не случилось. Очень уж Фахи напряженные обстановки не любил.
    - Каз хочет проверить тебя в деле, так что нужно будет незаметно проследить за одним типчиком. Дело плевое – я его разговором завлекаю и рассказываю одну интересную сплетню. А тебе надо за нами присмотреть, только и всего, а затем узнать, куда он пойдет и кому передаст мои слова. Конечно же, я и сам бы мог это узнать, но я же не буду спорить с боссом! – на самом деле у Джеса ничерта бы так же не получилось, но надо же было распушить собственный хвост и показать девчонке, что только что его на лопатки уложила, кто тут папочка!
    - Так что у нас пару часов на сборы и вперед! Надеюсь, что мы ничего не провалим, у Каза, знаешь ли, очень большая трость! Я не знаю, в каких местах она побывала, но очень не хочу получить ею по голове, она, знаешь ли, у меня очень красивая, - Джеспер поправляет волосы пижонским жестом и интересуется.
    - Тебе все понятно?

    +4

    4

    «Джеспер Фахи».

    Если внешний вид не сообщил Инеж ничего, кроме сомнительного вкуса и неприятной необходимости задирать голову, чтобы смотреть пареньку в глаза (унизительно!), то «лучший стрелок в Кеттердаме», которое она чудом выловила из обрушившегося на нее словесного потока, заполнило все пробелы.
    Отбросы говорили о нем – слишком шумный, слишком веселый для этого места. Но когда нужно узнать, насколько ценен попавший вам в руки самородок, то к кому вы обратитесь: к уличным торгашам, промышляющим безделушками, или к опытному ювелиру? Так и здесь: куда важнее было то, что о нем говорил Каз – Джеспер действительно был хорошим стрелком. Подозрительно хорошим. 
    И возмутительно громким.

    В эти несколько секунд, забитых возмущениями Джеспера, Инеж услышала больше слов, чем слышала от Каза за неделю. Или две. Несмотря на то, что земенец никогда не одолел бы ее в рукопашном бою, он вполне мог сбить ее с ног неудержимой силой этого праведного монолога. До этого момента Инеж не подозревала, что человек физически способен произнести столько слов в столь сжатые сроки, но Бочка распахивала перед ней мир, полный неожиданных открытий.   
    А еще Инеж испытала болезненный укол стыда. У нее было оправдание собственному поведению – для многих Отбросов она все еще была девочкой, на которую смотрели свысока, активом сомнительной ценности, кем-то, кто не продержится в банде больше месяца, и ей необходимо было доказать, что все они глубоко заблуждаются, - но Инеж все равно не следовало набрасываться на Джеспера сгоряча. 
    Она нахмурилась, но ни взглядом, ни жестом не выдала внутренней растерянности. Сулийцы не просят прощения; для того, чтобы сгладить возникшую между двумя людьми неловкость или извиниться за свое поведение, они используют другие слова.

    - Ты прав, - начала Инеж, серьезно кивнув и пронзительно заглянув Джесперу в глаза – несмотря на то, что для этого ей пришлось упрямо вскинуть голову, – я поступила грубо. Но я запомню твои шаги и впредь буду осторожнее. 
    Инеж не знала, как еще донести на керчийском полный смысл фразы «mati en sheva yelu», но надеялась, что этого будет достаточно.
    - Только… - добавила Инеж уже немного тише: будто это было запоздалой мыслью, которую она хотела отпустить, но передумала и ухватилась за нее в последний момент. - Больше не подходи ко мне со спины, хорошо?

    Она не собиралась устраивать для него экскурс в свое прошлое – Святые, да она не стала бы делать этого даже ради самой себя, - но ей хотелось обозначить хоть какие-то границы. Несмотря на то, что Инеж все еще было некомфортно, она не слышала ни одного плохого слова о Джеспере Фахи – ну, кроме того, что он увлекается азартными играми и отчаянно проигрывается в «Ежевике на троих».
    Если она хочет прижиться здесь, то ей следует начать говорить с людьми – с другими людьми, не с Казом, - а не только наблюдать за ними и собирать сплетни.

    - Он так сказал?.. Обычно я получаю приказы напрямую, - Инеж немного погоняла эту мысль в голове (может, отлучился куда-то; может, не успел сообщить ей о новом задании во время утреннего отчета, потому что Бреккер не забывал ничего), прежде чем соглашаться. Если Каз решил устроить ей внеплановую проверку, поставив в пару с кем-то из Отбросов, то пусть будет так. – Я поняла. Мне не нужно собираться, можем выдвигаться хоть сейчас. У тебя еще есть дела в Клепке?

    Ей ни в коем случае не хотелось комментировать ни большую трость Каза, ни красивую голову Джеспера. Решительно ничего из этого. «Санкт-Владимир, дай мне терпения, - мысленно затянула Инеж. - Санкта-Елизавета, дай покоя…»
    Не теряя времени, Инеж заправила длинную косу в тугой узел на затылке, подобрала жилет, который сняла на время тренировки, и застегнула его поверх туники. Потом приобняла манекен, тихо ухнув и оторвав его от пола – чтобы дотащить его обратно до пыльного алькова под лестницей, где он никому не будет мешать.
    – В какую часть города мы идем? Я могу проложить для нас быстрый маршрут.

    Отредактировано Inej Ghafa (2022-02-03 22:26:10)

    Подпись автора

    please let me be the promise that you keep
    offering my soul for something real
    a sacrifice to feel

