GEMcross

Объявление

Kaeya: — Нравится подарок? — Кэйа радостно заулыбался, не отпуская от себя Дилюка.

спасение утопа... утопцев
Shani & Geralt of Rivia

    Информация о пользователе

    Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


    Вы здесь » GEMcross » философский камень » blood // water


    blood // water

    Сообщений 1 страница 30 из 65

    1

    https://i.imgur.com/7QTQ9IF.png
    Андрей Малодворцев & Иннокентий Авдеев

    [nick]Иннокентий Авдеев[/nick][status]шаланда и манипулятор[/status][icon]https://i.imgur.com/EuKZyOJ.png[/icon][fandom]<div class=fan2>original</div>[/fandom][lz]<div class=lzname><a href="https://gemcross.rusff.me/"><s>Кеша</s> Авдеев, 19</a></div>[/lz]

    Отредактировано Kevin Day (2022-08-30 00:16:19)

    +2

    2

    [indent] Авдеев думает, что по его матери давно плачет палата, когда она дает своему единственному сыну самое нафталиновое имя на планете, взятое с совковых агит-плакатов - Иннокентий. Людмила говорит, что вычитала его в какой-то книге со значениями имен, считая, что оно как нельзя точно подойдет покладистому и замкнутому характеру отпрыска. В ответ Кеша в семь лет налысо бреет голову станком и прокалывает ухо швейной иглой, раскаленной до бела украденной пятнадцатирублевой зажигалкой. Он ненавидит Иннокентия с раннего детства, и с младших классов уфимской школы ругается до хрипоты с учителями, настаивая, чтобы к нему или обращались исключительно по белорусской фамилии, или не обращались вообще. Мать бросает попытки бороться с бунтарством Кеши в шестом классе, когда к бесконечным неудам в дневнике присоединяются первые прогулы и драки на переменах с одноклассниками. Она закрывает глаза на воняющую табаком одежду и кислый запах перегара, когда сильнее накрывает одеялом валяющегося в отключке подростка, в глубине себя искренне надеясь, что к совершеннолетию что-то в голове Кеши «встанет на место». Военкомат следует за Авдеевым по пятам, а сам Авдеев прячется на улицах, с отточенной грациозностью прожигая дырку у основания пластиковой бутылки. Ему предлагают получить «белый билет» по невротическому расстройству, поставленному в детстве, но он сбегает из ПНД в первый день, вырывая хлипкие решетки на окнах и ломая себе ногу в прыжке со второго этажа. Он давит на мать, и та подписывает добровольный отказ от повторной госпитализации; взамен Кеша обещает не пить хотя бы два месяца и нарушает обещание на третий день.
    [indent] Ему ничего в этой жизни не нужно - унылые уфимские пейзажи вгоняют в депрессию, а перспектив выбраться из зависимостей он не видит так же, как и не видит свою жизнь после двадцати пяти. Он ночами играет в компьютер и кое-как заканчивает школу, не вылетая оттуда за неуспеваемость лишь из-за дипломатических переговоров уставшей матери. Людмила все еще пытается сделать хоть что-то, поэтому в первое лето после сдачи Кешей ЕГЭ обрывает телефоны знакомых, стараясь успеть раньше, чем сыну придет повестка. Армия ломает людей, думает она, а ее сын и так сломан до основания, поэтому его единственным шансом не закончить в могиле должно стать высшее образование. «Тебя возьмут на факультет бизнес-информатики», - радостно щебечет она за ужином, а Авдеев лишь на секунду отрывается от переваренных макарон в тарелке, чтобы невидящим взглядом уставиться на мать: «Чего, блин?». «Я договорилась с деканом, представляешь? Виктор Сергеевич хорошо знал бабушку, поэтому даже закрыл глаза на твой аттестат, предложив целевой набор. После диплома пойдешь по распределению в страховую фирму, отработаешь там три года, наберешься знаний и опыта…» - Кеша не дослушивает хвалебные оды старому хрену и равнодушно ведет плечами, на ходу засовывая в зубы сигарету, чтобы выйти в обшарпанный подъезд и в очередной раз наслушаться проклятий бабки-соседки, недовольной бесконечному дыму возле ее двери.
    [indent] Питер встречает его унылой серой погодой и ворохом каких-то незнакомых родственников - очередная придумка матери впихнуть сына пожить не в древних общежитиях, а у кого-то на иждивении кажется Авдееву изначально провальной, но он терпит, зная точно, что обратно в Уфу больше не вернется. Даже с этими детьми, которые ему какие-то там племянники в десятом колене, с помешанной на религии теткой Клавдией и ублюдочными цветочными обоями в выделенной ему комнате. Во всяком случае, этот ебаный город с напускной достоевщиной нравится Авдееву как место для будущего суицида. Первые полгода совместной жизни с орущими ублюдками и круглосуточно работающим телеканалом «Спас» заставляют его уходить из дома рано утром и возвращаться в комнату после полуночи. У Кеши нет денег, чтобы просиживать штаны в модных питерских кофейнях, поэтому он подолгу просто ходит по улицам, заглядывает в дворы-колодцы, распихивает по карманам украденные из Дикси жвачки и ввязывается в драки на Думской, пока не попадает в больницу с разбитой щекой; ему накладывают три шва, а мать нервно обрывает телефоны, находя в своем запасе новые упреки, которыми как пеплом посыпает голову Кеши. Он не реагирует и блокирует ее номер, растягиваясь на скрипучей кровати во весь рост, чтобы в очередной раз провалиться в тревожный сон.
    [indent] Специальность «бизнес-информатики» на деле оказывается праздником уныния с десятком курсов экономики разной степени вшивости и слащавыми студентами в приталенных тряпках из Зары. Они смотрят на Авдеева с презрением, а он на них - со скупым разочарованием, и в первые месяцы обучения занимает привычное себе место на галерке, потому что его проводные наушники и выцветшие футболки никак не вписываются в тусовку латте на кокосовом молоке. Авдеев на порядок сильнее одноклассников в обучении, вот только ему просто неинтересны нудные курсы статистики, поэтому на лекциях он по большей части спит, а на семинарах притворяется ветошью. Он находит себе единственную подругу - девчонку с расстройством идентификации, которая посвящает Кешу в новую терминологию: «гендерфлюид», «демисексуальность», «радикальный феминизм». Даше (или как она просит называть себя «Дэнни») стоило было учиться в каком-нибудь творческом вузе с такими же фриками, как она, но озабоченные родители все решили за дочь - и хотя бы поэтому они находят общий язык, объединенные ненавистью к семье. Авдееву, по сути, похер, кем будет его подруга сегодня - он просто благодарен ей за то, что она не называет его по имени. Поэтому пусть будет хоть Дэнни, хоть Анжелой; плюс ко всему ее короткие синие волосы удивительно складно подходят бритой наголо башке.
    [indent] К началу второго курса отношения с Клавдией портятся практически с концами, а регулярная кухонная ругань на тему Бога и его отсутствия входит Авдееву в привычку, поэтому он не скупится на выражения, в какой-то момент называя своих племянников «ублюдками». Точка невозврата откровенно маячит перед глазами так же, как перед Кешей открывается входная дверь - тетка говорит, что времени у Авдеева до конца октября, а дальше пусть катится на все четыре, хоть с таким же, как и он, «друзьям-маргиналам», хоть на улицу, хоть обратно в Уфу. Кеша знает, что первый год в университете он закачивает только чудом (чудо просит называть себя Дэнни), и до новой сессии дотянет едва ли, потому что даже в сентябре он на парах появляется буквально пару раз. В затылок дышит отчисление и армия; ублюдская питерская погода сводит с ума, а цены на сигареты заметно повышаются - и все это давит на плечи Авдеева грузом разочарования, смоченного в водке, которую он хлещет у Дэнни в комнате общаги вопреки недовольным взглядам соседок.
    [indent] Но больше всего Авдеева бесит этот Малодворцев.
    [indent] На первом курсе «блестящий студент потока» уже у всех на слуху: он то ли участвует в вузовских активностях, то ли сам по себе ебучий олимпиадник с тремя сотнями баллов за ЕГЭ, то ли просто сын маминой подруги - Кеша не вдается в подробности и просто определяет для себя принцип избегания подобных кадров в разговорах. Первый год о Малодворцеве пиздят все группы иностранных языков, а ко второму молва доходит и до информатиков, с которыми у язычников внезапно появляются совместные лекции английского. Набитые в тесной аудитории студенты сидят впритык друг к другу, но все внимание приковывается к одному-единственному персонажу, вызывающему всеобщие пубертатные вдохи. Авдеев смотрит на этого Андрея и понять не может, что в нем такого удивительного? Мало ли на их факультете долбоебов с тощими лодыжками и пронзительным взглядом, смотрящим в душу? Малодворцев не разговорчив, но улыбчив, и этого достаточно, чтобы к нему то и дело липли какие-то люди, а преподаватели ставили мудака в пример - «Андрей опять победил в каком-то конкурсе талантов», «Андрей организовывает выездной сбор для первокурсников», «Андрей учит десятый язык». Авдеева тянет блевать от подобной показухи, и он вполне успешно прогуливает целый месяц совместных лекций, а потом ему неожиданно звонит сам Виктор Сергеевич и с военной выправкой ставит ребром вопрос посещения. «Или ты начинаешь работать, или твой договор целевого направления станет контрактом», - звучит у Кеши в трубке, и он со злостью откидывает телефон в сторону, с ужасом возвращаясь воспоминаниями в разъебанные уфимские улицы и подъезд двухэтажки с бабкой-соседкой. Ну уж нет, лучше он потерпит ебальник Малодворцева, чем загремит по распределению в какой-нибудь Северодвинск.
    [indent] На совместную лекцию информатиков и язычников в середине октября Авдеев неизменно опаздывает, поэтому ему находится место где-то в середине аудитории, на краю скамьи. Он скучающе бросает рюкзак себе под ноги и осматривает шумное помещение; замечает макушку за одну голову слева и отчаянно вздыхает. «Ты где? Меня сейчас вывернет от этого ебаната», - пишет в контакте. Ответ приходит сразу: «Сегодня не приду. Вчера накурились с девчонками. И я практически смог трахнуть одну из них, прикинь!». Авдеев пару секунд гипнотизирует сообщение и трет пальцами висок, на ходу набирая короткое: «От твоих лесбийских похождений мне теперь еще сильнее хочется блевать». Он ставит телефон на беззвучный режим и устраивает голову на сложенных руках, утыкаясь лбом в длинные рукава толстовки, надеясь, что остаток семинара пройдет без приключений.
    [indent] - Взгляни, как он красиво рисует! - тихий девчачий визг слева от головы Авдеева резью пробивает виски. - У тебя целый блокнот с зарисовками, верно? Это я в Тик Токе видела, как один парень скетчил людей в метро, а потом снимал их реакцию, когда отдавал рисунки. Бли-ин, Андрей, в этом мире есть что-то, что ты не умеешь?
    [indent] - …Ну, быть не_уебаном у него точно не получается, - Кеша раздраженно влезает в чужой разговор, не поднимая головы, и его ироничный тон из-под сложенных рук звучит глухо, но отчетливо.
    [indent] - Что? - затылком чувствует, как на него поворачиваются несколько удивленных голов; такое внимание раздражает сильнее, чем прошлые десять минут показательного вылизывания Малодворцева, но Авдеев даже рад, что ему удается прервать групповое поклонение местному божеству. Кеша медленно поворачивает лицо в сторону и скучающе откидывает взглядом нахмуренные лица девчонок; еще через секунду он сталкивается прямо с ясными глазами «не уебана». Спокойно выдерживает зрительный контакт, который длится заметно дольше положенного; на удивление, Андрей не вступает в полемику, а лишь подпирает подбородок ладонью, ожидая очередного выпада однопоточника.
    [indent] - Что-что? Заебали вы со своим идолом, - Авдеев ведется на провокацию и растягивается в ухмылке, обращаясь прямо к объекту своих оскорблений. - Малодвороцев, какого тебе быть в центре внимания? Корона не жмет? Только и слышу из каждого унитаза о том, какой ты пиздатый, а вот сейчас смотрю на тебя и вообще не вижу ничего интересного. Ты не подумай, я не завидую, мне вообще похуй. Просто вот этот щебет девок, которых ты трахаешь, - он кивает в сторону сидящей между ним и Андреев девушки. - Спать мешает.
    [indent] - Авдеев, а ты не охуел? - одногруппница, чьего имени Кеша даже не знает, презрительно сощуривается и отодвигается в сторону, прижимаясь к коленке Малодворцева своим бедром.
    [indent] - Так-то охуел, - в ответ лишь вновь дергает плечами и устало прикрывает глаза. - И что дальше?

    [nick]Иннокентий Авдеев[/nick][status]шаланда и манипулятор[/status][icon]https://i.imgur.com/EuKZyOJ.png[/icon][fandom]<div class=fan2>original</div>[/fandom][lz]<div class=lzname><a href="https://gemcross.rusff.me/"><s>Кеша</s> Авдеев, 19</a></div>[/lz]

    Отредактировано Kevin Day (2022-08-07 01:45:41)

    +2

    3

    Со стороны семья Малодворцевых могла казаться абсолютно идеальной. Отец, успешный бизнесмен, в своё время нашедший удачное применение своему казалось бы никому не вставшему диплому по экологии, к своим сорока пяти годам укрепил позиции собственной фирмы на рынке, сопровождая крупные предприятия экологическими аудитами и ведением всей сопутствующей документации. Ещё несколько лет назад инженеры-экологи абсолютно никому не были нужны; теперь же Александр Малодворцев имел стабильный доход, который вкладывал в развитие бизнеса, недвижимость, образование детей, и частично откладывал, по настоянию супруги, на чёрный день. Транжирой глава семейства не был, лишнего ни себе, ни родственникам не позволял, не раскидывался деньгами, но в обеспечении всех базовых нужд семье не отказывал. У Андрея и его младшей сестры, Риты, не было айфонов последней модели, не было личных автомобилей, да и дорогими аксессуарами их не баловали, зато они учились в гимназиях, имели возможность посещать лучших репетиторов, учили языки и периодически уезжали летом заграницу, с целью дальнейшего совершенствования знаний в условиях новой среды, среди носителей языка. Рита ходила в музыкальную школу, выпендрившись и пожелал учиться играть на арфе - дорогая здоровенная бандура стояла у неё в комнате, привлекая внимания всех, кто увидел инструмент впервые; Андрея отец мечтал отдать в спорт, был большим фанатом хоккея, и постоянно подталкивал сына к тренировкам на льду. Мальчишка оказался к тяжёлым физическим нагрузкам не приспособлен, и первая же травма поставила на потенциальной карьере крест; Андрей не расстроился, ему всё равно не нравилось ни кататься на коньках, ни работать в команде, постоянно подстраиваясь под темп и умения остальных. Его тянуло рисовать, и отец, хоть и кривился, но ежегодно оплачивал художественную школу, выделял деньги на карандаши и краски. Диплом об окончании Андрей так и не получил, загруженность в средней школе не позволила ему исправно посещать занятия, и пусть с тех пор Малодворцев не бросил своё увлечение, но рисовал больше для себя, под настроение.

    Вообще-то он был бы счастлив быть архитектором. Но, увы, не все решения он принимал в своей жизни самостоятельно: отец видел его наследником фирмы, желал отдать его в инженеры, в юристы, в управленцы, рассматривая все те направления, которые Андрея никогда не интересовали. Благо, в обсуждения вмешалась мать, внезапно высказав мнение, что диплом переводчика позволили бы сыну вывести фирму на совершенно новый уровень, расширяя границы в том числе за пределы России. Андрей таких намерений не имел, но благоразумно промолчал - знал, что если поднимет тему и начнёт высказывать своё честное мнение, то ему даже отучиться спокойно не дадут. Кто-то посмелее и поборзее мог бы открыто пойти против родителей, выбрать университет, после окончания школы начать строить свою судьбу самостоятельно, но Малодворцев был не таким человеком. Наверное, он просто привык соответствовать ожиданиям семьи: он был умным, талантливым, легкообучаемым, такими детьми гордились, об их успехах рассказывали на редких встречах с родственниками, о них бесконечно говорили с друзьями (слышал Андрей обрывки монологов матери, ему хватило). Двигаться по течению было проще всего, поэтому Малодворцев не имел проблем в школе, участвовал в олимпиадах, в которых победа на всероссийском этапе принесла ему дополнительные баллы при поступлении, учился на отлично, в конце получив как бы заслуженную медаль, и благополучно занял бюджетное место в университете, в первую волну находя свою фамилию над чертой зачисленных.

    Родители им гордились, но им на блюде не преподносили неприглядную сторону сына. Чета Малодворцевых понятия не имела, что Андрей курил с четырнадцати лет, пряча сигареты по потайным карманам, порой оставался ночевать у друга не потому что не хотел возвращаться по потёмкам, а потому что напивался в хлам - Никите было двадцать, он жил отдельно, и не имел никаких проблем с посадочными местами. Зависать вместе по пятницам давно стало у них традицией, они оба не учились по субботам, могли сидеть до утра, распивая пиво, открывая на ютубе сомнительного содержания видео, и болтая о ерунде, как две бывалые сплетницы.

    О том же, что ему случалось рассматривать спящего Ника, Андрей и сам отказывался думать, не то чтобы с кем-то обсуждать.

    По большому счёту после поступления его жизнь не особенно изменилась: Малодворцев много учился, зарабатывал баллы для портфолио, периодически отправляя свои переводы на литературные конкурсы, оформляя работы собственными иллюстрациями. Андрей обладал большим словарным запасом и, как выяснилось, был способен писать неплохие тексты на заданную тему - комиссиям обычно его работы нравились, а руководство университета не могло не нарадоваться тому, какого получило деятельного студента.

    Идеальным Андрей не был. Но образ поддерживать умел. У него не было проблем с остальными студентами, пусть первые курсы принадлежали к тому возрасту, когда подростковая злость ещё не сошла, и чужое имя на слуху больше раздражало, чем вызывало желание поднапрячься и тоже чего-то достигнуть. С Андреем, однако, было выгоднее дружить - он не был вредным, не нарывался, не был ботаником-задротом, ни к кому не подлизывался, и пусть не обрастал неприятелями, но всё-таки не был беззащитной овцой, что не могла за себя постоять. До драк дело не доходило, Малодворцев не позволял конфликтам обрести такую напряжённость, чтобы доводить проблему до мордобоя, но обычно острые углы ему удавалось обойти.

    Пока в один момент что-то не пошло по пизде.
    "Не уебаном?" Андрей лениво поднял взгляд от блокнота, на листах которого выводил ручкой наброски, и посмотрел на внезапно начавшего говорить бритоголового парня, до этого на совместных лекциях не замеченного. Малодворцев не помнил его имени, даже лица не припоминал, более того, плевать хотел на эту откровенно неинтересную ему личность, но всё-таки сложил руки перед собой, укладывая подбородок на ладонь, дожидаясь продолжения малоинформативной речи. Таким, как этот лысый, обычно просто хотелось на кого-нибудь наехать; Андрей, естественно, драться на собирался, но и молча глотать оскорбления не планировал.