    +4

    5

    У Джеспера имелись недостатки, но большинство из них перекрывалось тем, что память на некоторые вещи у него была короткая. В частности на то, что ему только что попытались руку заломить и вывернуть, выветрилось у него из головы в тот момент, когда Инеж сказала, что запомнит его шаги.
    - Правда? Для меня еще никто никогда подобного не делал! - стрелок заулыбался так, что ему такое внимание в самом деле польстило, хотя и было просто необходимостью, чтобы больше не случалось подобных неприятностей, как сейчас.
    - Хм? Со спины не подходить? - Джеспер ненадолго задумывается, но у него в голове толком ничего не складывается, потому он все же решает уточнить варианты, которые могут подойти чуть больше.
    - Это как? Обходить тебя? Ой, это слишком сложно! Давай я буду просто окликать тебя, а ты сама будешь оборачиваться? Голос-то ты мой запомнишь? Надеюсь, он у меня такой же приятный, как и звук моих шагов! - Фахи буквально рисуется перед Инеж, хотя у него и нет цели ей понравиться. Флиртует он скорее по привычке, чем в самом деле хочет завлечь мрачную строптивую девушку за собой. Ему это в самом деле неинтересно.
    - Да, он вот так и сказал. Правда не слово в слово, он, знаешь ли, парень не особенно разговорчивый, наверное сам тебе сказать мог, но у него там какие-то дела нарисовались срочные и он отправил меня. Или ты сомневаешься, что приказ отдал именно он? - Джеспер упирает руки в бока, как будто вот прямо сейчас снова приготовился надуться, но надолго его не хватает и он вновь ослепительно улыбается.
    - Дорогуша, если ты чего-то опасаешься, то можешь просто сказать мне. Запомни - стрелок ребенка не обидит! - вполне возможно, что на самом деле Инеж была его ровесницей, но очень уж потешно они смотрелись рядом: высокий нескладный подвижный смуглый земенец и невысокая гибкая сулийка. Нет, со стороны, если кто-то не особенно разбирается, они и в самом деле выглядят то ли как брат и сестра, то ли как друзья детства, которые вот недавно встретились.
    - Хм, дела? Да нет, ну... - разве что заглянуть в любимый трактир и сделать пару ставок. Эта мысль заставляет его начать нервно потирать большой и указательный палец друг о друга. Зуд в кончиках пальцев и знакомое покалывание в пятой точке - это то, что заставляло его жаждать приключений и желать как можно скорее утолить нервное состояние. Но тут его сдерживала некая ответственность за то, что Бреккер доверил ему новенькую. Черт, да не было у него никаких срочных дел, он точно все просчитал!
    - Нет, у меня определенно нет никаких дел, а чем раньше мы закончим, тем... Хммм... - тем скорее груз ответственности с него спадет и он сможет заниматься тем, чем хочет. Джеспер отвлекается, когда слышит, как девушка перетаскивает манекена и выразительно поднимает бровь.
    - Лапочка, ты могла бы попросить помощи. Он выглядит тяжелым. Если ты надорвешься, будет очень печально! - земенец погрозил Инеж пальцем и снова быстро переключился на их текущее задание.
    - Короткий путь? Хм. Нам нужно будет прийти в Восточный порт, этот тип обычно ошивается именно там. Главное делать вид, что все естественно и эта встреча совершенно случайна, и... Так, погоди-ка, а каким образом ты проложишь короткий путь? Мне нужно будет ползти по крыше или пролазить в водосточную трубу? Учти, эти шикарные во всех отношениях бедра могут там и застрять! А я бы этого очень не хотел! - и судя по его обеспокоенному виду, этот вопрос действительно был куда важнее, чем выполнение их задания!

    +3

    6

    - Такой голос захочешь забыть – не сможешь… - беззлобно проворчала Инеж себе под нос, оттаскивая манекен. Сулийцы не зря считались скрытным и неразговорчивым народом: в караванах никто не тратил время на праздную болтовню, предпочитая переходить сразу к делу и пропуская обмен вопросами о здравии семьи. Не потому, что сулийцам было все равно - просто когда ты путешествуешь с кем-то вместе долгое время, то и так уже знаешь, чья тетушка слегла с простудой прошлой ночью. Поступки были их языком общения: куда важнее проявить заботу, придя в кибитку соседа с пучком целебных трав и горячими жареными лепешками, чем говорить о том, как тебе жаль.
    В этот момент Инеж подумала, что из сулийского лагеря Джеспера с его незакрывающимся ртом погнали бы метлами. Может, еще пальнули бы пару раз из ружья по ногам, чтоб не возвращался наверняка. Эта мысль была такой забавной, что Инеж невпопад развеселилась и улыбнулась: скупо, только уголками губ, но эта улыбка говорила и о другом – что болтовня Джеспера ее ни разу не раздражает.
    Ну, почти.

    Инеж могла стерпеть все эти «дорогуша» и «ребенок», но после контрольного выстрела «лапочкой» в исполнении Джеспера у нее задергалось веко. Неуклюже спихнув манекен в нишу (и сделав это как можно громче в целях устрашения), она выпрямилась, отряхнула перевязанные бойцовскими бинтами ладони, посмотрела на Джеспера и прищурила темные глаза.
    - Ты же знаешь, как меня зовут? – Инеж говорила с нажимом, словно пыталась задавить рвущуюся наружу жажду насилия. На самом деле, ее настроения были на удивление безобидными - просто сейчас она слишком живо вспомнила, как ее разбирало приступами раздражения из-за подколок кузенов в детстве. – Можно просто Инеж. А не…
    Она сделала какой-то неясный жест рукой, бессильно вздохнула и отмахнулась.
    «Ай, ладно».

    - Я не сомневаюсь, что приказ отдал он. Только дурак стал бы разбрасываться словами от имени Каза, а ты не похож на дурака, - «хоть и очень стараешься», додумала Инеж про себя и пожала плечами, ловко разматывая бинты на ладонях. – Просто чаще я работаю в одиночку, вот и все.
    Инеж свернула бинты в аккуратный маленький рулон и пихнула его в карман. Облегчение, которое она испытала, узнав, что сегодня ей вряд ли придется с кем-то драться, немного ободрило ее, но ей все еще нужно было сбить с Джеспера немного спеси. «Обрати оружие врага против него самого» - это была не совсем сулийская мудрость, а что-то из репертуара вусмерть пьяного Ротти, которого Инеж однажды случайно подслушала, но совет был вполне рабочим.

    - Но у тебя же такие длинные ноги. В самый раз для прогулок по крышам. А еще мы можем вымазать тебя жиром, чтобы ты без труда скользнул в водосток, - Инеж окинула Джеспера строгим взглядом с головы до пят, но в конце концов ее напускная суровость дала трещину: она тонко улыбнулась и пихнула стрелка локтем в бок, проходя мимо него к выходу. – Ладно тебе, не зевай! У нас есть работа.   

    ***

    Путь до Восточного порта Инеж знала хорошо, ведь именно к нему относилась Пятая Гавань, находящаяся под юрисдикцией Отбросов: здесь можно было собрать самые свежие сведения, узнать о новоприбывших, выцепить среди них пару богатых филь и отработать на них навыки срезания кошельков. Она редко приходила сюда просто так, потому что предпочитала наблюдать за водами и кораблями издалека. К тому же, в ясные дни отличный вид на гавань открывался и из ее маленькой комнаты в Клепке.

    Инеж посоветовала Джесперу добираться до порта прямым путем через сбитые улицы Бочки, минуя соблазны Западного Обруча: в дневное время развлекательные заведения были закрыты, готовясь к притоку туристов ночью, но у Инеж были свои причины обходить это место.
    Она не отставала, наблюдая за Джеспером с крыш, чтобы не потерять его в толпе, которая становилась все плотнее по мере их приближения к Крышке. Здесь ей пришлось спуститься пониже: дома в этом районе отличались неуместным для Бочки шиком и слишком крутыми фронтонами, по которым невозможно ползать без снаряжения. Впрочем, она все же успела кое-что разузнать...   

    - Пойди и купи вафли, - невозмутимо окликнула Джеспера Инеж, резко и бесшумно материализовавшись у него за спиной. Она помолчала пару секунд, упиваясь предвкушением страха, который люди испытывали каждый раз, когда она вот так подкрадывалась к ним – а она очень надеялась, что Джеспер будет в ужасе. 

    – То есть… В порту сегодня работает вафельник с Зельверштрата, он меняет гавани каждый день. Купишь у него вафли, за ними со всего города съезжаются. Это будет выглядеть естественно и не вызовет подозрений, - Инеж многозначительно посмотрела на Джеспера. – Я буду следить с контейнеров.

    А потом она снова растворилась, скрывшись в переулке – там Инеж не нужно было давить свою победную ухмылку.

    Подпись автора

    please let me be the promise that you keep
    offering my soul for something real
    a sacrifice to feel

    +3

    7

    - Конечно же я знаю, как тебя зовут. Но ты такая милая, когда сердишься, я не могу удержаться! – Джеспер мог бы протянуть руку и щелкнуть ее по насупившемуся носу, но передумал, потому что заломленная рука еще побаливала. Да и сама Инеж, вроде как, уже махнула рукой на то, как он осыпает ее новыми прозвищами. Правда, наводить ужаса она умела! Стрелок почти что поверил, что ему придется лезть в трубу и был готов разразиться бурными протестами, но Инеж неожиданно пихнула его в бок. И, честно сказать, повеселевшая сулийка и ее улыбка говорили только о том, что его обаяние действует даже на самых мрачных гибких шпионок.
    - Я уже почти поверил! – возмущенно отозвался Джеспер, но его негодование так же быстро сменилось заинтересованностью, пока Инеж рассказывала ему, каким кратким путем добраться до порта. Земенец задумчиво прикинул путь, улыбнулся и кивнул.
    - Что ж, тогда встретимся на месте! Смотри, не отставай, лапочка! Если кто-нибудь покусится на мою красоту – разрешаю упасть с крыши мне прямо на руки и сказать, что ты послана мне с самых небес! – нет, заткнуть его словесный фонтан можно только если пристрелить. Только вот человека, который мастерский управляет полетом пули, огнестрельное оружие не берет! И даже подстреленный он будет шутить и флиртовать, но, кажется, Инеж уже с этим смирилась.

    Джеспер шагает непринужденно, словно этим прекрасным днем он только и собирался, что прогуляться и не найти неприятностей. Еще один прекрасный день в Бочке! Еще одна возможность кого-то развести! Джеспер останавливается, касается револьверов и раздумывает, в какую сторону пойти, когда мысль приходит совершенно внезапно и звучит почему-то голосом Инеж. Фахи задумчиво потирает висок, уверенный, что уже поехал головой, как вдруг понимает, что девушка каким-то непостижимым невероятным образом оказалась у него за спиной. Он едва ли не подпрыгивает на месте, резко разворачивается и видит, что Инеж действительно стоит за его спиной.
    - Как ты это сделала?! Я вообще не услышал, как ты спустилась! – в голосе Фахи возмущение перемешивается с восхищением, но ее глаза блестят так весело, что он и сам расплывается в улыбке.
    - Я почти поверил, что это говорит мой внутренний голос! – идея в самом деле оказывается довольно дельной, наблюдательность Инеж действительно может помочь в их делах. Потому, поправив шляпу и одернув лацканы щегольского сюртука, Джеспер направился четкими шагами прямо к очереди, которая уже начала выстраиваться к лавке с вафлями, но в скором времени обязательно собьется и превратится в веселую суматоху, в которой можно успеть дернуть пару кошельков, разбить пару носов и внимательно следить за тем, где находятся чужие руки, потому что выйти из нее можно не только без вафель, но и без штанов. Не то, чтобы Джесу не было чем похвастаться, но тогда задание Каза будет выполнять сложнее. Ну кто будет непринужденно говорить с земенцем с вафлями, но без штанов?
    Взять вкусное лакомство ему все же удалось. При этом Джес невесело прикинул, что часть этих денег он мог бы поставить или проиграть, но потом решил, что нечего из-за этого расстраиваться. Он принялся вертеть головой, чтобы высмотреть нужного ему человека, но тот пока так и не появился в порту. Стрелок вздохнул и укусил одну из вафель. Что ж, они действительно того стоили. Поразмыслив, вторую вафлю он аккуратно плотно завернул и убрал в карман. Вряд ли Инеж успеет купить вафли себе, а ему несложно ее угостить, все-таки вместе на дело пришли! К тому же вторую порцию вафель он просто украл, поэтому ничего страшного и не случится.
    Наконец тот самый тип, которого Каз велел проверить, показался в поле зрения. Джеспер аккуратно отряхнул руки от крошек и направился прямо к нему непринужденным шагом. Остановился неподалеку и, всплеснув руками, воскликнул.
    - Да это как-никак тот самый Ярвель! Я как раз вас искал! – он тут же начинает забалтывать его и уводить в сторону, где постепенно понижает свой тон голоса и опускается до заговорщицкого шепота. Внимательно слушает его, приводит горячие аргументы, энергично жестикулирует и наконец передает необходимую информацию прямо в грязной подворотне. Потом выдыхает и уходит в другую сторону. Остальная работа – за Инеж. Джес лишь выразительно показывает на небольшую таверну, где готов провести какое-то время, чтобы они могли там встретиться и обменять информацией. Конечно, там нельзя было сделать ставку, но скоротать время за почти нормальной выпивкой – вполне!