    "Авдеев..." Тонкие губы Малодворцева растянулись в неприятной улыбке. "Вспомнил".
    - Стася, хватит, - Андрей на мгновение сжал ладонью бедро девушки, что так откровенно тёрлась об него боком. Малодворцев пуританином не был, давно уже расстался с девственностью, и в то же время к сексу относился только как к акту необходимой разрядки; это было приятно, но не до такой степени, чтобы терять голову и думать только лишь о том, как бы кому вставить. не все это понимали, но одного только привлекательного тела мало, чтобы завлечь, по крайней мере, это было справедливо в случае Андрея; поэтому он не оторвал взгляда от Авдеева, продолжая смотреть на него спокойными глазами. - Звали бы меня "Иннокентий", я бы тоже ещё в детстве охуел.

    Малодворцев догадывался, что прошёлся по больному месту, но не он начал кидать претензии; имея столь очевидную слабость, Авдееву вообще не стоило выёбываться, вынуждая остальных реагировать на агрессию.
    - Спал бы дома, как все нормальные люди, избавил бы нас всех от этого диалога, - Андрей пожал плечами, - претензии по существу есть?

    [nick]Андрей Малодворцев[/nick][status]water[/status][icon]https://forumupload.ru/uploads/001b/2f/0f/463/603184.jpg[/icon][fandom]<div class=fan2>original</div>l[/fandom][lz]<div class=lzname><a href="https://gemcross.rusff.me/">Андрей Малодворцев, 19</a></div><div class=lztext></div>[/lz]

    Отредактировано Andrew Minyard (2022-04-13 20:02:18)

    +2

    4

    [indent] Он проклинает ебаную аудиторию, шлет к хуям Дэнни и желает смерти Виктору Сергеевичу. Если бы не все эти обстоятельства, то ноги Кеши не было на потоковой лекции, но звезды складываются в максимально уебищную картину, в итоге приводя заебанного Авдеева в текущую точку. Он хочет вяло сползти со стола, подцепив пальцами полупустой рюкзак, и скрыться в курилке, в одиночку смакуя одну сигарету за другой. Его в разы сильнее возбуждает мысль бесцельно шляться по знакомым переулкам, выискивая свободное место у окна в ближайшем Макдональдсе, лишь бы не слышать этих слащавых разговоров, наполненных полупрофессиональным отсосом. Однако он вынужден продолжать плющить задницу в душном лектории, испытывая свои нервы на прочность в тщетных попытках нагнать сон, но и эту святую потребность у него беззастенчиво отбирают.
    [indent] Знал бы, что так будет - забился бы в самый дальний угол, усаживаясь в самом дальнем углу прямо на полу, на олимпийке, - потому что ебал он в рот щебет Стаси, ультразвуком простреливающий левое ухо. Нет, Авдееву нравятся девчонки; они тонкие и пластичные, а наманикюренные когти приятно чешут макушку - сам Кеша так не может. Но с ними совершенно невозможно разговаривать, потому что красотки чаще всего тупые, как пробки, а Авдеев ненавидит кучу эмодзи в сообщениях и дарить цветы на мифические праздники. Все его прошлые отношения быстро заканчивались, потому у Кеши не было ни денег, ни машины, ни желания «выгуливать» свою даму в культурные места. В принципе, ему и одному нормально; пока в этом мире есть лесбийское порно, Кеша считает, что может справиться с гормональными всплесками. Поэтому сейчас вот эта театральная наигранность одногруппницы откровенно бесит, а ее показательные отирания о коленку Малодворцева и вовсе вводят Авдеева в режим берсерка. Он хочет выпалить что-то вроде «тебя, тупая шлюха, никто не спрашивал», но в игру вовремя вступает здравомыслие, незначительно успокаивающее расшатанные нервы. В данный момент Кеша находится против всего мира; он периферийным зрением замечает, как много брезгливости вызывает одним своим видом, а словами лишь подливает масла в огонь всеобщего недовольства - и все же в его части аудитории повисает пронзительная пауза и это не может не радовать. Эффект достигнут: противный писк обрывается, и это вызывает у Авдеева более широкую ухмылку, которую он спешит подарить Малодворцеву.
    [indent] - Да, Стася, завязывай, - Кеша передразнивает интонацию Андрея, переводя скучающий взгляд на девчонку, и откровенно наслаждается тем, как ее лицо заливается краской - ни то от смущения после слов идола, ни то от негодования. Она выглядит как местная звездочка, вся такая раскрашенная и в короткой кожаной юбке, из которой выразительно торчат черные капроновые колготки; такие прикалывают Авдеева, и он даже думает, что мог бы потенциально зажать ее на лестнице, вот только внешний образ портит открывающийся рот. Была бы Стася немой…
    [indent] Его скупое удовлетворение в ворохе картинок фантазии длится недолго, потому что Андрей позволяет себе ляпнуть то, за что в родной Уфе Кеша нахуй бы убил. Словесный удар приходится аккурат в болевую точку, и Авдеев сжимает губы в тонкую полоску - теперь на них нет ни тени улыбки, а сходящие к переносице брови еще сильнее подчеркивают крайне хмурое выражение лица. «Ошибка, Малодворцев, ох какая ошибка…» - шипение перекрывается сдавленным выдохом, но Авдеев слишком быстро возвращает себе самообладание, чтобы его разочарование было считано кем-то другим. Краем глаза замечает, с каким интересом наблюдают за их перепалкой остальные; кажется, даже соседние парты притихают, а где-то вдалеке улавливается короткое «Смотри, до Андрея лысый доебался».
    [indent] «Ах вы ебаные ублюдки», - думает Кеша, показательно выпрямляясь во весь свой рост и вскидывая руки к полотку, медленно разминая затекшую спину выгибанием дугой; чувствует, как пара позвонков с щелчком встают на место и приносят с собой легкое расслабление. Вот только в груди все еще разгорается пожар ярости, и Авдеев вполне себе готов спустить всех собак ада на Малодворцева, благо, ненависть к кудрявой башке зреет внутри уже слишком давно. А тут целый повод появляется - и какой! Непозволительный шаг в сторону, который доведет Андрея до больницы с переломанной челюстью, а Авдеева же полностью оправдает, потому что этот еблан посягает на святое.
    [indent] - Ты бы берега не путал, Малодворцев, - начинает тихо, источая волны откровенной злости, которой пытается предварительно прощупать кожу лица Андрея на прочность, прежде чем влепить по ней кулаком. Высер про «спать дома» Авдеев игнорирует чуть более, чем полностью, продолжая растягивать шею и разминать запястья - движения вполне себе привычные, Кеше свойственные, вот только во взгляде, который он бросает на своего одногруппника, плещется далеко не обычный скептицизм. - Мне очень жа-а-аль, что я прервал твой охуительно высокий разговор и петтинг в общественном месте.
    [indent] Авдеев слишком резко бросается вперед, с громким ударом опуская предплечья на парту - сидящий впереди парень дергается от испуга и отшатывается в сторону; кому-то кажется, что «лысый» сейчас рванет в сторону Малодворцева с ударами, но Кеша лишь коротко кивает на Стасю.
    [indent] - …Хотя нет. Нихуя мне не жаль, - он чувствует, как какая-то нечеловеческая агрессия разливается по венам горючим спиртом, который обычно проходит через рот. Авдеев думает, что ему становится откровенно насрать что на продолжающуюся лекцию, что на все раскрытые рты вокруг, что на святую личность Андрея - желание начистить ему табло перекрывает собой полумертвый инстинкт самосохранения. - А по существу… Кроме того, что ты - ебаное недоразумение, у меня претензий нет.
    [indent] Что-то в голове щелкает и отдает неприятной болью в виски; Кеша может поклясться, что в один момент полностью теряет себя в аффекте, потому что иначе не может объяснить проявляющуюся вдруг силу. Он в прыжке вскакивает сначала на скамью, а потом и на парту, делает два шага, чудом не проходя тяжелыми ботинками по рукам Стаси, и садится на корточки перед лицом Андрея, смотря на него сверху вниз. Вокруг режет воздух всеобщее копошение и чьи-то требовательные крики - Кеше кристально поебать, пока его никто не трогает, - он опускает короткий взгляд под ноги, замечает ту самую тетрадку с зарисовками, с которой все началось, и носком ботинка сталкивает ее на пол.
    [indent] - Авдеев, слезь с парты! - кричит ему в спину преподаватель.
    [indent] - Ты вообще, блядь, адекватный?! - попискивает Стася.
    [indent] - Да он отмороженный, выведите его кто-нибудь! - раздается в стороне незнакомый голос.
    [indent] Кеше насрать. А вот Иннокентию абсолютно не насрать; он ближе нагибается к лицу Андрея и вышептывает короткое прямо в его длинный нос:
    [indent] - Твоя морда меня выбешивает. И если ты сейчас же не заткнешься, я на пальцах объясню, что меня зовут Авдеев.

    [nick]Иннокентий Авдеев[/nick][status]шаланда и манипулятор[/status][icon]https://i.imgur.com/EuKZyOJ.png[/icon][fandom]<div class=fan2>original</div>[/fandom][lz]<div class=lzname><a href="https://gemcross.rusff.me/"><s>Кеша</s> Авдеев, 19</a></div>[/lz]

    Отредактировано Kevin Day (2022-08-07 01:45:54)

    +2

    5

    Андрей не был идиотом: он слышал выкрики студентов обоих факультетов, знал, что правда на его стороне, и в то же время на реальную поддержку не рассчитывал. Авдеев был типичным гопником с района, персонажем анекдотов и комичных скетчей, совершенно отбитым неадекватом, который не держался за своё место в университете, имел сомнительные перспективы будущего и был по большому счёту нахер никому не нужен. Таким людям нечего было терять, а значит, с ними опасно связываться - кто мог сказать, не спрятал ли Иннокентий заточку? Кто мог предсказать, в какой момент Авдеев окончательно потеряет самоконтроль и от вербальных угроз перейдёт к применению физической силы? Андрей не был изнеженной ромашкой, но в полноценных драках едва ли когда-то участвовал, не случалось ему было втянутым в махачи, обычно конфликты спускались на тормоза. Возможно, дело в везении, но его запас Малодворцев к началу второго курса уже исчерпал.

    Авдеев никак не среагировал на выкрики, проигнорировал даже слова преподавателя, как будто требование отойти и перестать быковать относилось вовсе и не к нему. Вместо того, чтобы отвалить и сделать типичный для себя вид спящего, Иннокентий поступил совершенно противоположно: запрыгнул на парту, в несколько шагов приблизился к Андрею, и склонился над своим противником, являя ему выражение ярости и готовность к откровенной агрессии. Малодворцев заставил себя не отшатнуться, но аккуратно подтолкнул Стасю, как бы намекая ей, что было бы неплохо отодвинуться; задеть девушку ему совершенно не хотелось, это не её конфликт, но если вдруг случится махач, пострадает именно она. Какие-то понятия благородства у Андрея были - возможно, он просто привык оберегать Риту, и желание защитить хотя бы не виновную в потенциальной драке девушку уже отпечаталось у него на подкорке.

    Андрей поджал губы, краем глаза замечая, как блокнот со скетчами летит на пол, но не позволил себе отвлечься. Мысленно свои выводы об Иннокентии он уже сделал, и осознал, что тот всеми доступными способами просто пытался выбесить противника, заставить и его потерять самоконтроль; блокнот с рисунками стал только винтиком в общем механизме, и чёрта с два Андрей на это поведётся. Авдеев уже дал понять свои намерения, сделал собственную агрессию очевидной, и теперь Малодворцев не мог отступиться, не мог пустить всё на самотёк - в глазах свидетелей это сделало бы его неспособных постоять за себя ссыклом, а Андрей слишком хорошо знал, на что способно общественное мнение.

    - Нет, неграмотное ты животное, - Малодворцев смотрел на лысого, и по движению вокруг понял, что окружающие уже достали телефоны, записывая происходящее на камеры. Уже в течение получаса весь конфликт будет доступен в записи всем желающим, но отступаться было поздно; не Андрей это начал, так что пошёл бы Кеша нахуй. - "Авдеев" - это фамилия, а назвала тебя мамочка "Иннокентием". И если тебе это понятно, то будет добр, свали нахер на место.

    Лысый даже в лице изменился: раскраснелся, руки сжались в кулаки, и Андрей тут же понял, что если ничего не сделает в течение одной секунды, то ему сильно прилетит в лицо. Малодворцев успел среагировать первым, приподнялся на месте, и толкнул противника за плечи, из-за чего тот потерял равновесие и полетел с парты назад. Завизжали девчонки, что-то заорали парни, преподаватель тщетно пытался восстановить порядок, но в общем гаме его голос терялся, становясь совершенно неразличимым, на манер белого шума, не иначе. Андрей ни на что внимания не обращал, смотрел только прямо перед собой, на поднимающегося Иннокентия, который явно ударился спиной о парты предыдущего ряда, но особенно от этого не пострадал. Кто бы сомневался - на псинах всё заживает быстро, а сейчас Авдеев отделался синяком, не больше. Другой вопрос, что внезапный толчок вызверил гопника, он как-то по-животному зарычал, а затем кинулся на Андрея, явно теряя остатки самообладания; драться в узком пространстве было совершенно неудобно, но это обоим противникам помехой не стало. Малодворцев пропустил первый удар по челюсти, прошедший вскользь, и всё равно грозивший наутро оставить после себя напоминание в виде синяка; адреналин не позволил отвлечься на боль, Андрей вскочил с места, и, пользуясь разницей в росте, поймал шею Кеши в захват и принялся тянуть его с парты, пытаясь скинуть на пол. Со стороны больше казалось, что Малодворцев просто душил противника, но думать было некогда - Андрею правда не хотелось щеголять полностью разбитым в кровь лицом, а судя по тому, как махал кулаками Иннокентий, именно этим и обернулось бы дело, сумей Авдеев вывернуться из на удивление крепкой хватки.

    Малодворцев не контролировал силу, просто хотел удержать Авдеева и не дать ему возможности нанести ответный удар, и не мог видеть, как краснела морда Иннокентия, как ему не хватало воздуха и как отчаянно он пытался вдохнуть. Очнулся Андрей только от того, что сзади его за плечи схватили, оттаскивая от противника, и потянули назад, вынуждая разжать руки.

    - Возмутительно! - отойдя от волны ненависти, Малодворцев понял, что преподаватель продолжал размахивать руками, выражая своё искреннее негодование. - К ректору! Оба! Немедленно!

    Андрей дёрнул плечами, избавляясь от крепкой хватки Антона, одногруппника, внезапно вмешавшегося в не касающийся его конфликт, затем последний раз глянул на так и смотревшего на него с искренней ненавистью Иннокентия, после чего схватил рюкзак, смахнул в него со стола все свои вещи, второпях не подняв с пола блокнот, и первым вышел из аудитории, направившись в кабинет ректора.

    Виктор Сергеевич вообще-то был отличным мужиком, адекватным, солидным, без лишних заёбов; и всё же в первую очередь он ценил порядок и дисциплину, которую только что нарушили два студента, лучший и, наверное, худший на потоке.

    - От тебя, Малодворцев, не ожидал, - ректор выглядел как будто разочарованным, но Андрея сейчас это не особенно волновало. Он всё ещё был зол, пытался придти в себя после первой за многие годы драки, и не мог отделаться от мысли, что этот ничего не значащий для него махач мог теперь выйти ему боком. Чёртов Авдеев с его идиотскими гопническими замашками...
    Ректор продолжал разливаться обвинительными укоряющими речами, в которые Андрей не особенно вслушивался, только ждал, когда же наступит момент, когда на его шею опустится гильотина. - ... Только на первый раз, и только из-за твоих прошлых заслуг мы не станем заносить это недоразумение в твоё личное дело. А теперь иди в медпункт, пусть что-нибудь сделают с твоим лицом, награждение в пятницу, ты не можешь там появиться с синяком. Свободен. Авдеев, останься.

    На душе стало сразу легче. Малодворцев выдохнул, понимая, что ему банально повезло, что администрации и самой было невыгодно наказывать студента, стабильно посещающего лекции, не имеющего проблем в учёбе, к тому же занятого в дополнительных мероприятиях; напоследок бросив хмурый взгляд на Авдеева, Андрей попрощался с ректором и вышел в коридор на самом деле направляясь в медкабинет.

    - Малодворцев! - Андрей обернулся на звук, и увидел поднятые вверх пальцы рук Мишки, лингвиста курсом старше. - Красава!

    Неудивительно, что ещё через час весь университет знал, что произошло на лекции: видео снимали сразу несколько студентов, они и поделились записями в соцсетях, тут же делая из этого большую обсуждаемую новость. Андрею не пришлось отвечать на вопросы насчёт своего опухшего лица, он то и дело ловил на себе одобрительные взгляды студентов, и слышал шёпот со всех сторон; конфликт с Иннокентием не был окончен, напротив, из-за шумихи вокруг драки отношения с этим кретином окончательно перейдут из категории похуистично-нейтральных в агрессивно-конфликтные, но Малодворцев всё равно не жалел о произошедшем. Кретин Авдеев не оставил ему выбора, и разбираться с последствиями будут они оба, просто по-разному.

    В частности, сначала Андрею придётся как-то объяснить отцу, что случилось, и не нарваться при этом на трёпку. Старший Малодворцев хоть и перенёс основной офис в богатую Москву, но сохранил связи в Петербурге; сегодня он крайне некстати приехал в город, хотел встретиться с кем-то из партнёров, а заодно проведать сына. Вроде бы Рита должна была приехать вместе с ним; и если сестре Андрей был рад, то встреча с отцом ничем хорошим сегодня не обернётся. Малодворцев посмотрел в зеркало в туалете, недовольно поджал губы: нижняя челюсть уже отекла, и границы будущего синяка были чётко ограничены. Отец явно такому раскладу не обрадуется, а его недовольство никогда ничем хорошим для Андрея не оборачивалось.