    +2

    8

    Работать в команде оказалось намного… легче, чем Инеж думала.

    Советуя Джесперу пройти к лавке вафельника, она мысленно готовилась к сопротивлению: зачастую совет – даже самый дельный - воспринимался бандитами Бочки как укол по их гордости или упрек навыкам, но никак не желанием помочь. Их можно было понять. В Кеттердаме так или иначе приходится платить за все, в том числе и за подсказки, а бесплатная тарелка гюцпота… В общем, бесплатное питание здесь получали только заключенные в Хеллгейте, да и то не всегда.
    Тем больше ей импонировала готовность Джеспера сразу прислушаться к ней. Уже с высоты провожая его долговязую фигуру взглядом, Инеж бледно улыбнулась чему-то своему. Он напоминал ей Хандзи – только более высокого, громкого и беззастенчивого.
    «Лапочка». Улыбка Инеж сползла с лица - вместо этого она страдальчески поморщилась. Она могла бы обойтись без прозвищ, но беззаботные интонации Джеспера, с которыми он обращался к ней, пока не будили в ней болезненных воспоминаний. Надеюсь, так оно и останется.

    Нервный коротышка в потрепанной жилетке, который стал жертвой Джеспера, был Инеж незнаком: хотя сбор информации обо всех был важной частью ее работы, в ее обязанности не входила слежка за «мелочью». Видимо, что-то изменилось, раз Каз распорядился проследить за бедолагой. Кем бы он ни был, Инеж заранее сочувствовала ему: мало кто мог перейти дорогу Отбросам, не оставшись при этом безнаказанным.
    Когда обмен сплетнями в подворотне закончился, Инеж кивнула Джесперу со своей позиции и перелезла повыше, подпрыгнув на контейнере и зацепившись за желоб водостока, чтобы вползти на крышу.

    Ярвель – благодаря громким возгласам Джеспера она теперь знала имя жертвы – ломался недолго: воровато оглядевшись, он сразу припустил прочь от Крышки и гавани. Инеж был знаком этот маршрут: сначала она подумала, что бандит отправится в район Зельвер сливать информацию какому-нибудь мелкому торговцу, но вместо этого Ярвель двинулся к игровым клубам Западного обруча. Что он собирался делать там днем?..
    Когда Ярвель свернул в сторону зеленого здания «Изумрудного Дворца», сердце Инеж пропустило удар. Если этот тип сдает информацию Грошовым Львам, то хорошо, что его поймали на горяченьком до того, как в его руки могли попасть по-настоящему ценные сведения. Казу это не понравится.
    Но теперь ей нужно было возвращаться. Раз она все равно не сможет проникнуть в клуб Пекки Роллинса незамеченной – по крайней мере, не посреди бела дня, - то лучше поскорее рассказать обо всем Джесперу.   
    Обратный путь занял у Инеж меньше времени: теперь ей не нужно было высматривать никого в толпе, поэтому она спустилась на землю в тихом переулке, накинула капюшон на голову и направилась к таверне. С удивлением для себя она подметила, что предпочла бы влезть внутрь через окно...
    ... и лучше бы она так и сделала, потому что когда Инеж открыла дверь, в нее полетела кружка. Настоящая кружка.

    Инеж чудом увернулась, вовремя пригнувшись – если бы не натренированные реакции тела, то случайный снаряд угодил бы ей прямо в голову. В таверне было слишком шумно для ленивого послеобеденного часа, поэтому Инеж не сразу сориентировалась, а когда сориентировалась…
    Судя по лицам разъяренной группы мужчин, обступивших Джеспера, у кого-то были большие проблемы. Они теснили его к столу, заваленному картами и монетами, и выглядели как люди, которые собираются на кулаках объяснять непутевому туристу правила игры в «Ежевику на троих».
    «Во имя Святых…»
    Жизнь учила Инеж падать, подниматься, взламывать замки, лазать по крышам и покорять высоту на канате, но к такому она ее не готовила. Атмосфера была такой напряженной, что, казалось, воздух в таверне можно разрезать ножом.   

    - Я видел, как ты жульничал, парень, так что не отнекивайся! – ревел один из громил, притеснивших Джеспера. – Выворачивай карманы и плати, пока мы не вывернули тебя!
    Ах вот оно что, догадалась Инеж, поджав губы. Судя по всему, во время ее отсутствия Джеспер социализировался со скоростью пули, выпущенной из земенского револьвера. В ответ на такую безответственность объемы праведного гнева Инеж тоже росли, и теперь их могла вместить в себя только Пятая Гавань.
    Вместе с тем Инеж понимала: она не сможет бросить его здесь. Инеж могла бы вернуться в Клепку, отчитаться Казу о произошедшем и выполнить свою часть работы, но это казалось неправильным.
    Времени было мало: чтобы вывести отсюда Джеспера, ей нужно было придумать диверсию. Не такую, как печенье-подкладка, которой научил ее Бреккер, а что-то менее изящное. Если назревает буря, то не нужно ее сдерживать.
    Руководствуясь этой мудростью, Инеж задержала дыхание и незаметно поставила подножку проходящему мимо нее выпивохе. Тот неграциозно завалился на соседний стол, расплескав содержимое кружек с пивом на живот уже другому выпивохе.
    - Эй, смотри, куда прешь! – взревел первый, подскакивая с места.
    - Сам смотри, раскидал тут свои ноги, как девка из Западного Обруча!
    - Я тебя сейчас переломаю, жалкий скив!
    - Да попробуй, я тебе глаза на зад натяну!
    И буря разразилась.