    [nick]Андрей Малодворцев[/nick][status]water[/status][icon]https://forumupload.ru/uploads/001b/2f/0f/463/603184.jpg[/icon][fandom]<div class=fan2>original</div>l[/fandom][lz]<div class=lzname><a href="https://gemcross.rusff.me/">Андрей Малодворцев, 19</a></div><div class=lztext></div>[/lz]

    Отредактировано Andrew Minyard (2022-04-15 22:11:08)

    +2

    6

    Что за дела, это что, такой фетиш?
    [indent] Положение на возвышении парты позволяет впервые посмотреть на Малодворцева сверху-вниз, а не наоборот. Их разница в росте незначительна, но свои сто семьдесят сантиметров для Кеши до сих пор довольно жесткий триггер, потому что все детство он был низким и щуплым. Авдеев лез в драку, как только слышал определение «коротышка», и зубами выдирал свое право стоять не в конце шеренги во время физкультуры; одноклассников получалось затыкать силой, но со всем районом сражаться было невозможно. Поэтому чертовые подколки сопровождали его до старшей школы, когда запоздалый пубертат все-таки не прибавил десятка сантиметров и короткую щетину на подбородке. И все равно Авдеев был чуть ниже среднего среди подавляющего большинства студентов, из-за чего обязательно выбирал гады на платформе и втайне мечтал накопить денег на олдскульные Мартинсы. А пусть в универе сейчас достаточно «коротышек», именно ебаный Андрей вытянут шпалой, поэтому возможность всматриваться в его морду вот так свысока выдается нечасто.
    [indent] Повышающийся адреналин разъебывает нервную систему, и Кеша с наслаждением сжимает зудящие кулаки, готовый в любой момент сорвать стоп-кран на вольность и навязать свои правила, которые ему более привычны демократичных разговоров. Он скалится и обдает лицо одногруппника табачным дыханием, своенравно высиживая на кортах посреди чужих конспектов. Авдееву страшно хочется потушить этот огонь в глазах, спустив мудака с небес на землю, и - какая неожиданность! - для активных действий действительно находится повод.
    [indent] - Какого ху… - Кеша задыхается возмущением; его не так беспокоит упоминание собственной матери, как очередной прокат по настоящему имени в паспорте, и вкупе с ироничным комментарием горючая смесь вспыхивает взрывом ненависти меж ребер. Однако он не успевает сделать выпад первым: Малодворцев то ли заранее готовил кульминацию стендапа, то ли так же, как и Авдеев, умеет реагировать быстро. Толчок сильными руками приходится в плечи; Кеша не может удержать равновесие и летит назад, ощутимо ударяясь позвоночником в парту позади. Грохот собственного тела оглушает и выбивает воздух из легких, но возбуждение перебивает неприятные ощущения, поэтому прийти в себя получается достаточно быстро. Авдеев быстро группируется и снова вскакивает на ноги, бросаясь вперед и отвешивая скользящий хук по челюсти. Кто-то попискивает и матерится, вдалеке происходит копошение, с галерки раздается сдавленных смех неучаствующих, а Кеше похуй на реальность, ведь точка невозврата окончательно пройдена. С Андреем либо биться насмерть, либо на все будущие годы прослыть проигравшим, и слабости Авдеев себе не позволит, даже если после этого вылетит из универа пробкой от шампанского.
    [indent] Гребанная разница в росте Малодворцеву на руку, как и широкий проход между партами, в котором он может потянуться к шее соперника и взять ее в захват. Под давлением чужого предплечья Кеша сдавленно хрипит и наносит пару ударов в бок, пытаясь сломать ебаные ребра. Силы покидают его быстрее, чем ожидалось, и в какой-то момент кислорода в легким почти не остается - все еще далеко от отключки, но близко, чтобы проиграть. В висках бьет истеричный набат, и Авдеев точно знает, что как только выпутается, то пустого места от мрази не оставит… Свежий воздух в ноздрях воспринимается как ценнейший подарок, однако снова податься вперед Кеше не дают другие одногруппники, которые удерживают его за плечи аж в четыре руки.
    [indent] - Пустите, блядь, - рычит разъяренным псом и в ответ получает третью пару рук, хватающуюся за края толстовки; Авдеев вскидывает голову и смотрит на Андрея с такой яростью, что встань между ними кто-то еще, сквозь него прожжется дырка. Рядом пиздит преподаватель - Кеша вообще не врубается в чужие голоса, пока его силком вынуждают отойти на пару шагов назад и хорошенько продышаться. Он несколько раз дергает руками в попытке вырваться из хваток - безуспешно, - и в итоге сдается, мысленно желая каждому в аудитории подохнуть в муках. - Ладно, все, отъебитесь!
    [indent] Его неохотно отпускают, и два десятка глаз долгие минуты пристально наблюдают за каждым движением Кеши, пока он раздраженно хватает свой рюкзак и на ватных ногах выходит из аудитории. До кабинета ректора его сопровождает безымянная староста, видимо, думая, что он повторно нападет на Малодворцева в коридоре. Кеша натягивает на лицо маску самого скучающего выражения, и только взгляд пытается прожечь спину Андрея насквозь, пока их обоих не берет в оборот Виктор Сергеевич, рассаживающий студентов по креслам на благоразумное расстояние.
    [indent] - Пятно на репутации университета уже выложено в интернете, и от него вы оба еще долго не сможете оттереться, - в ответ на реплику ректора Авдеев громко хмыкает, впиваясь взглядом в идеально вымытое окно, лишь бы не видеть больше ублюдскую морду по другую сторону. Ну кто бы сомневался, что Сергеича будет ебать напускной имидж; у Кеши на это один вопрос - нахуя тогда старый взял его учиться? Читал же школьную характеристику и делал запрос в уфимское подразделение полиции. Ректор немногословно выдает еще какие-то угрозы и отправляет Малодворцева восвояси, отпуская кретину все совершенные грехи. Начинает говорить снова, как только за Андреем закрывается дверь - Кеша все еще отсутствующе смотрит в окно, с силой сжимая лямку уложенного на коленях рюкзака:
    [indent] - Иннокентий, я несколько раз даю тебе шанс исправиться, и каждый раз ты не оправдываешь возложенных надежд, - старый понижает тон голоса и сквозит какой-то усталой смиренностью, а не возмущением. Авдеева это бесит сильнее показательной казни; ему вновь кажется, что с ним сюсюкаются.
    [indent] - Я не просил этого.
    [indent] - Твоя мать просила. И ее отчаяние до сих пор убеждает меня в том, как сильно она тобой дорожит.
    [indent] - И? - Кеша все-таки поворачивает голову на ректора и сжимает губы. Его мамаша проебалась ровно в тот момент, когда отказалась от аборта, и это перебивает любые возможные вариации пресловутой любви.
    [indent] - Ты хочешь вернуться обратно в Уфу и пойти служить?
    [indent] - Нет, - вопрос приходится ровным ударом в лоб и Авдеев прищуривается, потому что точно знает политику мудака напротив: он знает, куда бить, и беззастенчиво тем пользуется.
    [indent] - Поэтому, Иннокентий, не трать остатки моего терпения. У тебя есть последний шанс продолжать прятаться от военкомата, пока я лично не выбрал тебе распределение на Крайнем Севере. Будешь тише воды и ниже травы до конца года, в ближайшее время закроешь хвосты первого курса и прикусишь, наконец, свой длинный язык. А если еще раз хоть ляпнешь что-то в сторону Малодворцева, я лично куплю тебе билет домой, - «Заботливый папаша вылизывает своего сынишку - смотреть онлайн, без регистрации и смс», - Кеша душит в себе ироничный комментарий и кивает, не сводя пристального взгляда с лица ректора.
    [indent] - Понял, - он выходит из кабинета после завершающего «свободен» и в коридоре достает из кармана телефон: Дэнни разрывает его личку кучей сообщений, которые варьируются от «чего ты опять натворил» до «херасе ты Малодоворцеву по лицу прописал!». Авдеев зажмуривается, пытаясь проснуться от долгого кошмара, который длится с ним уже девятнадцать лет, снова убирает мобильник и спускается по лестнице наружу, уже в курилке прижимаясь ноющей спиной к холодной стене переулка. Обратно на пары не возвращается, ведь знает, что если снова увидит Андрея, то не сдержится. Сил хватает ровно на дорогу до дома; Кеша падает на кровать лицом и отключается под методичный шум телеканала Спас.
    ***

    [indent] Следующие несколько недель он и правда старается не отсвечивать: на поточных лекциях прячется в дальнем углу аудитории, заставляя Дэнни авансом занимать козырные места силой святого феминизма. На всякие перешептывания за своей спиной отвечает лишь неподъемным взглядом, а в обеденный перерыв старается уходить далеко за пределы мест, где потенциально может столкнуться с Андреем. Малодворцев все еще маячит на периферии обучения, но все их общение сводится к злым взглядам исподлобья и коротким язвительным комментариям, которые, однако, не приводят к активным действиям. Авдеев связан по рукам и ногам следящим за ним ректором, но и Андрей как-то особенно тих; вероятно, ему тоже досталось сразу после драки, и Кеша молчаливо празднует победу, когда то и дело натыкается на унылый ебальник одногруппника.
    [indent] К концу октября обстановка дома накаляется до предела. Клавдия непреклонна в своем решении, и последние дни месяца активно намекает Авдееву на то, что племяннику пора уже собирать вещи. Двадцать восьмого числа они в очередной раз шумно ругаются, и Кеша в ночи уходит из дома, планируя гулять по улицам до момента, пока безумная тетка не уснет в молитве Христу. Ноги бесцельно несут Авдеева сквозь дворы-колодца куда-то в точки сбора молодежи, хотя ему самому куда приятнее было бы сидеть на лавке, вот только октябрьская ночь ледяным ветром залезает под шиворот и заставляет искать себе пристанище. Какой-то полуэлитный бар на Некрасовке завлекает к себе неоновой вывеской и свободным местом в глубине зала. Кеша скромно считает свои пожитки, делая вывод, что денег ему хватит на пару стаканов крафтового пива и жетон метро. Он устраивается на кресле в углу и начинает тянуть темное пиво, уныло рассматривая отдыхающих среди громкой музыки и шумных разговоров.
    [indent] Через двадцать минут втыкания в телефон что-то заставляет Авдеева поднять голову, а секундой после - уронить челюсть на пол. В десятке метров от столика на одного, возле барной стойки, он видит Малодворцева - пьяного и улыбчивого - в компании какого-то смазливого парня. Казалось бы, что не так, думает Кеша, однако реальность оказывается прозаичнее аккуратного «что не так»: даже в приглушенном барном свете факт того, как демонстративно мальчишка отирается о высокого Андрея, не оставляет Кеше никаких возможностей к самообману. Малодворцев не только не против внимания, так еще и всячески то поощряет, пусть его движения аккуратны до блевотного - короткий мазок пальцами по боку, легкая улыбка, недвусмысленное подмигивание… Авдеев не может отвести взгляда, чаще прикладываясь к стакану и глубокими глотками допивая пиво; внутри него растекается очередная волна ярости, подстегиваемая язвительным ликованием. «Вот это, блядь, бинго», - Кеша растягивает рот, облизывая зубы, и свободной рукой незаметно снимает блокировку с телефона, чтобы сделать две фотки в особенно пикантный момент, когда незнакомый пидор подается к уху Малодворцева. Снимок выглядит вполне безобидно, словно на нем запечатлен разговор двух близких друзей, но Авдеев не собирается выкладывать пост в универское Подслушано - его месть станет более извращенной. Он пишет Дэнни в чат: «Можешь достать мне номер Андрея у своих соседок? Скажи, что тебе надо у него про вступление в профсоюз узнать», и через пару сообщений уточнений получает ценный набор цифр. Кеша внимательно следит за перемещением однопоточника и заказывает второе пиво, когда тот выходит курить на улицу; параллельно занимает другое место, в противоположном углу от места съемки, прячется за широкой колонной так, чтобы со стороны барной стойки его не было видно, и открывает чат в телеграме, логинясь с фейкового профиля.
    [indent] «Привет. Одна птичка нашептала, что лучший студент потока, оказывается, пидорас. Прокомментируешь или мне стоит спросить у твоих одногруппников?» - печатает негнущимися пальцами и следом бросает в чат фото. Ждет, пока Андрей достанет телефон из кармана, выглядывая из-за колонны, и хочет поймать всю гамму эмоций на ублюдском лице Малодворцева.

    [nick]Иннокентий Авдеев[/nick][status]шаланда и манипулятор[/status][icon]https://i.imgur.com/EuKZyOJ.png[/icon][fandom]<div class=fan2>original</div>[/fandom][lz]<div class=lzname><a href="https://gemcross.rusff.me/"><s>Кеша</s> Авдеев, 19</a></div>[/lz]

    Отредактировано Kevin Day (2022-08-07 01:46:07)

    +2

    7

    В своих ожиданиях Андрей не обманулся - не так был страшен ректор, как родной отец. Только поймав на себе первый взгляд родителя, младший Малодворцев подумал, что стоило бы встретиться с Ритой заранее, может, у сестры получилось бы скрыть косметикой следы драки... Впрочем, что об этом сожалеть, Андрей уже предстал перед отцом с распухшим лицом, что не оставляло никаких возможностей для полёта фантазии: было очевидно, что парень ввязался в драку, и враньё уже становилось бесполезным. Под хмурым пристальным взглядом Малодворцев, стараясь не запинаться и не трястись, без особых подробностей рассказал о короткой стычке с этим мудаком-прогульщиком Иннокентием, не называя имён, не подчёркивая, что драка случилась в стенах университета; если бы с семьёй они встретились не в людной месте, Андрей был более чем уверен, что получил бы ещё одну затрещину. Отец не то чтобы избивал сына, но мог поднять на него руку, считая, что без применения силы иной раз ничего добиться от детей нельзя. Что важно, от мальчиков - для Риты папа был самым лучшим, ей уж точно никогда не доставалось, в семье Малодворцевых было негласное правило, согласно которому девочку совершенно нельзя было обижать.

    Андрей же отца побаивался, не до той степени, чтобы быть шёлковым и идеальным, но настолько, чтобы хотя бы визуально пытаться соответствовать ожиданиям требовательного родителя. Именно от Александра Малодворцева на текущий момент зависело, что и как будет делать сын, поэтому отца тот старался не бесить. Андрей финансово полагался на родителей, не имея постоянного дохода за исключением переводов, что не бесплатно выполнял за нерадивых учащихся; этих денег могло хватать на приличное пиво и сигареты, но расходы студента этим не ограничивались.
    - Ещё одна такая выходка, и я переведу тебя в Москву. Доучитесь оба там, говорил я матери...
    Андрея оставалось только кивать головой, как бы принимая слова к сведению, и напрочь игнорировать взгляды сестры. Ритка грезила поступлением в Питер, не столько потому что безумно хотела учиться именно здесь, а потому что жаждала глотнуть жизни без пристального родительского контроля. Малодворцевы были готовы дать ей возможность окунуться в новую среду, но только под присмотром старшего брата; если Андрея вернут в Москву, Ритка знатно обломится, и мстить будет ещё долго.
    Не то чтобы сам Андрей хотел возвращаться в родное гнездо - даже в общежитии, с надоедливым соседом под боком, он был куда свободнее, чем в стометровой квартире. Впрочем, Женька хотел забрать документы и уйти служить, возможно, скоро Малодворцев окажется в комнате в гордом одиночестве. Надолго ли...

    После встречи с отцом Андрей на самом деле притих, не встревать в конфликты было несложно, вернуться к своей обычной деятельности - тоже. Иннокентий больше с ним встречи не искал, только мрачно зыркал, но не делал никаких попыток подойти и продолжить разборку; Малодворцева это более чем устраивало. Видео с их дракой посмотрел, кажется, весь универ, даже сам Андрей: Ритка нашла его в сети, переслала брату с комментарием, что "нихера себе, от тебя такого не ждала". Что уж там говорить, Малодворцев и сам даже представить себе не мог, что в стенах учебного заведения подерётся, имея намерением не столько самозащиту, сколько преследуя желание навредить нарвавшемуся мудаку. Он и сейчас помнил ту ярость, что охватила его в момент начала драки, помнил силу, которую прикладывал, чтобы удержать Иннокентия, и искреннюю ненависть, которой светились глаза напротив. Тогда Андрей понял, каково это, иметь настоящего врага, опыт запомнился, но повторять его необходимости не было.

    Малодворцеву и без того было чем заняться, кроме как думать об Авдееве - последний наверняка скоро вылетит из универа, скатертью дорога. Андрею же нужно было вести себя потише, при этом находить способ получать от серых питерских будней удовольствие; и список рисковал расшириться.

    Малодворцеву случалось приходить в этот бар вместе с Ником, но впервые он решил напиться в одиночестве. Поддерживать разговоры его не тянуло первые три бокала стаута, а затем словоохотливость просунулась, и Андрей сам не понял, как вступил в ничего не значащий диалог с крашеным блондином, который невесть откуда появился рядом, и завоевал полное внимание студента. Слушать его было интересно, он нёс что-то про музыку, про сорта пива, травил байки из прошлого, и постепенно придвигал стул у барной стойки ближе к Андрею, якобы потому что не мог слышать его из-за гама в помещении и шума тяжёлого рока из колонок. Малодворцев не возражал, пьяно улыбался, поддерживал разговор, якобы случайно касался Ромки пальцами, не переходя при этом границ, за которыми пути назад уже не было.

    - Сейчас вернусь,
    - Андрей достал из кармана сигареты, и поднялся со стула, направляясь в сторону выхода. Ему срочно нужно было покурить и проветриться, привести мысли в порядок; Малодворцев плохо поднимал намёки, однако новый знакомый настолько однозначно демонстрировал свою заинтересованность, что в его намерениях никаких сомнений не возникало. Хотел ли Андрей того же? "Блять, да", - Малодворцев выдохнул дым из лёгких, с пьяной улыбкой на губах вспоминая тепло чужого якобы случайно прижавшегося к его бедру, многообещающую улыбку и шёпот на ухо, пусть даже смысл слов ускользал от нетрезвого студента.

    Андрей снова затянулся, а затем вытащил из кармана завибрировавший телефон. Пришло уведомление из телеги, Малодворцев засомневался, хотел ли сейчас видеть сообщение хер знает от кого, но всё-таки ткнул в экран. Увиденному он сначала не поверил, мгновенно посерьёзневшими глазами молча смотрел на фотографию, а затем нажал на нужный значок, решив позвонить отправителю. На звонок, логично, никто не ответил; Андрей судорожно выдохнул, выкинул недокуренную сигарету, и вернулся в бар, глядя в сторону, откуда буквально только что был сделан снимок.

    На фотографии Ромка что-то шептал Андрею на ухо, они оба нетрезво улыбались, но Малодворцев ещё помнил этот момент, и ему казалось, что всем очевидно, что новый знакомый сжимал его бедро пальцами, спрашивал о планах на ночь, обжигая кожу дыханием. На снимке этого не было, но бледный Андрей решил, что его поведение очевидно - не просто так ему писали об ориентации, верно? Значит, всем ясно, что желал Малодворцев и с какими намерениями...

    Так глупо спалиться, на ровном месте! Андрей поджал губы, бегло посмотрел по сторонам, но не увидел никого знакомого, и снова открыл чат с невесть кем. Не хватало, чтобы фотография попала в сеть! Малодворцев представил, что об его похождениях - пока ещё совершенно невинных! - станет известно отцу, и его замутило...
    "Кто это?"
    Сообщение прочли, но ответа не последовало.
    "Что тебе нужно?"