    Отвлекающий маневр был достаточно хорош, чтобы громилы растерялись и отвлеклись от Джеспера – в этот же момент Инеж подкралась к нему и утащила под игорный стол.
    - Что тут произошло? – прошипела она, уединившись с Джеспером в полутьме подстолья. Вот где маленький рост был преимуществом, а не недостатком: макушка Инеж даже не упиралась в столешницу, а вот Джеспера пришлось согнуть во всех конечностях, чтобы он хотя бы поместился в тесном пространстве. Обстановка была почти интимной – если бы не гневные выкрики дерущихся, звук ломающихся стульев (и ломающихся хребтов, о которые эти стулья разлетались в щепки при ударах) и звон разбивающихся бутылок. – Меня не было всего час, а ты…
    - Куда подевался этот земенец?! – взревел кто-то над их головой, и в следующую секунду столешница взлетела в воздух по команде невидимого фокусника. Только это был не фокус: здоровенный смуглый детина, который до этого чуть не пришиб Инеж кружкой, просто схватил стол и отшвырнул их импровизированное укрытие в сторону. – Вот ты где! Обмануть меня вздумал? А ну иди сюда, ты, засранец, мать твою…
    Инеж не была заинтересована в продолжении: судя по внешнему виду, смуглый громила вполне мог претворить в жизнь все обещанные угрозы. И хотя это Джеспер отвлекся во время серьезной работы, чем рисковал навлечь на себя гнев не только местных пьянчуг, но и Бреккера, когда тот узнает об этом позоре (а Инеж не сомневалась, что он узнает), она не собиралась бросать его на произвол судьбы. Ее Святые этого бы не одобрили.
    А еще ее Святые не любили тех, кто грязно сквернословит.

    - Двигай! – скомандовала Инеж, бесцеремонно дернув Джеспера за шиворот - сидя на полу, они были почти одного роста, так что она могла позволить себе эту роскошь. Могучий кулак громилы, который мог бы сомкнуться на глотке Джеспера, ухватился за пустоту: с необъяснимой для маленького тела силой Инеж тащила земенца за собой, ловко пробивая им путь на улицу. Кастет оттягивал карман обманчивым ощущением безопасности, но Инеж надеялась обойтись без еще больших моральных потерь.
    - Лови мошенника! – раздалось им вслед. Беззаботное веселье, которое могло царить в этой пивнушке каких-то полчаса-час назад, выветрилось полностью: люди кричали, бросались друг на друга, размахивали кулаками и расплескивали пиво – только опытный капитан смог бы прорваться через этот шторм. Инеж не была капитаном, но на ее стороне была вера, акробатическая ловкость и нечеловеческая реакция. Вытолкнув Джеспера на улицу, Инеж хлопнула дверью аккурат в тот момент, когда им в спину чуть не прилетел нож: лезвие прошило дерево насквозь и застряло в нем. При худшем стечении обстоятельств это могла быть не дверь, а голова Джеспера.
    - На крышу. Живо, – не то чтобы Инеж приходилось регулярно отрабатывать сценарии побега из массовой потасовки, но крыши всегда были не только лучшим местом для уединения, но и эффективным способом сбросить хвост. Забежав в подворотню, Инеж схватилась за водосточную трубу, нащупывая на металле малейшие крепежные стыки, за которые можно было зацепиться, и влезла наверх с паучьей ловкостью. Дело оставалось за малым – втащить наверх Джеспера и проложить им безопасный маршрут до Клепки.
    Вот тут-то она и осознала масштаб проблемы. Точнее, рост проблемы и возможное отсутствие у нее базовых навыков стенолазанья.
    - Тебе придется лезть, - прожестикулировала Инеж, свесив голову с края крыши. – Не бойся, труба выдержит твой вес. Просто хватайся за стыки и используй ноги!

    Отредактировано Inej Ghafa (2022-03-29 23:02:48)

    Подпись автора

    please let me be the promise that you keep
    offering my soul for something real
    a sacrifice to feel

    +4

    9

    "Что такого может случиться?" - каждый раз эта умная мысль преследовала Джеспера и каждый раз он был быстрее нее.
    "Что такого может случиться?" если он сядет за стол и сделает небольшую ставку?
    "Что такого может случиться?" если он совсем немного смухлюет и заберет себе пару этих самых ставок, тем более он для приличия пару раз все же проиграл? Но, видимо, кому-то земенская удача не особенно пришлась по нраву и потому, когда Фахи радостно набил себе карманы в третий раз и собрался было уйти. местные решили, что как-то подозрительно ему везет и захотели проверить его еще разок. И вот тут-то бы Джесу надо было бы остановиться, но выигрыш был так хорош, что он и тут не сдержался. Ну а то, что его будут бить и, возможно, даже ногами, Фахи понял уж слишком поздно. И даже его дар убеждения не особенно ему помогал в этот момент, и поднятые вверх руки тоже. Джеспер мысленно начал молиться всем святым, которых он только мог вспомнить в этот момент и неожиданно кто-то рядом с ними свалился с пивом с занесенный было кулак не опустился на его скулу. Затем кто-то дернул его и Фахи забрался под стол, предварительно стукнувшись головой и ойкнув.
    - Инеж! Ты мой ангел-хранитель! - Джеспер посмотрел в ту сторону, где предположительно находилась его сердитая маленькая спасительница почти влюбленным взглядом. Нет, ну какая умница, взяла и спасла его!
    - Да я ничего не делал! Ну сыграл пару раз, я же не виноват, что мне карта пошла! - возмущенным праведным шепотом отозвался Фахи и тут же прикусил язык, когда стол начал двигаться. Нет, ему, конечно, хорошо, можно было выпрямить конечности и начать ими быстро работать, пока Инеж начала тащить его по полу в сторону выхода, но если бы не ее скорость, то Джес бы точно лишился самого дорогого, что у него есть - головы. Без чего угодно можно жить и оставаться удачливым засранцем, а вот без головы, увы, это не особенно получится.
    Дверь захлопнулась и лезвие ножа с такой силой прошило ее, что Фахи еще раз мысленно обратился к святым (чего делал примерно никогда) и шустро поднялся на ноги, догоняя свою маленькую спутницу. Он почти поверил, что они смогут убежать, да только...
    - Чего?! Куда?! Я упаду! - Джеспер почувствовал настоящую панику, хотя ползти нужно было не так уж и высоко, тем более с его-то ростом подтянуться бы пришлось всего несколько раз. Но, тем не менее, по сравнению с Инеж он вряд ли бы уместился на трубе, да она бы отвалилась под его собственным весом! Однако, шум за углом придал ему решимости.
    - Ох, ладно. Ладно. Мадам? Добрый день! Вы не возражаете, если я вам обниму? У вас замечательно тонкая талия, пожалуйста, не сломайтесь! - обратился он к водосточной трубе и неловко обхватив ее руками, принялся пытаться подтянуться, но у него это не очень-то получилось. Большие пальцы соскальзывали и не желали цепляться. Чертыхнувшись, Джеспер заставил себя сосредоточиться, а металл - слегка изогнуться под своими пальцами так, что там появились углубления. Со стороны это было незаметно, к тому же, когда Фахи переползал, выше, то металл вставал на свое место. Джес поднялся уже наполовину, когда в переулок кто-то забежал и земенец замер, опасаясь даже дышать. Однако, повертев головой, преследователь не стал смотреть вверх, а помчался дальше. Вздохнув, стрелок снова пополз наверх, но это требовало от него большого напряжения, так что когда он забрался на крышу, то встал на четвереньки и отполз от ее края. Руки и ноги у него заметно дрожали.
    - Фууух, оторвались... - он был готов тут же и прилечь на некоторое время, чтобы восстановить дыхание, только вот Инеж, наверное, это вряд ли бы понравилось. К тому же стоило бы, наверное, извиниться за свои проступки.
    - О том что было. Во-первых - это не я! Во-вторых - я случайно! - Фахи кое-как перекатился на задницу, так что Инеж оказалась ростом практически с ним одинаковой и сделал совершенно несчастные глаза.
    - Слушай... Я... Очень тебе благодарен за свое спасения. Ты просто находка! И я бы отблагодарил тебя прям сейчас толкьо... Вот черт, - упаковка, которую он вытащил из кармана, оказалась совсем мятой и явно непригодной к тому, чтобы ее содержимое употребляли.
    - Я купил вафли, а они, видимо, от моих объятий с трубой немного... Помялись. Я куплю новые, честно! Только... Давай не будем говорить об этом Казу, а? - не то, чтобы Бреккер его за это строго накажет, но ругаться с ним не особенно хотелось бы.