    [nick]Андрей Малодворцев[/nick][status]water[/status][icon]https://forumupload.ru/uploads/001b/2f/0f/463/430483.png[/icon][fandom]<div class=fan2>original</div>[/fandom][lz]<div class=lzname><a href="https://gemcross.rusff.me/">Андрей Малодворцев, 19</a></div><div class=lztext></div>[/lz]

    +2

    8

    [indent] Из всех доступных вариантов причин происходящего Авдеев как-то неразумно верит в самый идиотский, что маловозможен в их реалиях. В глазах всякого постороннего Малодворцев с этим белобрысым пидором как раз на пидоров совсем не похожи - они словно два новых знакомых, решивших сцепиться языками под светлую пшеничку и ничего более. В окружении других постоянцев, позволяющих себе намного большее, высокий Андрей и его спутник выглядят слишком невинно - вот только Кеша отказывается от любых объективных оправданий и уверенно подкидывает поленья в разгорающийся костер издевательского торжества. Даже находясь достаточно далеко, он с интересом считывает каждое неосторожное движение пальцами или теплую улыбку, и паззлы в его голове складываются в картинку ублюдского негодования, размоченного в темном пенном. Его расстраивает всеобщее равнодушие - никто в кабаке не обращает внимания на демонстративные отирания двух мужиков, - и Авдеев хочет встать с кресла и громким заявлением перекрыть шум музыки: «Никого, блядь, не смущает, что у вас тут геи обжимаются?!». Взращенный гнилыми уфимскими улицами и темными дворами, в которых право на нормальную жизнь приходилось вырывать зубами из уличных стычек и бесконечных словестных баталий, Кеша до сих пор не может привыкнуть к иному ритму жизни Питера - свободному и особенно яркому в сером унынии города. Да, он знает про Центральную станцию и тематические вечеринки - на третий месяц знакомства Дэнни предлагает Авдееву посетить подобную, на что получает резкий отказ - но ему все равно до омерзительного странно видеть подобную раскрепощенность людей, завернутых в длинные двубортные пальто.
    [indent] Всю сознательную жизнь Авдеев считает себя абсолютно нормальным парнем с такой же нормальной ориентацией, ведь передергивает он исключительно на порнуху с девчонками, и западает на короткие юбки с тонкими ногами. Кеша хорошо помнит, как еще в Уфе участвовал в показательном линчевании какого-то школьника с кучей анимешных значков на сумке: в тот день его кореша отобрали у мудака телефон и нашли в галерее кучу фотографий членов. Он помнит отвращение, с которым держал мобильник в руках, помнит пятно ненависти, расползающееся по затылку и до сих пор может поминутно восстановить события: под ударами тяжелых ботинок пидор хрипел и сворачивался в позу эмбриона, а потом тихо умолял оставить его в покое, когда кешин друг оттягивал длинные спутанные волосы и водил перед чужим лицом ножом-бабочкой. «Если мы еще раз увидим твой оттаханный рот у нас во дворе, то выбьем все зубы, чтобы тебе было удобнее сосать», - они никогда не были скинхедами, но отчаянно хотели таковыми казаться; Авдеев много лет провел в компании таких же отмороженных ублюдков, как он сам, и за годы прессинга вбил в свою лысую голову определенные незыблемые константы. Да, у него было такое же, как и у пидора, проколотое ухо, но он отстоял свое право на пирсинг в уличных боях и не считал металлическое колечко гейской атрибутикой.
    [indent] Переезд в Питер, вероятно, многое корректирует в отношении Кеши к миру - он сам становится чуть более расслабленным, не ожидая удара в спину каждую гребанную минуту, - но кое-что все равно отпечатано на подкорке, поэтому сейчас Авдееву кажется, что он становится свидетелем какого-то ебаного пиздеца. Он снова бросает взгляд на сделанную фотографию, пока терпеливо ждет малодворцевской реакции, и разочарованно отмечает, что на снимке действительно нет нихуя компрометирующего. Это до скрипа бесит - какого хера, думает Кеша, ведь он же видит воочию, каким взглядом смотрит на Андрея этот чел; он хочет сделать еще пару снимков, но прекрасно понимает, что если вылезет из-за колонны, то точно будет спален, поэтому остается надеяться только на эмоциональную реакцию Малодворцева. Полупьяным сознанием Авдеев практически ставит крест на попытке галимого шантажа - он прекрасно понимает, что Андрей не совсем отбитый и, в лучшем случае, логично проигнорирует невинную шалость, как максимум - заблокирует незнакомый номер. Однако…
    [indent] Кеша как-то хмуро смотрит на входящий звонок в телеграме и первые секунды даже не может вкурить, кто именно звонит ему на фейковый аккаунт. Когда осознание все-таки догоняет, то чужая реакция вызывает широкую, практически маньяческую ухмылку. Авдеев игнорирует вызов, а секундой после запрещает незаметченным пользователям звонить ему в чате. Он выглядывает из-за колонны и собирает всю волю в кулак, чтобы не порваться от смеха на тысячу лоскутов совершенного ликования, потому что предупредительный выстрел в воздух внезапно попадает точно в цель. На возвращающемся с улицы Малодворцеве нет лица - бледная морда похожа на идеально выстиранную скатерть, - а его внимание приковано к яркому экрану телефона с заметным голубоватым оттенком. Аватарка Андрея в телеге перманентно горит зеленым, и Кеша может прекрасно проследить корреляцию между тапающими по стеклу пальцами и статусом «Typing…» в чате. «Опаньки, значит, не все так однозначно…» - Авдеев одной рукой удерживает в руках телефон, а второй наощупь перехватывает полупустой стакан, делая глубокий глоток и пытаясь смыть несходящий оскал. - «Давай, солнышко, выкопай себе могилу».
    [indent] Он и правда не собирается шантажировать Малодворцева в открытую - слишком малы шансы на успех среди критически настроенных одногруппников, - но он может давить и издеваться, минута за минутой выводя Андрея на истерические реакции, пока его скользкая фигура пулей не вылетит из кабака. Кеша на мгновение отрывается от мобильника и поднимает голову, внезапно сталкиваясь взглядами с тем самым белобрысым пидором, из-за которого отвлеченный Малодворцев сейчас дрожит как осиновый лист. Мальчишка щурится, смиряя лысую макушку вдали презрительным взглядом, и этот гейский жест снова вытряхивает из груди Кеши всю ненависть к пидорасам, которых - была бы его воля - прямо сейчас бы раздавил как тараканов. Он склоняет голову на бок и характерно двигает сжатым кулаком возле своего рта, надавливая кончиком языка на внутреннюю сторону щеки. «Только попробуй, блядь, отреагировать», - Авдеев весь сейчас состоит из натянутых нервов и готов при малейшем триггере броситься вперед, разъебывая этот мерзкий бар к чертовой матери - ему просто нужен повод, и спутник Андрея может вполне им стать. Но тот не торопиться жертвовать парой ребер, лишь кривит лицо, закатывая глаза, и вновь отворачивается к Малодворцеву, который, в свою очередь, вообще не обращает внимания на ситуацию, потому что слишком поглощен набором сообщений.
    [indent] Кешу оглушают басы громкой музыки и собственное сердце, бьющееся под кожаной курткой и тонкой черной футболкой; наконец-то он чувствует себя достаточно пьяным, чтобы беззастенчиво творить хуйню - разве не ради этого эта игра вообще начинается? Авдеев скользит взглядом по сообщениям в чате и запускает пальцы в короткий ежик волос, размышляя над ответом. Через минуту откладывает телефон на стол, кончает остатки пива, задумчиво разглядывает оставшуюся на дне пену. Вновь берет мобильник, возвращаясь в чат - так же молчаливо, так же издеваетельски, по приколу вынуждая Андрея беспокойно осматривать периметр бара. Кеша слишком далеко, он спрятан в глубоком углу и имеет лучший обзор и отличное зрение, поэтому под конкретным углом может рассмотреть каждый сантиметр скулы Малодворцева, споткнуться о горбинку его аристократичного мозга, изучить плотно сжатые губы, за которыми перекатывается напряженная челюсть. «Фу, блядь», - Авдееву не может насладиться сполна подаренной не ему реакцией, но в то же время с трудом подавляет брезгливость; странный коктейль противоположных эмоций сливается воедино с влитым в гортань алкоголем и падает в желудок камнем непривычных реакций. Кешу слегка подташнивает - ему так кажется - и спустя пару минут заминки он все же набирает сообщения, слабо осознавая их истинный смысл:
    [indent] «От таких, как ты, мне нихуя не нужно»
    [indent] «Но есть предложение»
    [indent] «Или ты сейчас засасываешь своего сладкого дружочка, или фотка высылается всем твоим одногруппникам»
    [indent] «И не своди взгляда с окна - возможно, увидишь в нем своего сталкера»
    [indent] «Десять секунд, Малодворцев. Время пошло»
    [indent] Авдеев бросает телефон на стол и перекидывает ногу на ногу, смутно пытаясь понять, что именно просить сейчас сделать своего однопоточника. Это не походит на его стиль выяснять отношения силой - подобный шантаж даже для Кеши выглядит слишком жестко, более того, он знает точно, что как только увидит пресловутый засос двух мужиков, то его вывернет на пол. Так почему?... «Ебучее галимое пиво», - у Авдеева потеют ладони, и он вытирает их об обивку кресла, чувствуя какое-то странное горячее пятно в своем животе. Что-то не так, вот только пьяный Кеша не может понять, что именно; он просто вгрызается взглядом в опущенный к экрану подбородок Андрея и помимо ног скрещивает еще и руки, словно пытаясь сжаться в незаметную точку за колонной, хотя в данном случае он именно охотник, а не жертва. «Почему в баре стало так жарко?» - тошнота волнами подкатывает к горлу, и Авдеев дважды сглатывает, заталкивая беспокойство глубже; он делает ход ва-банк и теперь не может сдаться, пока не увидит ответ Малодворцева. Этот пидор заслуживает быть униженным - как минимум за свое существование.

    [nick]Иннокентий Авдеев[/nick][status]шаланда и манипулятор[/status][icon]https://i.imgur.com/EuKZyOJ.png[/icon][fandom]<div class=fan2>original</div>[/fandom][lz]<div class=lzname><a href="https://gemcross.rusff.me/"><s>Кеша</s> Авдеев, 19</a></div>[/lz]

    Отредактировано Kevin Day (2022-08-07 01:46:18)

    +2

    9

    Впервые в жизни Андрей оказался в настолько идиотской в своей абсурдности ситуации. Малодворцев ещё сам не успел свыкнуться со своими внезапными заинтересованными взглядами в сторону своего же пола, а его уже спалили, сфотографировали, а теперь хранили драматичную паузу, неприкрыто играя на нервах встревоженного парня. В воображении Андрея правда уже была известна всем, одногруппникам, студентам общежития, семье, и он судорожно прикидывал, какими последствиями это могло ему грозить. В Питере по-разному относились к людям с любыми предпочтениями, но Малодворцев не обманывался - ему репутация "пидораса" на руку не сыграет, это привлечёт любопытных к его персоне, но едва ли в позитивном ключе. Такие, как он, не должны интересоваться парнями, у него была слишком идеальная репутация, чтобы новость о его предпочтениях не оказала бы эффекта разорвавшейся бомбы; ему жить спокойно не дадут, придётся на самом деле оставлять учёбу, возвращаться в Москву, и более не отсвечивать, опасаясь повторения сегодняшней ситуации.

    Было бы не так обидно, если бы Андрей на самом деле имел хоть сколько-нибудь значимый опыт с парнями. Но нет, сегодня Малодворцев впервые флиртовал с человеком своего пола, впервые принимал такие знаки внимания, пусть имел только теоретические познания о том, что могло бы происходить между ним и Ромкой, продолжи они знакомство в более интимной обстановке. Андрей умел пользоваться интернетом, смотрел в том числе и такую порнуху, но сам никогда с парнями даже не целовался; сегодня он был достаточно пьян для того, чтобы найти в себе смелость сделать следующий шаг, однако неизвестный сталкер нарушил эти планы, вынуждая нервно кусать собственные губы в ожидании ответа.

    Что нужно человеку, что написал Андрею с фейкового аккаунта? Деньги? Какая-то услуга по учёбе? Малодворцев не сводил хмурого взгляда с дисплея, пытаясь не зацикливаться на собственных мыслях, а лишь замирая в ожидании озвучивания приговора. Отец как-то говорил, что с шантажистами нельзя вступать в переговоры, но сейчас у Андрея буквально замирало сердце при мысли о родителях. Малодворцевы не были терпимы к сексуальным меньшинствам, для них такого рода новость о собственном сыне стала бы шоком, ошибкой, которую срочно нужно было бы исправить, и Андрей не сомневался, что отец был способен на любые методы, лишь бы сделать из своего ребёнка нормального человека. Его заберут из Питера, его возьмут под полный контроль, да и Ритке жить спокойно не дадут; нет, этого нельзя было допустить, и Малодворцев был готов на всё, лишь бы фотография не вышла за пределы одного чата.

    "Нихуя не нужно". Андрей крепче сжал в руке телефон, чувствуя, как тают на глазах его шансы сохранить собственную жизнь такой, какой она была сейчас. Он не был готов что-то менять, он хотел просто вычеркнуть одну-единственную ошибку из своей биографии, но незнакомец не планировал договариваться, не оставлял возможности сгладить конфликт. Или?.. "Что?" Андрей моргнул, широкими от удивления глазами глядя на текст, которого точно увидеть не ожидал. Он не считал Ромку своим сладких дружочком, они осторожно вились вокруг друг друга, но ни одного серьёзного шага вперёд пока не следовало; теперь же его вынуждали сделать то, на что согласия получено не было. Ещё несколько минут назад Андрей хотел коснуться Ромки, думал о том, как сильно отличался бы поцелуй с ним от привычных ласк девушек, - но он хотел этого опыта на своих условиях, не в рамках подчинения шантажу. Это было почти жестоко. И несправедливо, не только по отношению к Андрею, но и к Ромке тоже.

    "Десять секунд". Неизвестный ублюдок не хотел давать даже шанса подумать и смириться с реальностью, подгонял, издевался, вынуждал играть по навязанным правилам. Андрей убрал телефон в карман, подошёл к Ромке, что заинтересованно смотрел на своего нового знакомого. Видеть в чужих глазах то ли любопытство, то ли искреннее участие было тяжело, Малодворцеву блондин вообще-то понравился, и тем неприятнее было осознавать, что в следующую секунду он всё испортит, обрывая на корню это общение.

    - Всё в?..
    Андрей даже не дал ему закончить, просто положил ладонь на плечо Ромки, и наклонился, касаясь его губ своими. Поцелуй вышел невинным, аккуратным, и очень коротким: через мгновение блондин отпрянул, явно не ожидая такого поступка, а Малодворцев резко вскочил со своего места, нервно и испуганно глядя на своего случайного знакомого.

    - Прости, - только и выдавил Андрей, а затем быстрым шагом вылетел из бара, даже не пытаясь замаскировать своё бегство.
    Сюда он больше никогда не вернётся, Малодворцев был в этом более чем уверен. Им с Ником придётся найти новый бар, благо, в Питере их навалом; Андрей натянул на голову капюшон от куртки, чувствуя, как его начало поташнивать от мысли о том, что лучшему другу кто-то из завсегдатаем расскажет о сегодняшнем происшествии. Ник часто приходил именно сюда, был знаком со всеми барменами, любил попиздеть за жизнь с любым их посетителей, а значит, шанс того, что ему обо всём доложат в пьяных разговорах, был очень высок. Чем это могло грозить? Они с Андреем никогда не обсуждали чужую ориентацию, потому Малодворцев понятия не имел, был ли его товарищ гомофобом. Терять старую дружбу из-за собственной неосторожности было больно, но винить в произошедшем было некого. Не мудака же с телеги? Знать бы, кто был этим ублюдком...

    Того, что к нему подбегут сзади и дёрнут за рукав куртки, Андрей не ждал, но всё-таки обернулся. Оказалось, его нагнал Ромка, запыхавшийся, растрёпанный, но вроде бы озлобленным не выглядящий; Малодворцев поджал губы, готовясь к удару, к претензиям, к чему угодно, но только не к тому, что на самом деле случилось секундой позже.

    Ромка, мёртвой хваткой вцепившись в рукав куртки и грозя его оторвать, затащил Андрея в первую попавшуюся подворотню, вжал его в стену, и не дав даже вздохнуть, притянул к себе, вгрызаясь в губы поцелуем. Малодворцев не сдержался, приоткрыл рот, впуская чужой язык, и обнял блондина на плечи, то ли желая прижаться ещё ближе, то ли обеспечивая себе дополнительную точку опоры. Целоваться Ромка явно любил и умел, но ничто не могло длиться вечно, и через какое время они молча дышали друг другу в губы, не нарушая тишину подворотни.

    - Прости,
    - повторил Малодворцев, продолжая сжимать чужие плечи ладонями. - Я... я даже...
    - Я понял, - Ромка провёл по щеке Андрея кончиками пальцев, кивнул то ли своим мыслям, то ли лишний раз подтверждая чужую догадку, и после этого достал телефон, собираясь вызвать такси. - Поехали?
    Малодорцев молчал три секунды, а затем кивнул, не уверенный, что сумел бы выдавить из себя хотя бы слово, одно лишь короткое нетрезвое согласие, за которым на самом деле скрывалось так много эмоций и переживаний.

    [nick]Андрей Малодворцев[/nick][status]water[/status][icon]https://forumupload.ru/uploads/001b/2f/0f/463/430483.png[/icon][fandom]<div class=fan2>original</div>[/fandom][lz]<div class=lzname><a href="https://gemcross.rusff.me/">Андрей Малодворцев, 19</a></div><div class=lztext></div>[/lz]

    +2

    10

    [indent] Какого хуя он оказывается именно в этом блядском баре? Среди всей кучи питерских мест, кишащих маргиналами, он останавливается на новомодном кабаке, где - как оказывается - совершенно спокойно околачиваются геи. Кеша вполне спокойно мог напиваться сейчас в «Контакте», заливая навязчивые мысли о разваливающемся будущем дешевыми шотами, но нет, ноги ведут его именно на некрасовку. И ради чего? Чтобы вновь столкнуться с Малодворцевым и держать себя в руках из последних сил, не навязываясь в показательную драку? Авдеев прекрасно понимает, что после их первого «обмена любезностями» Андрей более подготовлен, ожидая удара в спину - скорее всего, в его узких карманах пидорских джинс спрятана какая-нибудь перцовка или «брелок-антиманьяк». «Типичная бабская хуйня», - Кеша давит смешок, размышляя, что помимо сопутствующих аксессуаров Малодворцев может дать отпор кое-чем еще. Шея Авдеева до сих пор помнит тяжелый грубый захват, перекрывающий доступ кислороду, и в благородным ублюдством, принятым улицей, незримо салютует бокалом силе лучшего студента потока. Тот определенно что-то умеет; возможно, мудак когда-то участвовал в петушиных боях, и они развили в нем заметную жесткость реакций, незамедлительно реагирующую в момент опасности. Умение держать удар, пожалуй, единственное, что привлекает Кешу в ублюдской высокой фигуре. Этого мало, чтобы преисполниться восхищением, но достаточно, чтобы не лезть на рожон с порога, а проникать корнями мести вовнутрь, в переписку, где нет никого, кроме анонима и Андрея. Совершенно провальная попытка шантажа действительно работает: Авдеев не может сдержать смеха, когда видит бледнеющие губы и испуганный взгляд загнанного в угол существа, неспособного постоять за себя на онлайн-поле. Кеша срывает джек-пот и пьяном ликовании забывает направить телефон на предоставленный его взору куш - но жалеет об этом практически мгновенно, когда из его легких вмиг выходит сдавленный воздух, растворяющийся в шуме музыки.
    [indent] Никто в баре не обращает внимания на происходящее за стойкой, кроме, пожалуй, бармена, который - как Авдеев может предположить - избирает тактику игнорирования, дабы не наводить шуму во время своей смены. Для прочих нервный наклон Малодворцева в сторону пидора выглядит словно будничный шепот в губы какой-то полуэротичной шутки, но конкретно Кеше совершенно четко понятен настоящий смысл, вкладываемый одногруппником в рваное движение. Малодворцев действительно идет по методичке анонима, вбивая тяжелый гвоздь в крышку своего гроба: на глазах у всех, пусть даже никто не видит, перед этим знакомым, чье лицо перекошено удивлением - он действительно делает это? Авдеев быстро моргает и чувствует, как пересыхают требующие слюны губы. Не понимает, почему так дрожат колени и потеют ладони - раз за разом списывает это на алкогольное помутнение, сглатывает тугой комок, хватает ртом душный воздух, наполненный потом и похотью. В какой-то момент организм сдается, и секунда приходится в миг, когда потерянный Малодворцев вылетает из бара, оставляя за стойкой и спутника, и последние остатки своей гетеросексуальности. У Авдеева перед глазами плывет реальность, утопленная в двух стаканах, но ему хватает сил неуверенно подняться на ноги, споткнувшись по дороге, и вывалиться из бара, сделав пару шагов в сторону от места общего перекура. Секундной позже он выблевывает содержимое желудка в мусорное ведро, слыша неподалеку брезгливые комментарии, и как только рыгать становится нечем, резким разворотом берет курс на источник звука, упираясь гнетущим взглядом в морду рандомного парня.
    [indent] - Че сказал? - Авдеев сплевывает остатки желчи себе под ноги и через силу хрустит костяшками деревянных пальцев - вопреки тремору, кулаки страшно чешутся разбить кому-то лицо; конкретный повод испуганно пятится назад, закрывая собой мелкую девчонку.
    [indent] - Чел, все нормально, остынь, - у ублюдка длинное пальто и дорогущие ботинки; Кеша мечтает о подобных, но знает прекрасно, что никогда не сможет их купить, и это бесит просто до скрипа челюсти.
    [indent] - Повтори, бля… - желудок снова сводит судорогой и Авдеев складывается пополам, заходясь в кашле; в его гортани уже нет рвоты, только свистящий звук сведенной глотки и мерзкое чувство изжоги, из-за которого хочется вспороть себе брюхо. Кеша обреченно цепляется ладонью за стену дома и через десяток секунд конвульсий все-таки поднимает голову. Видит белобрысого пидора, что стремительно выходит из бара и берет курс куда-то во дворы - чмо озирается по сторонам и расталкивает зевак, и его поведение складывается паззлом в башке Кеши. Ищет, сука. Авдеев разгибается в пояснице и делает неопределенный жест парню в дорогих ботинках, как будто тактично намекая, что продолжения конфликта не будет; собачий нюх берет след облизанного гея, и, соответственно, Малодворцева. Кеша коротко заглядывает в чат в телеграме - иконка не светится в онлайне, - и плетется куда-то во дворы, сквозь чугунные решетки и плотный ряд припаркованных автомобилей. Он давно в курсе особенности центра Питера иметь сквозные проходы через колодцы на параллельные улицы, поэтому может ориентироваться в них практически вслепую, огибая тупики; вот только парень Андрея держит курс в самый спрятанный угол между домами, и в какой-то момент Авдееву приходится спрятаться за стенкой, прислоняясь плечом к рассыпающемуся кирпичу.
    [indent] Он видит. Снова. На этот раз точно, четко, ярко и демонстративно в ебаной педерастии - видит, как Малодворцев сжимает тонкие плечи перед собой, как убирает со лба челку, чтобы быть еще ближе, как шире раздвигает ноги, вероятно, готовый отдаться ебырю вот прям сейчас, наплевав на контрацепцию от смердящего уныния города. Кеша сощуривается, прикусывая губу, и пытается нащупать в кармане мобильник - его козырь прямо на ладони, протяни руку и получи пожизненное прислуживание Андрея в институте, - но пальцы рефлекторно сжимаются в кулак, а ногти впиваются в кожу, оставляя в ней красные полумесяцы.
    [indent] Уебки что-то говорят, перешептываясь так, что Кеша не слышит этого, но, когда урод достает телефон, Авдеев точно знает, что тот собирается делать. Неудивительно, что сейчас эти двое поедут к кому-то домой, а может вообще в плешивый отель. Удавка на шее снова затягивается, и Кеша пытается отогнать мерзкое асфиксичное чувство, которому не может дать правильного определения. Почему-то хочется раствориться пылью в воздухе и перестать существовать; не остается сил даже на агрессию в сторону Малодворцева, который по итогу остается ебаным победителем - как и каждый блядский раз. Авдееву мерзко, Авдееву странно, Авдееву до ужаса непонятно; он решает бросить игру на полпути, не доводя ее вообще ни до какого развития, вот только…
    [indent] - Хорошего вечера, уебки, - он подает голос, делая два шага к центру переулка, оказываясь в десятке метров от обижмающейся парочки и поворачивает телефон с открытым чатом экраном вперед, воочию демонстрируя испуганному Малодворцеву все, что так тщательно прежде скрывал. Потому что знает, что подотрет аккаунт буквально через пару минут, не оставив ни следов, ни хвостов; в галерее сохранены скриншоты переписки и та самая фотография, с которой все началось - ничего больше. Кеша почему-то думает, что самым болезненным для Малодворцева станет сейчас отбитая наглухо правда о том, кто скрывается под ролью одномоментного сталкера. - И пошли нахуй, - свободной рукой показывает фак и даже не ждет реакции, разворачиваясь на пятках в обратную сторону и быстро уходя куда-то в арку. Одного столкновения взглядами с ебальником белобрысого пидора, скорее всего, достаточно, чтобы тот не ввязывался в конфликт с отмороженным лысым пьяницей, ну а Андрей… Кеша надеется, что из-за этой демонстрации сегодня ночью у Андрея не встанет.
    [indent] Почему он вообще об этом думает?
    ***

    [indent] Тридцать первого октября тетка вваливается в комнату Кеши ранним утром и парой фраз окончательно подтверждает определенный племянником диагноз - ебанутая сука в маразме. Авдеев с сонной мордой складывает немногочисленные пожитки в рюкзак и параллельно накидывает Дэнни сообщение - «Ну что, удалось?». «Комендант готов впустить тебя на неделю, пока ты не договоришься с Сергеичем лично. Захвати бутылку водки по дороге», - Кеша облегченно выдыхает: окей, ему есть, где спать семь ночей. Далее нарисовано несколько вариантов плана - либо за эти дни найти себе друзей, либо трахнуть девчонку с квартирой или комнатой, либо… Попытаться договориться с Сергеичем. Последняя перспектива холодит бритый затылок, и от неприятного покалывания Авдеев вжимает голову в плечи, пока едет до общаги в последнем вагоне метро. Он бывал здесь и раньше: на первом курсе Дэнни неоднократно устраивала вечеринки с богом забытыми квирами, которых доставала из глубокой залупы, но этот опыт сейчас скорее вызывает у Кеши мерзкий привкус дешевого виски и мерзости, чем что-то теплое и приятельское. В любом случае выбор у него не велик; хромающая дипломатия с комендантом перекрывается бутылкой «Беленькой» и вот Кеше вручают ключи от комнаты на четвертом этаже - «Но только на семь ночей», - прилетает последним напутствием в спину. Этого достаточно, чтобы написать предсмертную записку, отправить матери открытку с магнитиком из Питера и послать ректора нахуй на каком-нибудь общеинститутском семинаре. Ну и нажраться пару раз, конечно.
    [indent] Авдеев с трудом открывает неподдающийся замок и толкает дверь вперед. Внутри пусто и тихо, а среди кроватей занята лишь левая половина двухместной комнаты, поэтому Кеша оккупирует правую, прямо в ботинках падая на грязный матрас без постельного белья. В помещении пахнет идиотской чистотой и сигаретами - ебанутое сочетание, но выбирать не приходится; Авдеев искренне надеется, что одного резкого разговора с потенциальным соседом будет достаточно, чтобы определить единственное право - «Не еби мои мозги и тогда я не выбью твои».

    [nick]Иннокентий Авдеев[/nick][status]шаланда и манипулятор[/status][icon]https://i.imgur.com/EuKZyOJ.png[/icon][fandom]<div class=fan2>original</div>[/fandom][lz]<div class=lzname><a href="https://gemcross.rusff.me/"><s>Кеша</s> Авдеев, 19</a></div>[/lz]

    Отредактировано Kevin Day (2022-08-07 01:46:49)

    +2

    11

    От этого вечера Андрей никак не мог ожидать настолько сомнительных приключений. Он шёл попить пива, помолчать, послушать чужую болтовню и расслабиться после нескольких на самом деле выматывающих недель; вместо полноценного отдыха получил нового знакомого с очевидной ориентацией, и некоего сталкера-шантажиста, что своими требованиями вынудил Малодворцева совершить такие поступки, за которые он уже сейчас испытывал стыд, лишь немного приглушённый выпитым алкоголем. Единственной поддержкой ему стали плечи Ромки, его руки, которыми он удерживал Андрея в вертикальном положении, не давая скользнуть по стенке вниз. Малодворцев уже на всё согласился, теперь они с новым знакомым просто ждали такси, петляющее по узким улицам центра; кажется, этой ночью его внезапно ожидал новый опыт, но к чему готовиться? Да и как? Андрей иной раз засматривался на парней, но прекрасно понимал, что просмотр порно или осторожное наблюдение за тем же спящим Ником не делало его сколько-нибудь сведущем в гомосексуальном сексе. Впрочем, Ромка ведь уже всё понял? Значит, принял часть ответственности на себя.

    Чужое громкое пожелание раздалось внезапно, но Андрею тут же показалось, что этот каркающий голос он уже где-то слышал. Сказать бы, что интонации всех гопников схожи, что саркастические комментарии, зачастую ведущие к драке, способны изрыгать все отморозки города; и всё же что-то было до боли знакомым, раздражающим, мгновенно вызывающим желание напрячься и атаковать. Малодворцев повернул голову в ту сторону, откуда раздался звук, а затем неосознанно сжал ладони на чужих плечах.
    - Вот выродок... - Андрей, разумеется, говорил не о Ромке, а об Иннокентии, что размахивал телефоном, привлекая внимание к яркому дисплею. Само появление Авдеева в этой подворотне было минусом в карму, но когда Малодворцев сумел сфокусироваться и осознать, на что именно смотрел, его начало трясти от злости. - Какой же ты мудак!

    И что ещё теперь хранилось на телефоне лысого ублюдка? Фотографии из бара? Запись неосторожного поцелуя в подворотне? Андрей крупко подставился, но всех масштабов трагедии пока осознать не мог, в конкретную секунду распыляясь только на ненависть и ярость, что испытывал по отношению к Иннокентию. Этот ушлёпок уже поспособствовал обострению конфликта с отцом, в негативном ключе привлёк внимание администрации к Малодворцеву, теперь и вовсе грозил разрушить его репутацию, выставляя лучшего студента потока... Андрей вздрогнул, чуть разжимая хватку, но так и продолжая цепляться за Ромку. Его разрывали противоречивые желания, ему хотелось и сбежать, и всё-таки остаться с новым знакомым, на собственной шкуре почувствовать, не зря ли он вообще страдал. Ласки девушек ведь совсем не похожи на мужские, Андрей лишь однажды по-настоящему целовался с парнем, только что, спьяну, в тёмной пустой подворотне, но успел осознать разницу. Правда, ещё не понял, испытываемое возбуждение было вызвано одной лишь нервозностью, или к нему примешивалась солидная доля предвкушения.

    Малодворцев благополучно вырубился, как только сел в такси.
    Следующее, что он осознал, это головную боль и полное нежелание просыпаться, что разбивалось о тусклый солнечный севт с улицы. Андрей приподнялся на кровати, провёл ладонью по лбу, словно это могло сколько-нибудь облегчить похмелье, и только потом обратил внимание на место, где, очевидно, провёл ночь. Это совершенно точно не было общежитием, а значит...

    - О, проснулся, - раздался откуда-то сбоку насмешливый отвратительно бодрый голос. Малодворцев вздрогнул, резво повернул голову, и тут же сморщился от боли в висках.
    На пороге комнаты стоял Ромка, держал в руках кружку и улыбался, без стеснения рассматривая Андрея. Под таким взглядом становилось неуютно, Малодворцев испытал иррациональное желание натянуть плед повыше, прикрыться, но какой был в этом смысл? Он ведь сам согласился сюда приехать прошлой ночью, преследовал эти определённую цель, только понятия не имел, добился ли желаемого.
    - Что, совсем ничего не помнишь?
    Кое-что Андрей помнил, и очень хорошо. Первые две банки пива, знакомство с Ромкой, панический страх, что его охватил, когда он поймал сообщение в телеге, идиотский шантаж... Малодворцев застонал, мысленно проклиная себя за тупость: теперь, пусть даже с похмелья, он осознавал, что ничего страшного на фотографии не было, что Авдеев мог подтереться этим изображением, которое ни для кого не представляло бы ни малейшего интереса. Но что вместо этой спокойной реакции продемонстрировал Андрей? Правильно, повёлся, и отдал все козыри Иннокентию на руки.

    - А мы?...
    Ромка неторопливо отхлебнул кофе, помолчал, заставляя Андрея нервничать, и только потом рассмеялся. Как оказалось, ничего между ними ночью не было - Малодворцев изображал пьяное бревно, которое только и удалось что бросить на кровать и оставить отсыпаться. Андрею никогда в жизни не было так неловко, он то краснел, то бледнел, слушая подробности прошлой ночи, но подсознательно расслабился хотя бы от того, что ничего важного для своего сексуального опыта не пропустил в пьяном угаре.

    - Погоди, - Ромка остановил начавшего собираться в родное общежитие Андрея. Малодворцев, вцепившись в пояс джинс, вопросительно посмотрел на несостоявшегося близкого знакомого. - Номер оставь.

    ***

    Никаким романом эти отношения не обернулись, но в лице Ромки Андрей нашёл неплохого товарища, пусть и с сомнительным чернушным юмором. Порой Малодворцев думал, что вышло даже лучше, чем планировалось изначально: они могли стать случайными любовника, а стали кем-то вроде приятелей... друзей? Возможно. Но благодарить Авдеева за это он не собирался, говоря откровенно, Андрей до сих пор ждал, когда Иннокентий выскочит перед ним, как чёрт из-под земли, и начнёт что-то требовать за молчание. Тупая переписка и фото, что было переслано в телеграме, никому ничего не оказалось бы; увы, Малодворцев оказался достаточно глуп для того, чтобы сдать себя со всеми потрохами.

    Только вот время шло, а Иннокентий молчал. Не подходил, не задирал, не писал ничего в телеге - они изредка пересекались в коридорах университета, но оба делали вид, что не имели друг к другу никакого отношения. Это, однако, не расслабляло, а напротив, заставляло ещё больше нервничать: Авдеев уже не раз доказывал свою крысиную натуру, он обязательно что-нибудь выкинет, и Андрею это точно не понравится.

    Впрочем, того, что случилось на самом деле, Малодворцев и в кошмарных снах не мог себе представить. То, что Женька, его сосед, свалит в армию на первом же призыве, было понятно уже давно, только вот Андрей наивно подумал, что ему дадут передохнуть от постоянного нахождения второго человека рядом, позволят понять, каково это, жить пусть в маленькой комнатушке, но полностью самостоятельно, без чужого вмешательства. Комендант ни о чём Малодворцева не предупредил, Андрей, как и всегда, с заткнутыми наушниками ушами, поднялся на свой этаж, распахнул дверь, также аккуратно запирая её за собой, а затем развернулся, чтобы первым делом увидеть на пустом столе грязные ботинки, обладатель которых восседал на подоконнике.

    - Блять, - больше от неожиданности выругался Малодворцев, и поднял глаза, мгновенно признавая хозяина грязной обуви. "Ёбанный Авдеев", - почему он? Это животное что, ещё не вылетело из стен учебного заведения? Какого чёрта его поселили именно сюда? Андрей нажатием пальца остановил орущий в уши рок, и сощурился, глядя на Иннокентия. - Какого хера ты здесь делаешь?

    Дикому агрессивному зверю нельзя показывать своего страха, это Малодворцев знал, с этой правдой вырос, осознавая её как аксиому, не требующую доказательств. Поэтому сейчас он старался держать лицо, ничем не давая понять, что его сильно тревожит нахождения Иннокентия рядом; Андрей хмурился, смотрел со злостью и брезгливостью, как на нечто неприятное, и прикладывал массу усилий, лишь бы не выдать своего ужаса.
    Неужели вот оно? Неужели началось?