    +3

    10

    В порыве негодования Инеж хотелось высказать Джесперу что-то поучительное – например, уточнить, что ангелы-хранители не сопутствуют игрокам и картежникам, поэтому во всех их нынешних бедах он мог винить исключительно свои беспокойные руки и беспокойную… кхм, неважно! – но нотации и сулийские изречения, полные вековой мудрости ее предков, могли подождать.
    Потому что даже из такого унизительного занятия, как подъем по трубе без опыта и должной подготовки, Джеспер умудрился устроить небольшое представление. При этом Инеж подозревала, что его нисколько не смущает факт отсутствия благодарной публики (ведь единственный зритель в ее лице точно был бесконечно далек от восхищения).

    - Главное ты не ломайся, - тихо проворчала Инеж себе под нос, прикрыв глаза. Будь на то ее воля, она бы позволила Святым заслонить ее зрение, чтобы не видеть чужого позора, но она чувствовала за собой обязанность приглядывать за Джеспером. Если он сейчас сорвется вниз, то их первое совместное задание станет последним. – Осторожно, не торопись. Помни про стыки.
    Инеж говорила тихим, успокаивающим голосом, но не то чтобы Джеспер отчаянно нуждался в ее поддержке: для новичка – к тому же, без специального снаряжения - он демонстрировал удивительную сноровку. Инеж нахмурилась, склонив голову вбок. Краем зрения она выхватила копошащуюся внизу фигуру верзилы, забежавшего за ними в переулок, и предупредила Джеспера об этом красноречивым взглядом – «замри».
    Когда опасность миновала, а Джеспер, дрожащий на манер хрупкого листа осины под кусачим керчийским ветром, оказался наверху, Инеж выпрямилась, опасно балансируя на самом краю парапета – казалось, даже ураган не сможет сместить центр тяжести, прочно удерживающий ее гибкое тело на месте.

    - "Случайно", - повторила Инеж самым ровным тоном, на какой была способна, сложила тонкие руки на груди и сузила глаза. А ведь Каз говорил об этом. Как правило, случайности Джеспера повторялись несколько раз в месяц, следуя одному и тому же сценарию – проигрыш в картах, неудачная крутка колеса, драка с теми, кого обманывать не следовало. – Тебе чуть не прилетело ножом в голову. По-твоему, это тоже была "случайность"?
    В этот момент Инеж поймала себя на том, что впервые отчитывает кого-то из банды.
    Она замолчала, но не потому, что растерялась – скорее, удивилась. В присутствии других Отбросов Инеж редко позволяла себе так свободно говорить – легче было оставаться незаметной, тихой и наблюдательной, - а потому не ожидала от себя такой сварливой многословности сейчас.
    Джеспер воспользовался этой заминкой, чтобы порыться в карманах – и прежде, чем Инеж успела открыть рот, чтобы запоздало объясниться, Фахи раскрыл мятый сверток с раскрошенной вафлей.

    Если она и хотела что-то сказать, то передумала.
    Потому что улыбнулась против воли, ведь этот жест – даже если Джеспер нагло пытался выкупить ее молчание вафельными крошками, - был настолько по-ребячески добрым, что Инеж на мгновение забыла, что их преследовали обозленные картежники в одном из самых криминальных районов города.
    «Он не собирался меня подкупать, - мысленно подметила наблюдательная Инеж, - ведь когда он стащил эту вафлю, он не мог знать, что мы попадем в передрягу».

    - Моя работа заключается в том, чтобы рассказывать обо всем Казу, а не утаивать от него секреты, – Инеж снова нахмурилась, тщетно стараясь вернуть лицу прежнее выражение постной строгости (безуспешно, потому что уголки губ предательски подрагивали). – Пусть лучше он узнает обо всем от меня, чем от кого-то еще.
    Но вместе с тем она ответила на добрый жест своим, принимающим: Инеж аккуратно переняла помятый сверток из рук Джеспера и завернула его поплотнее, чтобы не рассыпать крошки.
    - К тому же, Каз будет занят обдумыванием следующего шага, когда узнает, кому передавал информацию Ярвель. «Изумрудный дворец», - Инеж задумчиво подбросила бумажный кулёк в ладони, разглядывая захламленный остроконечными крышами горизонт и безотчетно вытягивая вперед левую ногу с парапета, при этом балансируя на правой – будто вот-вот собиралась сделать шаг в пустоту. – Туда он побежал после разговора с тобой. Что еще он мог рассказать Пекке Роллинсу?..
    Последнее Инеж спросила уже глядя на Джеспера: резко повернувшись к нему, она легко спрыгнула с парапета обратно на плоскую кровлю.
    - Пойдем по крышам. Так мы быстрее доберемся до Клепки и сможем избежать… ненужного внимания. А этим, - Инеж снова подкинула бумажный сверток в ладони, но на этот раз спрятала его в свой карман, - мы накормим ворон.