    [nick]Андрей Малодворцев[/nick][status]water[/status][icon]https://forumupload.ru/uploads/001b/2f/0f/463/430483.png[/icon][fandom]<div class=fan2>original</div>[/fandom][lz]<div class=lzname><a href="https://gemcross.rusff.me/">Андрей Малодворцев, 19</a></div><div class=lztext></div>[/lz]

    Отредактировано Andrew Minyard (2022-05-01 23:24:22)

    +2

    12

    Гори, гори, моя звезда, не закрывай глаза рукой
    [indent] Дальнейший путь у Авдеева, конечно, идёт по пизде, потому что прежде туманные перспективы быть выгнанным из гостевой квартиры внезапно становятся болезненно осязаемыми. Говорила ему мать: «не пили сук, на котором сидишь», только не посчитала нужным уточнить, о каких суках идет речь, - и вот теперь он здесь, топчет грязными ботинками паркет унылой двухместной восьмиквадратной комнаты, в которой даже кровати расположены слишком близко друг к другу. Кеша бросает быстрый взгляд на койку слева от себя, пытаясь по каким-то отличительным знакам определить социотип ее хозяина, но мозг упорно не хочет анализировать пару постеров с фильмами и аккуратно разложенные на столе художественные принадлежности. Мало ли кто среди типа крутых студентов увлекается рисованием фурри-порно, а Авдеев абсолютно не настроен шариться по тумбочкам в поисках скетчбука. В нем слишком мало сил, чтобы растрачиваться на бессмысленные конфликты с новоиспеченным соседом; необходимо просто обозначить свое присутствие здесь на ближайшие семь ночей и даже не раскладывать вещи. В квартире у тетки и в родном доме в Уфе у Кеши всегда была отдельная комната, в которой он умудрялся поддерживать зыбкий порядок среди разбросанных шмоток и пустых пачек сигарет, из которых по скуке складывал высокие башни. Сейчас же он понятия не имеет, какого это - находиться в одном пространстве с соседом, и не хочет представлять, с какими заскоками ему может достаться мудак напротив. С другой стороны, в этой комнате ему не дрочить; большую часть суток Авдеев планирует проводить на улице или в институте, восседая на черной лестнице в обнимку с телефоном - на скамейках дворов становится слишком сыро, - так что глупо оставлять в своей памяти место для графика посещения туалета.
    [indent] Кеша полностью поглощен собственными мыслями, поэтому не замечает момента, когда проваливается в сон. Последние несколько дней в доме тетки были похожи на сущий кошмар - наполненные руганью, выяснением отношений и молчаливыми войнами на кухне, - так что на этом голом матрасе Авдееву как будто легче лежится. Он знает, что правильнее было бы исследовать корпус общежития на предмет доступа к крышам или подсобкам, чтобы прятаться от любопытных глаз. Может, стоило даже доползти до женского блока и поблагодарить Дэнни за содействие, но вымотанность придавливает лопатки к жесткому каркасу, и Кеша сдается, уязвимым пятном растекаясь по кровати. Он не удосуживается закрыть окно и через пару часов полудремы (в которой Авдееву почему-то снится светлая макушка ебыря Малодворцева) его плечи окончательно замерзают. Кеша неохотно отрывает себя от матраса и несколько минут задумчиво смотрит сквозь распахнутые ставни на улицу, в конечном итоге закуривая предпоследнюю сигарету из смятой пачки. Его табак более сильный, чем тот, который витает в воздухе комнаты, но это ничего; к сожалению, соседу придется потерпеть резь еще семь ночей, потому что без курева Авдеев вообще не может существовать. Он медленно затягивается, стряхивает пепел за окно, снова оглядывает рабочий стол хренового художника: на пошарпанной деревянной поверхности нет ни фотографий, ни подписанных открыток родственников, только на полке покоится несколько книг, которые Кеша с трудом может прочитать - что-то на английском и немецком. Специальная литература как будто запускает в голове Авдеева аналитические процессы, и он обреченно выдыхает, глуша в груди сдавленный стон. Если ему в соседи достанется какой-нибудь однопоточник с ин-яза, Кеша вздернется быстрее, чем они успеют разделить первый доширак, потому что Авдеев, блин, ненавидит сраных язычников как минимум за их демонстративную любовь к Малодворцеву.
    [indent] Очередное воспоминание о ненавистной фамилии заставляет Кешу раздраженно потушить скуренный бычок о подоконник и бросить его в жестяную банку из-под кофе, заботливо поставленную кем-то ранее. И чего он так зациклился на этом мудаке? Неужели гейские забавы нанесли Авдееву глубокую психологическую травму, что теперь ему придется расхлебывать последствия до защиты диплома? Кеша устраивается на подоконнике задницей, упираясь грязными ботинками в свою часть письменного стола и, не отрываясь, смотрит на дверь комнаты, словно ожидая найти в ней ответы на вопросы. Ему сейчас вообще не до того, чтобы обращать внимание на сына маминой подруги, продолжающего ходить на поточные лекции; последние две недели между ними устанавливается ледяное перемирие, сквозящее взаимной ненавистью, но никто не делает первый шаг навстречу, провоцируя неизбежное. Авдеева успокаивает мысль, что Андрей, вероятно, все это время сидит на очке, ожидая, когда Кеша сольет компромат в социальные сети. Кеша же, на удивление самому себе, сохраняет отрешенное молчание, пряча скриншоты переписки и злополучную фотографию в скрытую папку на телефоне. Так они и играют в шаткую стабильность, подготавливая оружие; Авдеев знает точно, что направленный вперед пистолет Малодворцева - ничто в сравнении с его ножом, приложенным лезвием к глотке. «Только попробуй дернуться», - хмуро думает Кеша, спотыкаясь взглядом о свой рюкзак, в котором рядом с мобильником валяется складная острозаточенная бабочка. Так, на всякий случай.
    [indent] Он практически не слышит, как открывается дверь комнаты - слишком сильно вниз тянут размышления о туманном будущем, которое обязательно наступит через неделю, - и первые пару секунд отрешённо моргает, сводя брови к переносице. Среди сонливости и усталости слепое осознание приходится точным ударом в макушку, и Кеша хочет списать все на галлюцинации, проявившие себя после постоянного употребления питерских спидов. Вот только человек в комнате совсем не галлюцинация, потому что под ним проседают половицы паркета, и музыка из ревущих наушников достает прямо до Авдеева - он с порога узнает Скорпионс, потому что сам их чертовски обожает. А человека, который в рот поимел право слушать Клауса Майне, чертовски ненавидит.
    [indent] - Блядь, - в один голос с Малодворцевым выстанывает Авдеев, закатывая глаза в так глубоко, что, кажется, может рассмотреть свой череп изнутри. «Здрасьте, приехали», - он берет задумчивую паузу, пропуская мимо ушей вопрос Андрея, и пытается подавить разрастающееся желание выбросить соседа нахуй в окно вот прямо сейчас. Мысленно проклинает Дэнни, радуясь, что еще не успел рассыпаться перед ней в благодарностях - она подсовывает ему охуенный, блядь, подгон, который Авдеев ей не простит. Нет, правда, в гребанном питерском общежитии не нашлось другой комнаты на переночевать семь дней? Да выделенной в служебном помещении картонке Кеша был бы больше рад, чем соседству с этим уебаном, который так беззастенчиво понтуется своими беспроводными наушниками за херову тучу денег. А, может, это такой забавный подкол коменданта, который где-то услышал про русско-уебанскую войну? В любом случае перспективы выглядят для Авдеева сейчас как полный пиздец; он хочет сорваться с места и вывалиться из комнаты, перед этим впечатав Андрея мордой в стол, однако… Ему некуда идти. План бомжевать на Московском вокзале категорически Кеше не нравится; у него нет денег на самый дешевый хостел, а отношения с матерью стремительно летят в пизду на уровень «похеренной дружбы с ебнутой теткой». И что теперь, и куда теперь? Внутри Авдеева медленными волнами растекается паническая атака, перемешанная с животным напряжением, свойственным хищнику во время охоты. Он судорожно пытается прикинуть хоть какие-то варианты и понимает, что и самых дерьмовых выходов из сложившейся ситуации у него попросту нет. За полтора года Кеша обзавелся только одним другом, а все его бывшие остались в Уфе. А в Уфу он не вернется даже под страхом расстрела из пушки Малодворцева.
    [indent] Есть всего один безумный вариант - и Авдеев готов выдрать себе голосовые связки, когда обращается к Андрею металлическим шипением, не сводя с его ебальника прожигающего взгляда:
    [indent] - Хотел бы я спросить то же самое, да думаю, что ты не к ебырю своему пришел, - он в один прыжок соскакивает с подоконника, заставляя Малодворцева опасливо попятиться назад, но Кеша идет вовсе не в сторону соседа, а к шкафу возле своей заявленной кровати, распахивая дверцы и пытаясь найти на полках чистое постельное белье. - Чтоб ты пиздел поменьше, давай я быстренько введу тебя в курс дела, - даже не смотрит на Андрея, а просто шарится беспокойными пальцами среди чужих вещей, практически наполовину скрываясь в глубине ящиков.
    [indent] - Меня дропнули из дома, и единственный вариант спасения заключается в ночевке здесь, в общаге, пока я не придумаю, что делать дальше. За бутылку водки Петрович разрешил вселиться на семь дней, - пальцы наконец-то находят нужный сверток ткани, и Кеша довольно разгибается в спине, скисая ебалом только когда вновь бросает взгляд на оцепеневшего Андрея. - Я бы сейчас все отдал, чтобы придушить тебя голыми руками, но, к сожалению, не могу этого сделать, потому что ты находишься под защитой Сергеича, - Авдеев высовывает язык, притворяясь, словно от брошенных слов прямо сейчас блеванет на пол. - А мне надо с ним договориться, чтобы остаться в общаге на подольше. Зима близко, Малодворцев, зима близко…
    [indent] Он проходит к кровати и бросает тряпки на матрас, ногой подвигая рюкзак в сторону. Кеша благодарит всех богов и себя самого за то, что так хорошо держится, срываясь лишь на ироничный тон и - почти - не вплетая в свою речь прямых угроз жизни. Ему просто хочется, чтобы Андрей как можно меньше раскрывал свой оттраханный рот эти семь дней, а потом… Потом Авдеев съебется отсюда при первой возможности и забудет мерзкое соседство как страшный сон. Нужно просто немного потерпеть.
    [indent] - Короче говоря, пошел нахуй ты и эта комната. Я здесь только ночевать буду, так что можешь мужиков своих спокойно приводить в любое время до двенадцати. Шмотье твое я трогать не буду, мне противно к нему прикасаться, - Кеша резко садится на матрас, от чего кровать под ним со скрипом прогибается к низу, и широко расставляет ноги, упираясь локтями в колени и устраивая подбородок на раскрытых ладонях. - Андерстенд?

    [nick]Иннокентий Авдеев[/nick][status]шаланда и манипулятор[/status][icon]https://i.imgur.com/EuKZyOJ.png[/icon][fandom]<div class=fan2>original</div>[/fandom][lz]<div class=lzname><a href="https://gemcross.rusff.me/"><s>Кеша</s> Авдеев, 19</a></div>[/lz]

    Отредактировано Kevin Day (2022-08-07 01:46:59)

    +2

    13

    Иннокентий не выглядел довольным встречей, от чего Андрей сделал вывод, что Авдеева не предупредили, к кому подселили в одну комнат, вынуждая делить жилплощадь. Если в первые секунды Малодворцев подумал, что это - своеобразное проявление совершенно ублюдской мести, то теперь откинул предположение в сторону. Иннокентий совершенно точно ожидал увидеть на пороге комнаты кого угодно, но только не Андрея, отношения с которым, мягко говоря, не сложились; лысый мудила очевидно выразил своё разочарование от встречи, не оставляя сомнений в том, насколько они оба не рады пересечься в ограниченном пространстве.

    Малодворцев вообще-то не был агрессивным мудаком, его не тянуло к нелепым конфликтам, он не кидался в драку, не пытался доказать своё мнение кулаками, а в компании мог просто не общаться с неприятными для себя людьми. И всё же к Иннокентию относиться со спокойным равнодушием не получалось, Авдеев бесил своей мордой, повадками дикого животного и грубым выражением взгляда, где ничего, кроме постоянной готовности к махачу, не читалось. Андрей терпеть не мог гопников, но теперь, благодаря коменданту и его тяге к водяре, Малодворцеву придётся терпеть на своей территории ушлёпка, на которого он ровно даже смотреть не мог.

    Или всё-таки не придётся?

    На первую двусмысленную шутку Андрей не среагировал не из-за страха или нежелания скандалить с порога. Всё он услышал про "ёбаря", всё понял, сжал челюсти и хотел было ответить, как в следующую секунду подобрался, готовый ударить спрыгнувшего с подоконника Иннокентия - тот двигался резко, как-то дёргано, и у Малодворцева сложилось впечатление, что лысый мудак прямо сейчас налетит на него с кулаками. Оказалось, и это предположение было ошибочным, Авдеев всего лишь по-хозяйски распахнул шкаф, начал там рыться, разыскивая хер поймёшь что, попутно открывая свой рот и начиная затягивать историю, которая многим студентам была знакома. С момента зачисления отдельно взятые первокурсники, из числа тех, кто имел родственников в Питере, отказывались от места в общежитии, жили с родными, пусть даже и с переменным успехом. Многие о своём опрометчивом желании делить крышу не со студентами жалели: кого-то привлекали общажные тусовки, кто-то грезил о свободе от постоянного контроля, а у кого-то просто не складывались отношения с родственниками. По итогу через несколько месяцев жизни с родными некоторые страстно желали оказаться в общаге, и если были места, иногородним после прохождения всех кругов бюрократического ада позволяли занять свободную койку. Со стороны студентов это не вызывало какого-то неодобрения, в отдельных комнатах жили только те, кто платил за два места - и то оказывалось, что это не было гарантом уединения. Соседи менялись, взаимоотношения строились, жизнь текла своим чередом.

    Подсели к Андрею кого угодно другого, и он бы и слова не сказал против. Но глядя на Авдеева, он понимал, что никакого взаимопонимания они наладить не сумеют, и во что тогда превратится жизнь в общаге? Иннокентий даже сейчас сказал всего несколько фраз, а уже рассыпался оскорблениями; Андрей со злым прищуром смотрел, как его новый (временный?) сосед циркулировал по комнатушке, как уселся на кровати, удобно устраиваясь на жёстком матрасе. И всё ж терпеть дальнейшие шутеечки Малодворцев не собирался, и стоило Авдееву вновь выдать гомогейскую шуточку, Андрей выпустил рюкзак из рук, роняя его на пол, сорвался с места, в два широких шага оказываясь вплотную к Иннокентию и резко хватая его за горло, от чего лысая башка с характерным звуком стукнулась затылком о стену.

    Авдеев вообразил себя хозяином положения? Малодворцев отказывался удовлетворять его кинки, играя роль жертвы. Иннокентий мог думать, что у него на руках все козыри в виде фотографий, переписки и ещё хер поймёшь чего, но это пьяным Андрей мог поверить, что он в полной жопе, только после трёх банок креплёного пива мог повестить на тупой почти детский шантаж. Сейчас Малодворцев был не только трезв, но и зол, а потому Авдееву стоило бы заткнуться, не позволяя себе комментариев о том, о чём он думал, что хоть что-то понимал.

    - Чтобы ты, мудак, лишний раз не выёбывался, давай я тебе кое-что проясню, - Андрей не обманывался, не считал, что на самом деле без боя выиграл, всего лишь один раз шарахнув Иннокентия об стену. Гопник и без того был наглухо отбитым, и если сейчас он слушал, то не из-за боли или страха, а максимум из любопытства, из желания развить конфликт, но знать при этом точки, на которые мог бы давить оппонент, - одно лишнее про меня слово, и зиму ты будешь встречать на улице, под мостами ли в Питере, в родном ли Зажопинске, откуда тебе принесло, мне насрать. Меня твои проблемы с тем, что тебе, бедняжке, негде жить, вообще не трогают, нахуй пойдёшь из общаги. Андерстенд?

    Распизделся Иннокентий, конечно, зря, его договорённость с комендантом хоть что-то значила ровно до того момента, пока на ней никто не акцентировал внимание. Пусть вторая койка в комнате на самом деле была свободной, это не означало, что можно было любую шваль затаскивать и позволять ей проводить там хоть бы и несколько ночей. Неважно, что Авдеев являлся студентом университета, официально у него не было никакого разрешения после отбоя находиться на территории общежития, и если эту информацию правильно преподнести, то Иннокентию сильно дадут по голове. Учитывая, что он и без того не находился на хорошем счету ни среди других студентов, ни уж тем более у преподавателей, его поведение и успеваемость говорили сами за себя, - пойдёт Авдеев рассматривать мосты Питера и ночевать на вокзалах.

    Стучать было нехорошо. Но терпеть подъёбки Андрей не собирался - если Иннокентий хотел хотя бы семь ночей провести в этой комнате, ему придётся мириться с тем, что каждое слово нужно взвешивать, чтобы не отхватить. Один раз они уже сцепились, да так, что их в восемь рук растаскивать пришлось; сейчас свидетелей не было, а днём в общаге достаточно шумно для того, чтобы никто на звуки драки и скандала вообще не обратил внимание.

    А до отбоя Андрей с этим уродом разберётся. Любыми доступными способами.

    [nick]Андрей Малодворцев[/nick][status]water[/status][icon]https://forumupload.ru/uploads/001b/2f/0f/463/279909.jpg[/icon][fandom]<div class=fan2>original</div>[/fandom][lz]<div class=lzname><a href="https://gemcross.rusff.me/">Андрей Малодворцев, 19</a></div><div class=lztext></div>[/lz]

    Отредактировано Andrew Minyard (2022-05-02 16:49:04)

    +2

    14

    [indent] «Эти семь дней будут воистину уебанские», - разочарованно отмечает Авдеев, не переставая разглядывать долговязую фигуру Малодворцева. Ну просто блеск. Как будто Кеше мало событий последнего месяца - начиная с похеренной учебы второго курса и обостряющимися отношениями с Сергеичем, заканчивая маразматическими выпадами тетки, которую даже слезные звонки матери не остановили от выселения племянника. Если добавить туда довольно сложные отношения Кеши с наркотиками, от которых он уже дважды за полгода ловил передоз, то получается огненная смесь из уныния и ненависти к своей ебаной жизни, в которой давно не осталось ничего по-настоящему радостного. Не то, чтобы Авдеев был против кончить где-то в канаве в двадцать, но по разным причинам ему приходится продолжать тянуть мерзкую лямку, ведь выпиливаться он не собирается. «Самоубийство - тема слабаков» выбито на подкорке Кеши; он до сих пор помнит, с какой ненавистью его компания реагировала на суициды кого бы то ни было. У Тохи вон вообще мать повесилась в кухне и ничего, сам в петлю от горя не полез. В любом случае судьба Авдеева давно предопределена, и ему остается лишь плыть по течению, по горло увязываясь в мутном болоте Питера, так располагающего к дулу во рту.
    [indent] Красной нитью сквозь весь последний месяц проходит - какая неожиданность - Андрей Малодворцев. Почему-то он становится основной или побочной причиной вообще всего, что так старательно сводит Кешу в могилу: и проблемы с Сергеичем у него исключительно из-за лучшего студента потока, и отношения с Клавдией портятся, потому что Авдеев день за днем срывает свое раздражение из-за одногруппника на родственников. Малодворцев маячит на периферии постоянно, не уставая напоминать о себе мерзким ебальником и слащавыми разговорами, что выплевывает в оттопыренные уши фанаток. С момента их первого тесного контакта в шумной аудитории Андрей буквально поселяется в голове Кеши бесячим пятном. Его походка, машинальное движение ладонью по волосам, расправленные плечи, смех, косые взгляды в сторону - все это бесит-бесит-бесит и заставляет слишком зацикливаться. Авдеев резонно считает, что это происходит из-за развязанной войны, ведь следующие несколько недель институт на ушах стоит, обсуждая детали драки. Дэнни вываливает на суд друга всевозможные слухи, витающие меж девчонок, а Кеша отбрасывает особенно идиотские вроде «лысый просто запал на Стасю». «Ага, конечно, блядь, запал. Еще пусть какая-нибудь мразь пизданет, что я запал на самого Малодворцева», - цедит он сквозь зубы, до смятого фильтра сжимая в смуглых пальцах сигарету, и изо всех сил сдерживается, чтобы не послать нахуй своего глашатая.
    [indent] Виток бойни разворачивается в очередной раз, вот только теперь Авдееву нельзя ни сбежать, ни рвануть вперед. На его запястьях болтаются кандалы окончательно просранного будущего, а над макушкой дамокловым мечом зависает осенний призыв, намекающий матери о том, куда ее чадо давно должно быть сослано. В какой-то момент Кеша практически не против принять неизбежное и даже единожды собирает сумку домой, просматривая билеты на поезд, но от поспешных решений его удерживает очередная доза, пойманная среди таких потерянных, как и он, маргиналов. После армии у него и правда будет единственная дорога в могилу, а в Питере есть призрачный шанс исправить хоть что-то, зацепившись руками за крошащийся уступ будущего высшего образования…
    [indent] Впрочем, нет. Авдеев попадет не в армию, а в тюрьму, потому что точно разобьет этот блядский ебальник напротив, - у него есть целых семь дней, в которые он может угандошиться окончательно, чтобы словить состояние аффекта. Андрей каждую минуту дает ему повод сорваться, и сейчас позволяет себе запрещенный прием: когда чужие пальцы смыкаются на шее Кеши, он чувствует брезгливость; когда затылок ударяется о стену комнаты - боль; когда мразота начинает что-то пиздеть прямо в лицо - отвращение. Где-то в глубине головы как будто рождается любопытство, потому что Малодворцев выдает больше десяти слов, и все они отзеркаливают брошенные Кешей прежде оскорбления. Конечно, Андрей только и может, что отвечать агрессией на агрессию, не придумывания ничего от себя - даже интересно, насколько хватит его словарного запаса, не подкрепленного трехэтажным матом новоиспеченного соседа.
    [indent] - Прикоооол, - сдавленно хрипит Авдеев и растягивает губы в ухмылке, откровенно раззадоренный такой прыткостью Малодворцева. Сомкнутые на шее пальцы обжигают кожу, словно марая ее грязью, и единственное, что хочет сейчас сделать Кеша (после того, как размозжит чужой череп дверцу шкафа) - помыться хозяйственным мылом. Пидорас нарушает его личное пространство, и Авдеев надеется, что гейство не передается воздушно-капельным путем, иначе ему придется долго лечиться от какого-нибудь «гомотрипера». Эта близость страшно напрягает, но кандалы все еще тянут запястья к полу, поэтому Кеша практически не трепыхается, только смотрит на Андрея расширенными мутными зрачками, в которых есть только совершенная ненависть. - «Одно лишнее слово» - это про то, что ты с мужиками в жопу ебешься? Или про то, что отсасываешь им за один стакан пива? Или за два? Думаю, что твои предпочтения уже давно не секрет - такие же отбросы, как и ты, своих за версту чуют, а у любителей римминга, как известно, очень длинные языки. Рано или поздно, Андрюш, все узнают… И тогда моя ночевка здесь будет тебе меньшей проблемой. Еще спасибо скажешь.
    [indent] Если первые несколько секунд игра в близость конкретно так Авдеева веселит, то сейчас он начинает заметно раздражаться. Ему противно смотреть на это гладкое, как задница младенца, лицо, неприятно сталкиваться с Андреем взглядами, бесит чувствовать бледную ладонь на своей шее. Ситуация начинает выходить из-под контроля, и Кеша ловким движением пальцев хватает Малодворцева за запястье, грубо отдирая его от себя. Даже при разнице в росте он знает, что в разы сильнее Андрея, поэтому при повторении драки сможет выйти победителем, превратив лицо напротив в месиво. Удивительное дело - страстно желать чего-то, что само требует удара, и не иметь возможности воспользоваться кулаками.
    [indent] - Нахуй руки убрал, пока я тебе их не оторвал, - он толкает Малодворцева в грудь практически так же, как тот толкал его в аудитории, и встает с кровати, раздраженно потирая пальцами болезненные отметки на шее. Если на коже вечером появятся гематомы, Кеша вспорет Андрею брюхо. Пока страшно хочется съебаться отсюда, дабы не заразиться ЗППП, и хорошенько так накидаться. У Авдеева в кармане нихера денег, и, если сейчас он потратит их все на бухло, то завтра ему будет нечего жрать… Но это будет завтра, а пока значение имеет только мерзкое чувство рвоты в гортани, что неизменно появляется в присутствии Малодворцева. - Съебись в туман. Можешь хоть до Сергеича идти со своими доносами, мне похуй, я переночую здесь семь ночей и свалю, а пока, будь ласка, не трогай мои вещи. В моем «Зажопинске», в отличие от вашего Дефолт-сити, есть незыблемые правила, к которым ты привыкнешь. Тебе как раз привыкать не в первой.
    [indent] Авдеев пытается смеяться, но из-за пережатой ранее глотки смех получается отрывистым и лающим; он садится на корточки, вытаскивая из рюкзака нож-бабочку и мобильник, заталкивает сумку под кровать и хмуро достает из кармана джинс пачку сигарет, уныло разглядывая ее пустое содержимое.
    [indent] - Слушай, у тебя есть сигарета для любимого соседа? Курить хочу зверски.

    [nick]Иннокентий Авдеев[/nick][status]шаланда и манипулятор[/status][icon]https://i.imgur.com/EuKZyOJ.png[/icon][fandom]<div class=fan2>original</div>[/fandom][lz]<div class=lzname><a href="https://gemcross.rusff.me/"><s>Кеша</s> Авдеев, 19</a></div>[/lz]

    Отредактировано Kevin Day (2022-08-07 01:47:25)

    +2

    15

    Естественно, ни о каким мирном сосуществовании на восьми метрах общей территории речи даже стартово не шло, Малодворцев и Авдеев искренне ненавидели друг друга, и поддерживать состояние холодный войны, а не громкого открытого столкновения, и без того было очень сложно. Андрей и рад был бы просто игнорировать ублюдскую морду лысого гопника, но последние недели у него это получалось с переменным успехом - нельзя нейтрально относиться к тому, кто узнал твой самый главный секрет, и в ту же секунду не побрезговал пойти на шантаж ради забавы, пьяного развлечения. Иннокентий же показал себя с очередной уродливой стороны, и теперь Андрею оставалось только гадать, сохранились ли снимки, существовали ли видео, в какой момент ублюдок решится пустить всё это в ход - а главное, получится ли у Малодворцева при самом плохом раскладе убедить остальных, что всё им показанное являлось фейком, тупой шуткой такого же тупого гопника. Впрочем, опасался Андрей не столько других студентов, сколько того, что новости могли бы дойти до отца. Вот уж кто не стал бы разбираться, в профилактических целях устроил бы сыну ад на земле, ограничивая всю его свободу. Старший Малодворцев мог это сделать. Но Андрей не был готов возвращаться к прежней, полностью подконтрольной родителям жизни.

    Только поэтому он не стал пиздить Иннокентия, пусть кулаки и чесались исправить ему форму носа. Лишь по этой причине послушно убрал руки, перестав касаться наверняка чумазого гопника. И только из-за этого проглотил очередные высеры временного соседа - пусть понятия не имел, что этот лысый ушлёпок имел в виду. Кому там Андрей когда отсасывал, хоть за пиво, хоть бесплатно? Фантазия Иннокентия была безгранична в своей абсурдности, но не было никакого смысла тратить время, чтобы объяснять гопнику истинное положение дел. Да и что должен был говорить Малодворцев? Оправдываться? Да кто этот Авдеев такой?

    Андрей выдохнул, отступая к собственной кровати и на ходу снимая с себя куртку. Ему не нужна была драка с этим мудаком, прошло слишком мало времени с последнего инцидента, который окончился в кабинете ректора, и воспоминания об отцовском выговоре были ещё слишком свежи. Малодворцев не был беззащитной овечкой, но всё-таки стоило ориентироваться на противника, кто был бы ему по зубам: ничего противопоставить родителям он не мог, а значит, Авдеева пока придётся оставить в покое. Андрей не собирался спускать с рук тупой пиздёж о надуманных темах, но в данную секунду давать продолжение конфликту тоже не собирался. Стоило подождать, может, Иннокентий на самом деле будет появляться здесь только ночью, молча падать на кровать зубами к стенке и никоим разом не контактировать с соседом? Семь дней всё равно будут гавёными, но пока есть конкретные сроки и условия, лишний раз выделываться смысла не было.

    - Иннокентий, не то что сигареты, у меня и любимого соседа нет, - наглость гопника зашкаливала, но Андрей уже растерял интерес к диалогу. С этим животным было проще вообще не разговаривать, он каждое слово выворачивал, пиздел, пиздел, пиздел... - Ты собирался здесь только ночевать, а не клянчить, вот и сиди молча.

    Говоря откровенно, Андрей был готов на календаре зачёркивать эти семь дней, на которые был проклят терпеть присутствие лысой рожи в комнате. Авдеева носило невесть где, из вещей у него был один рюкзак, и на самом деле соседи пересекались нечасто, но и этого хватало, чтобы выбеситься друг на друга. Малодворцев был бы рад вообще не разговаривать с уродом, сам ложился поздно, но в комнате сидел в наушникам, и как будто бы не слышал тех оскорблений, что мог отвешивать гопник; увы, закрыть глаза Андрей не мог, и периферическим зрением всё-таки улавливал движение губ Иннокентия. Спускать всё на тормоза он не собирался - и каждый ночной разговор превращался в тихий короткий срач.

    На четвёртый день Андрей был готов задушить урода подушкой. На пятый утром его предупредили, чтобы без бухла в общагу не приходил - студенты собирались пьянствовать, заранее договорились с комендантом, и уже предвкушали грандиозно по-пятничному нажраться. Малодворцев хмыкнул, понимающе кивнул головой: такие мероприятия в общежитии были не то чтобы редкостью, просто место встречи переносилось в разные корпусы, что принципиально дело не меняло. На этот раз пьянка была как никогда вовремя, Андрею дико хотелось нажраться, но при этом не закопаться в собственные мысли, и компания таких же студентов для этого подходила лучше остальных.

    К десяти вечера общага стояла на ушах. Здание стояло несколько поодаль от других жилых домов, в пьянке участвовали абсолютно все, и не было никаких противников громкой музыки, алкоголя или добытой кем-то травки; Андрей курить не стал, зато знатно присосался к бутылке виски, которую делил с намертво прилипшей к Малодворцеву ещё в начале вечера Стасей. Ещё через час в здании не было даже относительно трезвого человека, а пьянствующие разбились на группки, и каждая развлекалась по-своему. Кто-то с важным видом обсуждал политику, кто-то орал в импровизированном караоке, кто-то уже давно уединился по свободным комнатам. Малодворцев же застрял на кухне, где пьяные разговоры на темы, одна пошлее другой, была разбавлены идиотскими играми то в карты, то в бутылочку, то...

    - "Правда или действие", ну! Правила все знают?

    "Ничем не хуже остального", - подумал про себя Малодворцев, опираясь спиной на подоконник и выдыхая сигаретный дым в форточку. Теперь они со Стасей не только пили из одного стакана - где она оставила свой, девушка не помнила, не заставлять же её хлестать из горла? - но и курили одну на двоих. Стася как будто бы не курила, но теперь её так и тянуло к сигарете; Андрей предлагал ей пачку, но она отказывалась. Странная она, впрочем, чего ждать от пьяной? И похер, что Марк уже полчаса завистливо смотрел на одногруппника, пуская слюни на льнувшую к Малодвоцеву Стасю - Захарову тут явно ничего никогда не светило, когда-нибудь он это тоже осознает. Не то чтобы Андрей выступал в роли заинтересованного лица, но...

    - Играете? - в слишком интимной близости от уха Малодворцева раздался громкий бас амбала, который махал огромными ручищами, подзывая кого-то ближе. "Толя, блять", - мысленно выругался Андрей, потирая ушную раковину, и желая одногруппнику самых страшных мучений. От вопля Толика вздрогнули все, и даже те, к кому он непосредственно обращался. - Не, не, не, или играете, или нахер идите с моей кухни!
    - Она когда твоей стала?..

    Свободной от сигареты рукой Андрей поглаживал Стасю по спине, а сам смотрел на лысую башку, которую был бы рад вообще никогда больше не видеть. Иннокентий же свалит в туман, верно? Заберёт девку, которая стояла с ним рядом, и продолжит двигаться в только им известном направлении, так?

    [nick]Андрей Малодворцев[/nick][status]water[/status][icon]https://forumupload.ru/uploads/001b/2f/0f/463/982446.png[/icon][fandom]<div class=fan2>original</div>[/fandom][lz]<div class=lzname><a href="https://gemcross.rusff.me/">Андрей Малодворцев, 19</a></div><div class=lztext></div>[/lz]

    Отредактировано Andrew Minyard (2022-05-05 16:47:26)

    +2

    16

    [indent] Конечно, сигаретой Малодворцев не делится, только огрызается в ответ в типичном себе стиле нервного животного, но Авдеев и не ждет дружелюбного расположения. Он специально провоцирует Андрея слащавыми фразами, лишь бы в очередной раз заметить нездоровую ненависть в его глазах словно в подтверждение своей победы. Эта непрекращающаяся война помогает отвлечься от мыслей о неопределенном будущем, и Кеша с удивлением ловит себя на мысли, что подобное ублюдское взаимодействие с соседом начинает ему нравится. Он выходит из комнаты без комментариев, несколько минут стоит в предбаннике, прислушиваясь к звукам за дверью - пытается уловить тихие оскорбления в свою спину, - но Малодворцев, кажется, устало падает на скрипучую кровать и больше не издает ни звука. «Интересная будет неделька», - Авдеев хмыкает себе под нос и растворяется в черноте октябрьского вечера, беззастенчиво забирая сигареты Дэнни, пока долгие часы до полуночи проводит в ее комнате с девчонками разной степени блядства. Ему удается зарекомендовать себя как внимательного слушателя, который изредка вываливается на межблочный балкон перекурить, и бабский щебет как будто усмиряет беспокойные мысли, но кое-что все равно остается постоянной константой среди шума голосов: Малодворцев. Кеша пытается отмахиваться от каких-то идиотских построений причинно-следственных, но мудила упорно цепляется тонкими пальцами в подкорку мозга, и Авдеев старается обратить внимание в злость, которую, безусловно, эти семь дней обязательно преумножит в разы.
    [indent] Соседство с Андреем похоже на палату психушки, в которую в свое время Авдеева упорно пытались отправить; чужая аккуратность и имитация учебного процесса бесят до скрипа зубов, а орущий из наушников вокал Клауса Майне - его Клауса Майне - сводит с ума. Кеша верен своему слову, поэтому старается появляться в комнате как можно реже, но в те редкие моменты, когда общая жилплощадь все-таки сталкивает их в месте, упорно сублимирует агрессию, не скупясь на оценочные комментарии. «Малодворцев, ты трусы с носками тоже гладишь?», «Малодворцев, нахрена тебе так много одежды, которая весь шкаф занимает?», «Иметь такую дорогую зубную щетку, Малодворцев, и не чистить зубы трижды в день, серьезно?». Авдеев и сам не знает, зачем делает все это; пытается оправдаться тем, что ему просто до безумия скучно, пока тикающие часы отсчета постоянно маячат на фоне его ночевок в общежитии. Он тянет время, откладывая неприятный разговор с Сергеичем, и даже пытается закрутить роман с соседкой Дэнни, в комнате которой проводит большую часть времени вне института. Лера бросает на Кешу выразительные взгляды и старается по-девчачьи флиртовать, но как только ее пальцы касаются бритой макушки, Кешу мгновенно отрубает от любых взаимных поползновений; ему в миг становится неприятно находиться здесь, и он отрицательно качает головой, отмахиваясь от неудобных подкатов. В его груди зияет глубокая дыра, и Авдеев злится на себя за то, что почему-то не может пользоваться предоставленному ему доступу к горячим поцелуям. Что-то не так, понять бы, что…
    [indent] - Видимо, осенняя хандра или питерская импотенция, - делится он с Дэнни, когда на пятый день своей жизни в общаге смакует в зубах очередную сигарету, пытаясь согреть дыханием ледяные ладони. - Не стоит у меня на Леру, скажи ей, чтобы больше не пыталась. Не хочу показаться мудаком и лишиться места у вас в комнате.
    [indent] - Тебе просто надо хорошенько накидаться, - Даша как всегда проницательна до невозможности и выдает охуительные истины типичным заговорческим тоном. - Завтра будет массовая попойка, я собираюсь тусоваться в первом корпусе.
    [indent] - Терпеть не могу такую хуйню.
    [indent] - Врешь, тебе медом намазано в притонах, - она закидывает голову и обрывисто смеется, а затем выкашливает холодный воздух из легких, сильнее закутываясь в куртку. - Если боишься, пошли со мной. Буду контролировать, чтобы ты пьяный не разбил кому-нибудь лицо. Накидаешься нахаляву, может подцепишь кого и в комнату приведешь.
    [indent] - А если там Малодворцев будет трахаться? - Кеша непонимающе моргает и нахмуривается, изо всех сил стараясь поставить блок на свое воображение, подкидывающее в костер картинок с раздвинутыми мужскими ногами. 
    [indent] - Ну присоединишься, хуле.
    [indent] - Я тебя сейчас ебну.
    [indent] - И я подам на тебя в суд, - Дэнни качает головой и тушит окурок о перила балкона. - Заебал ломаться, на твое кислое лицо смотреть тошно. Денек повеселишься, денек отоспишься, а потом будешь думать, что делать дальше. Больше дней в общаге я тебе все равно не выбью, так хоть напоследок оторвешься.
    [indent] Авдеев отворачивается к улице и задумчиво всматривается в потерянную среди высоток линию горизонта, гипнотизируя мигающую иллюминацию Лахты. Подруга права - что ему еще терять? В этом сраном городе у него и так потеряно все хоть немного ценное, поэтому остается лишь порваться на британский флаг, выхаркивая остатки вменяемости перед тем, как свалить на распределение в Мурманск. Не валяться же в комнате, в конце концов, ожидая момента, когда пьяный сосед-мудак приведет в комнату очередного ебыря.