    Отредактировано Inej Ghafa (2022-04-07 21:57:24)

    Подпись автора

    please let me be the promise that you keep
    offering my soul for something real
    a sacrifice to feel

    +3

    11

    Когда Инеж ворчит на него это все равно выглядит до одуряющего мило. Но Джеспер, сидя на заднице и глядя на нее снизу вверх, отчего-то ощущает дурацкую радость. Потому что ее непроницаемое и сосредоточенное лицо стало таким живым, и ему это невероятно нравится. Он готов к тому, что она будет отчитывать его, досадливо стучать ему по голове и даже топать своей изящной ножкой, такая Инеж нравится ему гораздо больше. Чувство интереса, тепла и благодарности активно завозилось в том месте, где у Джеспера было сердце и ему захотелось обнять ей со всей силы, но он еще помнил, как она ему руку завернула и потому понимающе сдерживал собственные порывы.
    Правда, когда она строго сказала, что расскажет обо всем Казу, у Фахи сделалось очень несчастное лицо. Повлияло ли это или же тот факт, что он подумал о ней и принес ей вафлю, как подарок, но Инеж оказалась не так проста. Действительно, все зависит от того, как именно преподнести информацию и на чем сосредоточить внимание. Стрелок приободрился и почувствовал, как за его спиной начинают вырастать крылья, благодаря которым он тут же поднялся на ноги.
    - Спасибо тебе, дорогая сестрица, ты буквально спасешь меня! Я бы обнял тебя, но, боюсь, не удержусь на ногах от моих огромных чувств к тебе! Но если захочешь - прокачу тебя на спине, когда мы спустимся вниз! - все. никаких больше лапочек, деточек и умничек. Боевое крещение, в котором она оказалась из-за него, прошло более чем успешно, их опыт в качестве напарников - тоже. А в Отбросах они - подобие семьи. Правда, Джеспер пока не определился, кто для него Каз - старший брат, который готов дать ему затрещину или же хмурый дядя, который учит тебя обращаться с револьвером, а потом выходит за табаком и пропадает на пять лет. Но Инеж - точно сестрица, за которую он отстрелит любому что угодно, если к ней потянут свои похотливые лапки.
    - А ты увееееерена? Меня так даже на свидания не приглашали! - Фахи смотрит вниз с несчастным видом, вздыхает и все-таки кивает.
    - Ладно, ладно, пойдем! - он успевает за Инеж только потому, что у него ноги длинные, но ему приходится каждый раз думать, куда их ставить, потому что в нем нет той гибкости и чувства баланса, что есть в сулийке, но зато есть удача, когда он, взмахивая руками, умудрялся удерживать равновесие в последний момент, когда должен был хлопнуться носом и когда не упал прямо на повозку с сеном, пока перешагивал с крыши на крышу. От такой прогулки можно было весь оптимизм и обаяние растерять, но только не ему.
    - Эй, Инеж, раз уж у нас тут романтическая... ай!... - видимо святые девушки были рядом, раз он чуть было не подскользнулся.
    - ...обстановка, может, расскажешь, как ты вообще попала в команду к Казу? Я понимаю, за какие именно достоинства, но почему к нему? - желание болтать, кажется, с ним как родилось, так с ним и в последний путь отправится.
    - Я вот долгов набрал, а их надо как-то покрывать, но главное не в этом, а в том, что я люблю рисковать. Я вообще фартовый и рисковый, хотя по мне не скажешь! Хотя я искренне надеюсь, что он взял меня в банду, потому что я красивый и могу уболтать кого угодно! - кроме, собственно, Каза, на того его обаяние не действовало, что порой заставляло интерес Фахи распаляться куда сильнее, чем он сам думал. Но, при этом, он благоразумно не заплывал дальше, чем обозначено, потому что легко бы мог утонуть и не всплыть больше, даже рост бы его не спас. А такого в Кеттердаме себе позволить нельзя.
    - А еще я красиво стреляю, как-нибудь тебе обязательно покажу, - он болтает так, будто бы уверен, что теперь их с Инеж вместе еще куда-нибудь отпустят и дадут совместное задание. Хотя конечно же уверен, она теперь будет его младшей сестрицей, а куда она без него!