    ***
    [indent] - Она когда твоей стала? - Кеша цыкает языком, перекатываясь с пяток на носки в дверном проеме кухни и бросая оценивающий взгляд на собравшихся на кухне студентов. - У вас тут совсем тухло, но в зале еще хуже, там, кажется, кто-то сдох. Так что мы в деле.
    [indent] Авдеев уже порядочно пьян и достаточно расслаблен, чтобы не скупиться на хамские выражения, обращенные ко всем и ни к кому одновременно. Стоящая рядом Дэнни упорно прикидывается ветошью, и на ее лице слишком показательно маячит выражение «я не с этим отморозком», но Кеша уже не выпускает подругу из-под своего цепкого контроля, поэтому толкает в спину, пока сам проходит вглубь прокуренного помещения. Внутри Авдеева плещется мешанина из алкоголя и каких-то протухших закусок, которые становятся ему первым приемом пищи за день; пустая пачка сигарет жжет карман бесконечной жаждой никотина, а распаленный интерес требует развлечений. Он не может сейчас ввязываться в драки, - осталось два дня до времени Х, - да и настроение у него скорее упиться в кровавые сопли и выключиться где-то на лестнице, так что «правдой или действием» можно вполне оправдать свое мудачество.
    [indent] - Не нравится он мне, - доносится среди шума переговоров, а Кеша в ответ одаривает хуй пойми кого своей самой лучезарной ухмылкой, которая похожа скорее на оскал Дьявола, требующего крови. Он сталкивается взглядом со Стасей, которая инстинктивно жмется к - да еб твою, опять ты - Малодворцеву, изучающе скользит по его морде, заставляя Андрея напрячься всем телом. «Ничего-ничего, понервничай, тебе полезно», - Авдеев вообще никак не проявляет себя, только устраивается у раскрытого окна, жестом приглашая свою спутницу облокотиться о подоконник рядом. Дэнни здоровается с кем-то, перекидывается парой фраз и по дороге добывает два пластиковых стаканчика с пойлом, похожим на огонь самой преисподней - на запах Кеша предполагает, что это абсент. «Пойдет», - он опрокидывает выпивку залпом и занюхивает пиздец собственным запястьем; пока его организм несколько секунд пытается выйти из агонии, «владелец» кухни неожиданно направляет на него палец.
    [indent] - Слыш, лысый, правда или действие?
    [indent] - Действие, - Кеша все еще морщится и катает вязкую слюну по слизистой, безуспешно старясь протолкнуть ее в глотку.
    [indent] - Засоси свою подругу, - существо заливается громким смехом вместе с парой таких же кретинов, видимо, пребывая в восторге от брошенного задания.
    [indent] - Чего, блядь? - заявляют в один голос и Дэнни, и Авдеев, перекидываясь крайне задумчивыми взглядами как мячом для бейсбола.
    [indent] - А че, ты пидор что ли?
    [indent] - Где-то я это уже, блядь, слышал, - фраза звучит особенно громко, потому что Кеша выпаливает ее с нажимом, бросая быстрый взгляд на стоящего рядом Малодворцева. Его почему-то распаляет эта игра в гляделки, равно как и раззадоривает повышение градуса алкоголя в желудке, поэтому принятие итогового решения происходит как-то само собой. Он поворачивается на Дэнни, с издевкой рассматривая ее синие глаза под стать волосам, и грубым движением обхватывает пальцами тонкую шею, с силой притягивая к себе вопреки напряженным мышцам в спине. Знает, что неизменно получит по ебальнику в ближайшее время, но также знает, что его подруга не пойдет против общего мнения, предпочтя потерпеть гетеросексуальные извращения во имя пресловутого «статуса» среди студентов. Внутри ее вяло приоткрытого рта слишком сухо и слишком горько от выжигающего алкоголя, а язык практически не двигается навстречу, но Авдеев этого и не требует; ему достаточно лишь театрально податься вперед, словно теряя себя в тянущем желании, и он углубляет поцелуй, похожий скорее на пожирание чужих губ. Дэнни даже подыгрывает, обхватывая лицо Кеши пальцами в кольцах, и через пару секунд всем вокруг становится очевидно, что эти двое совершенно поглощены друг другом, готовые в любой момент начать трахаться прямо на подоконнике.
    [indent] Авдеев хочет закончить экзекуцию как можно скорее, и в какой-то момент открывает глаза, глядя за плечо подруги в поисках шершавой стенки. Вот только вместо бетонной поверхности на него во все глаза смотрит Малодворцев, и в этот момент внутри Кеши что-то обрывается.
    [indent] - Ладно-ладно, мы поняли, что вы любовники, отлипните уже! - слышится где-то вдалеке, но Авдеев не может отстраниться и снова скользит языком по губам Дэнни, прищуриваясь и, кажется, забывая моргать. Потому что Андрей смотрит на него ровно так же - неотрывно и жадно.
    [indent] И это интересно.

    [nick]Иннокентий Авдеев[/nick][status]шаланда и манипулятор[/status][icon]https://i.imgur.com/EuKZyOJ.png[/icon][fandom]<div class=fan2>original</div>[/fandom][lz]<div class=lzname><a href="https://gemcross.rusff.me/"><s>Кеша</s> Авдеев, 19</a></div>[/lz]

    Отредактировано Kevin Day (2022-08-07 01:47:42)

    +2

    17

    "Правда или действие" никогда не считалась интеллектуальной игрой, зато отлично подходила для пьяных компаний, ищущих развлечений на грани с пошлостью. Хорошо выпившим студентам разогрев был не нужен, а потому вопросы и задания практически на сто процентов вертелись вокруг секса и интимных откровений; утром не все ответы сохранятся в памяти, ровно как и некоторые поступки сотрутся из воспоминаний. Все, кроме тех, что особенно ушлыми маньяками были записаны на камеру телефонов, - вот эти действия уже в ближайшее время будут слиты в сеть на радость всем любителям поржать над ближними.

    - Не будь у меня соседа, я бы и сейчас без ничего спал, - Андрей потушил окурок в специально оставленную на столе импровизированную пепельницу.
    Вопросы не отличались особенным разнообразием, да и задания по большому счёту сводились или к выпивке, или к тисканьям с кем-то из присутствующих. Кое-кто уже стоял без отдельных элементов одежды, кто-то делал эротический массаж, кто-то сидел между ног у однокурсника; они уже обсудили, кто когда в первый раз потрахался, узнали, кто из присутствующих был девственником, кого заносила нелёгкая в гей-клуб, а отделавшийся малой кровью Андрей всего лишь сообщил, что предпочитал спать без одежды.

    Даже жаль, что реакцию Авдеева на этот ответ Малодворцев увидеть не смог, не стал поворачивать голову, лишь бы заметить, скривилось ли лицо гопника. Андрей не то чтобы ставил своей целью выбесить Иннокентия, да и не врал он, отвечая на очередной идиотский вопрос - будь у него отдельная жилплощадь, и он на самом деле не стал бы утруждать себя надеванием одежды для сна. Впрочем, Малодворцев успел уловить выражение лица Авдеева, когда тот понял, о чём вообще спрашивали его временного соседа - великолепная демонстрация богатого спектра эмоций, по большому счёту негативных. Какая-то нарочитая брезгливость, злость вкупе с удивлением, да что вообще творилось в этой лысой голове? Фантазия разбушевалась? Андрей не был уверен, что действительно хотел бы знать на это ответ.

    Ровно как и не хотел видеть лобызаний Авдеева с девчулей, которая стояла рядом с гопником и делала вид, что вообще плохо его знала. Очередное задание, которое выпало на этот раз Иннокентию, заключалось в том, чтобы поцеловать синеволосую; казалось бы, ничего сложного, извращённого или неприятного, но парочка тут же синхронно возмутилась, и только через несколько секунд лысый, в очередной раз вставив реплику о пидорах и бросив при этом как будто бы случайный взгляд на Андрея, засосал свою подругу, да с таким воодушевлением, как будто ему месяцами никто из девок не давал. Малодворцев повернул голову набок, продолжая неосознанно поглаживать Стасю по голой из-за задравшейся майки коже; ему было видно только синеволосый затылок, зато он внезапно поймал на себе взгляд Авдеева, и отвернуться уже не смог. Иннокентий целовался... как животное, жадно, глубоко, всем своим видом показывая, как ему нравилось вести в поцелуе, сжимая ручищей тонкую шею девчонки. У него даже взгляд поменялся, привычная агрессия никуда не исчезла, зато приобрела иной оттенок - сейчас Авдеев не злился, но, казалось, буквально доказывал какие-то права на девчулю. Вывод казался единственно верным, разумным, логичным, эти двое пришли на кухню вместе, тут же прилипли друг к другу на подоконнике, и не пытались пьяно подкатывать к третьим лицам, коих на маленькой площади собралось неприлично много.

    В верности суждений не было бы никаких сомнений, если бы не один нюанс. Даже целуясь со своей подружкой, Авдеев пялился только на Малодворцева.
    Андрей качнул головой и отвернулся, когда любовнички всё-таки отлипли друг от друга, вновь давая игре продолжение. Малодворцев чувствовал, что допился, в голову лезли посторонние мысли, давать выход которым ему никак сейчас было нельзя, и тяжёлый воздух в душной прокуренной кухне только усугублял его состояние. Казалось, что сейчас он пьянел от одной лишь обстановки; осознав это, Андрей решил обеспечить себе перерыв.

    - Ты куда?
    - Сейчас вернусь, - в своём стиле ответил Андрей Стасе, убрал с её спины руку, убедившись, что девушка облокотилась о подоконник и в ближайшее время без опоры не рухнет, и затем протиснулся к выходу из кухни, еле обогнув шкаф под именем Толя, который размахивал руками, делясь подробностями своей выдуманной сексуальной жизни. "Толя, блять", - этот дурень и в трезвом состоянии адекватностью рассказов не отличался, что уж говорить об опьянении, которое отчётливо читалось в карих глазах? Впрочем, он уже обзавёлся своей аудиторией, на небольшой кухне любой мог найти свободные уши, в которые можно было бы лить приукрашенные неправдоподобные истории из прошлого.

    Андрей дошёл до туалета, где впервые за несколько часов хотя бы на пару минут остался в одиночестве. Где-то играла музыка, кто-то что-то орал, ответственным за уборку Малодворцев вообще не завидовал, но не то чтобы сейчас его вообще парило, кто завтра будет разгребать устроенный бардак. Андрей выдохнул, застегнул штаны, а затем вышел из кабинки, чтобы тут же зацепиться взглядом за человека, при встрече с которым никогда радости не испытывал.

    - Блять. Ты что, так быстро с ней закончил? - Малодворцев закатил глаза, вымыл руки, из-за отсутствия полотенец вытирая ещё влажные ладони о собственные джинсы. - Иннокентий, я могу хотя бы поссать сходить и при этом не лицезреть твою рожу?

    Когда его уже выгонят из общежития? Сколько осталось? Одни сутки? Андрей ждал этого момента, когда ему не придётся делить комнату с лысым ублюдком, не слышать его подколок, не ловить на себе пристальные насмешливые взгляды; не встречаться с ним в аудиториях, и на пьянках больше никогда его не видеть. Ни того, как Авдеев накидывался высокоградусным алкоголем, ни того, как увлечённо кого-то вылизывал, по неясным причинам не сводя при этом пристального взгляда с Малодворцева.

    Какого хрена его это вообще задело?

    [nick]Андрей Малодворцев[/nick][status]water[/status][icon]https://forumupload.ru/uploads/001b/2f/0f/463/982446.png[/icon][fandom]<div class=fan2>original</div>[/fandom][lz]<div class=lzname><a href="https://gemcross.rusff.me/">Андрей Малодворцев, 19</a></div><div class=lztext></div>[/lz]

    +2

    18

    [indent] В какой-то момент Дэнни входит в раж, толкаясь навстречу рукам Авдеева тонкими плечами; она скользит языком по чужой слизистой рта, добавляя слюны и еле слышимых неидентифицируемых выдохов. Кеша же не чувствует совершенно никакого возбуждения, движется инерционно, ради демонстрации и исполнения задания, не более того. Взаимен на равнодушие Дэнни крайне неудачно прикусывает его нижнюю губу, и Авдеев шипит, резко отстраняясь назад и разрывая затянувшийся поцелуй; видит в глазах напротив совершенную ненависть, в которой, однако, есть место и похотливой тьме, и спешит поскорее смыть с глотки сладковатый привкус губ широким глотком абсента.
    [indent] Вспышка боли заставляет оторваться от пристального изучения Малодворцева, и когда Кеша вновь бросает на соседа короткий взгляд, Андрей уже ведет беседу со Стасей, спокойно оглаживая ее талию тонкими пальцами. Полупьяным осознанием Авдеев пытаешься воссоздать цепочку связей между собственным театральным представлением и главным его зрителем, но вопросов в голове возникает больше, чем ответов. Нахера он вообще затеял эту игру в гляделки, и нахера, собственно, Малодворцев ее поддержал? Почему его зрачки были настолько расширены, а пальцы словно потеряли гибкость, замерев на плечах подружки? Что это вообще такое было? Авдеев хмыкает себе под нос, вслушиваясь в ускоренный ритм сердца под сдавленными ребрами. Одно стоит признать точно: Кеше понравилось, что Андрей смотрел на него во время поцелуя с другой. Возможно, это одна из форм извращенного садизма, которым Авдеев уже пять дней наполняет жизнь Малодворцева; такая вот дань чужим предпочтениям, невесомый упрек - «смотри, в отличие от тебя, я совершенно нормальный, и на этой кухне мне рады больше, чем тебе». Идиотская мысль быстро разбивается о реальность - к Андрею вновь обращено всеобщее внимание; мудаку приходится участвовать в коллективных разговорах, и он не упускает возможности подтянуть Стасю ближе к себе, одаривая ее лучезарной улыбкой. О Кеше с Дэнни все быстро забывают, вот только сама Даша ничего не забывает; она обхватывает чужое запястье пальцами и буквально силком тянет товарища к выходу из кухни.
    [indent] - Ну и что это, мать твою, было сейчас? - Дэнни практически впечатывает Авдеева в стену, стоит двери за ними закрыться, оставив за спинами смех и разговоры; Кеша ненамного выше ее, поэтому смотрит прямо перед собой, лишь вскидывая вверх удивленную бровь.
    [indent] - Задание «засоси свою подругу».
    [indent] - Да ты меня чуть не сожрал, - она кривит губы, сдавленно сглатывая слюну во рту.
    [indent] - И тебе это понравилось.
    [indent] - Слушай, Авдеев, ты уже совсем охуел. Я тебе стараюсь максимально помочь, пока ты упираешься тупым бараном, и даже поддерживаю эти ебланские идеи, от которых мне физически противно. Давай, говорит, на кухню пойдем, там курить можно. Давай, блин, засосемся у всех на глазах типа как будто в прикол. Давай сделаем это показательно, чтобы все вокруг думали, что я с тобой, отморозком, встречаюсь.
    [indent] - В чем твоя проблема вообще? Засосались и засосались, ты же не потекла, - Кеша как будто бы находится не в этой реальности, слабо вникая в бросаемые ему претензии - его сознание все еще остается на кухне, у окна, впивающееся в Малодворцева, что изучает его особенно пристально.
    [indent] - Да в том, блядь, что у меня тут отношения намечаются, а ты все, сука, портишь. Если по универу про нас пойдут слухи, то… То… - Дэнни отворачивает лицо и сдавленно всхлипывает, чем вызывает у Авдеева заметное удивление. - Ты реально постоянно все портишь. Сначала Леру опрокидываешь, теперь меня подставляешь… Что тебе нахуй вообще в этой жизни надо, скажи мне? Хотя какая разница. Ты послезавтра придешь на пары как ни в чем не бывало, опять доебешься до Андрея, влезешь с ним в драку, и тебе будет похуй.
    [indent] - Даш, ты чего…
    [indent] - Я просил тебя называть меня Дэнни! Иннокентий, блядь. Знаешь, что? Иди нахуй, - Кеша слишком пьян, чтобы среагировать на резкое движение перед собой, поэтому пощечина все же прилетает ему по щеке по касательной, оставляя на коже красноватый отпечаток пальцев. Авдеев несколько раз моргает, трезвея, и пытается тоже замахнуться на Дэнни - потому что никто не имеет право огребать просто так, - но подруга уже берет курс в сторону своей комнаты, быстро скрываясь за поворотом. Кеша стоит с поднятой ладонью добрый десяток секунд, подвисая от механического поворота застрявших шестеренок в своей башке, и с каждой прокручиваемой в голове фразой сильнее мрачнеет.
    [indent] «Ты реально постоянно все портишь», - на кухню возвращаться решительно не хочется, поэтому Авдеев бесполезно бредет по коридору, заглядывая в приоткрытые двери; там вовсю бушует веселье, но Кеша не хочет снова вплетаться ни в какую тусовку, разбитую по группам. Ему страшно хочется выйти на воздух, но вопреки всем договоренностям общежитие все еще закрыто на комендантский час, поэтому остается только искать новое пристанище потише. Авдеев не собирается идти в комнату - слишком боится встретиться там с Малодворцевым, которому придется объяснять свое бледное лицо. Конечно, Андрей о том и не спросит, но Кеше все равно не охота показываться перед соседом в подобном потерянном виде.
    [indent] В мужском туалете до неприличия тихо и слишком воняет табаком, от которого не спасает даже раскрытое нараспашку окно; Авдеев прислоняется бедрами к подоконнику и вполовину высовывается на улицу, вдыхая холодный запах октябрьской ночи. Голове становится немного легче, но на душе все равно погано; когда за спиной слышится копошение и такое знакомое «блядь», Авдеев и вовсе превращается в большое кислое пятно.
    [indent] - Да еб твою, - выдает на выдохе, засовывает пальцы в карман и выуживает из него пачку сигарет. Не спешит вступать в диалог, только методично закуривает и смотрит на раздраженного Малодворцева, открывая рот после второй глубокой затяжки. - Можешь таскать с собой баночку и ссать туда - это как дружеский совет от человека, которому вообще наплевать на твой мочевой пузырь, - он снова смакует фильтр, перебивая сдавленные вздохи тяжелым дымом в легких; смешение разных неприятных чувств вкупе с алкоголем заставляют сублимировать энергию в злость, и Кеша решает спустить собак на Андрея, что так невовремя попадается ему под руку.
    [indent] - Удивительно, что ты не спешишь обратно к этим своим хуесосам. Разве не хочется послушать очередные комплименты? «Андрюш, ты такой пиздатый, трахни меня прямо на плите, Андрюш»… Кстати, Стася заметила то, с какой внимательностью ты следил за моим заданием? Прямо взгляда оторвать не мог. Давно запал на меня, а, мудак? - Авдеев знает, что прямо сейчас ступает на пиздец какую опасную территорию. Он ведь и сам смотрел на Андрея слишком неотрывно, глушил похотливый порыв в чужих зрачках, не мог заставить себя отвернуться - что бы позлить, конечно, но сам факт. Очередная провокация повисает между их головами, разделенными двумя метрами расстояния, и Кеша скрещивает руки на груди, держа у губ тлеющую сигарету. Знает, что если сейчас Малодворцев ответит ему хоть что-то на грани с выпадом, то точно не удержится от очередной драки - скажет Сергеичу, что опять попиздился на Думской, а Андрея обязательно заткнет, не словом, так делом. - Если бы ты знал, как меня бесит твое ебало, ты бы заплакал.
    [indent] «Врешь», - упрямо настаивает голос внутри пьяной головы. - «И продолжаешь все портить».

    [nick]Иннокентий Авдеев[/nick][status]шаланда и манипулятор[/status][icon]https://i.imgur.