    +3

    12

    «Как ты вообще попала в команду к Казу?»
    Мысли словно замерзли. Это было совсем не то, чего Инеж ожидала, а потому она обернулась и наградила пошатывающегося Джеспера нечитаемым взглядом. Сложно было поверить в то, что Фахи, эта душа бандитской компании с печальной репутацией заядлого картёжника, еще не причастился к слухам о происхождении «последней инвестиции» лейтенанта Отбросов. Даже Инеж о них слышала: дело было не в том, что Каз советовал ей начать прислушиваться ко всему, что творится в Клепке и за ее пределами, а в том, что проигнорировать шепотки были… сложно. Потому что иногда это были далеко не шепотки. В последний раз, когда-то кто-то из постояльцев «Клуба Воронов» предположил, что Пер Хаскель велел Бреккеру выкупить ее «для личного пользования», Инеж пришлось взяться за кастет и неуклюже вмазать пьянице в лицо.
    Но Джеспер был ужасающе непосредственным — возможно, он любил ошиваться вокруг людей, но не привык чесать языком и верить слухам. Это нервировало. И грело. Наверное, поэтому ответить ему правдой на правду было легче, чем Инеж себе представляла.
    — Каз выкупил мой контракт у Танте Хелен, — Инеж беззвучно вздохнула, едва уловимо замявшись, и все же нехотя добавила. — Она… хозяйка «Зверинца».
    Инеж не рассчитывала получить насмешку в ответ — всё-таки Джеспер уже успел зарекомендовать себя человеком, далеким от грязных способов бандитского самоутверждения за счет других, — но что-то в ней все равно тревожно дрогнуло. Прошло немало времени с тех пор, как она покинула Дом Экзотики, но ей до сих пор не хватало смелости в одиночку пройти мимо нарядного фасада здания, хранящего в себе так много ее горьких воспоминаний. С удивлением Инеж поймала себя на мысли, что вплоть до этого момента никто не спрашивал у нее, как она попала к Отбросам — это знание распространилось среди членов банды без ее участия.
    Но Джеспер располагал, а она слишком давно ни с кем не говорила о том, кто она и откуда родом: Каз совершенно не подходил для задушевных бесед (только в безумном сне Инеж могла представить, как рассказывает ему о своем прошлом), а потому следом за первой скупой откровенностью последовала и вторая — тоже скупая, но чуть менее.
    — А что до акробатики… До этого я жила с караваном. Не здесь, конечно, а в Равке, — Инеж задумчиво улыбнулась, высматривая холодное солнце меж облаков — здесь, с крыши, небо всегда казалось чуточку ближе. — Мои родители — сулийские акробаты, так что у меня были хорошие учителя.
    Крышу следующего жилого дома, на который они перепрыгнули с Джеспером, облюбовала стая ворон. Инеж уже не удивляло, что вороны не боятся ее присутствия — она умела ходить так же тихо, как птицы, и беспокоила их разве что зерном и хлебными крошками, которые приносила им в дар, — но сейчас с ней был напарник, поэтому стоило проявить осторожность. Инеж полуобернулась к Джесперу и прижала палец к губам, призывая его к тишине и легкому шагу, а потом высыпала ему в ладонь немного вафельных крошек из их общих запасов.
    — Сначала их надо прикормить, — пояснила она одними губами. — Тогда они не улетят.
    Буквально на цыпочках Инеж прокралась поближе к воронам и легким жестом рассыпала вафельные крошки по крыше. Птицы раскаркались и разворчались, взмахивая черными крыльями, но не разлетелись прочь — это было добрым знаком.
    Улыбнувшись, Инеж отступила на шаг и приглашающе кивнула Джесперу, предлагая ему последовать ее примеру.   
    — У Каза есть талант… выискивать таланты в других, это верно, — она слегка поджала губы, рассеянно разбрасывая крошки вокруг себя. — К слову, о твоих. Кто научил тебя так хорошо стрелять? В Клепке рассказывают легенды о твоем умении обращаться с револьверами. Они земенской работы, если я не ошибаюсь?
    Возможно, тот факт, что Инеж уже собрала столько информации из разрозненных разговоров, уже говорил о ее стремлении выслужиться в роли паука, но Джесперу совершенно необязательно было об этом знать.
    «Как и Бреккеру».

    Подпись автора

    please let me be the promise that you keep
    offering my soul for something real
    a sacrifice to feel

    +3

    13

    Джеспер и правда слышал про Инеж что-то отрывистое, неясное, малопонятное и вряд ли стоящее внимания, потому когда она все же решилась ответить, его вечная улыбка и непосредственное выражение лица сменилось хмурой озабоченной складкой, потому что говорить ей явно было непросто. Зато разом раскрывались причины, почему она так резко наподдавала ему на утренней встрече. Земенец сделал крайне скорбное лицо и смог произнести только сочувствующее
    - Оу, - и уже то, что он не разразился пространственными речами указывало, насколько глубоко он поражен, раз даже не находит так сразу подходящих слов. Он хочет собраться с духом и сказать что-то, но Инеж уже рассказывает о собственной семье. Это заставляет слегка выдохнуть и говорить уже чуть свободнее.
    - Да, учителя у тебя и правда были потрясающие. Жаль, увидеть не удалось, но мне достаточно того, что я увидел и твои способности. И ты - потрясающая! - это комплимент от самого сердца и не из желания привлечь, соблазнить или задобрить. Это просто сказанные слова для того, чтобы поддержать человека, чтобы ему стало приятно и он обрел уверенность в себе. Фахи шумно выдыхает и идет дальше какое-то время, но потом послушно замирает, когда Инеж показывает, как именно нужно прикармливать воронов. Он не такой ловкий, как девушка, его рост выглядит устрашающе, так что приходится даже присесть, но Джес послушно пытается следом за Инеж повторить ее действия. Вороны недоверчиво смотрят на большую ладонь, полную крошек, но все же один подлетает и начинает клевать вафли прямо с его руки. Следом слетаются и еще несколько с хриплым карканием. Джеспер победно улыбается и аккуратно бросает крошки птицам, чтобы сесть прямо на крышу и вытянуть длинные ноги. Тепло от черепицы заставляет его жмуриться, словно сытого кота и смотреть куда-то в небо, пока наблюдательная Инеж излагает свои мысли.
    Дневное не-свидание начинает быть томным. Разговоры по душам - это то, что, наверное, важно для укрепления отношений, а говорить о себе Фахи довольно-таки легко.
    - Все так, я приехал из Зема. Моя мать учила меня стрелять... Пока была жива. В этом нет ничего особенного: направляешь, целишься, выдыхаешь, стреляешь. Я не знаю, как объяснить мою меткость, я просто могу это делать, вот и все. Много тренировался и учился, знаешь ли! Честно говоря, я бы мог и стрелять из арбалета или метать ножи - разницы бы не было. Но я предпочитаю их. Ты видела их рукояти? Красивые, правда? - Фахи нежно проводит по одному из стволов и снова, чуть прищурившись, смотрит куда-то в небо, молчит какое-то время под шелест возящихся рядом птиц и наконец решается сказать
    - Теперь я понял, почему ты почти уложила меня на лопатки. В "Зверинце" несладко пришлось, а тут еще кто-то тянет к тебе руки, так что... Извини, если тебе было неуютно, Инеж, - стрелок непривычно серьезен, его в самом деле удивила ее нехитрая история и заставила передумать разом многое в ее отношении. Но в следующее мгновение Джеспер снова стал Джеспером и растянул губы в улыбке.
    - Если тебе нужно будет поплакать об этом или же просто рассказать о чем угодно, сестрица, можешь прийти с этим ко мне. Обещаю, я дам поплакать в свою жилетку. Даже прилягу, чтобы тебе было удобнее плакать, - он в самом деле ложится на нагретую крышу и смотрит на нее снизу вверх.
    - Ну и не буду тебя трогать. Но если тебя нужно будет погладить по голове - ты скажи, не стесняйся, - Джес закидывает руки за голову и хитро подмигивает.
    - И если кто-нибудь будет тебя доставать и ему нужно будет срочно что-то отстрелить - тоже.

    +3


    Вы здесь » GEMcross » голубой карбункул » This place about to bloooooow


    Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно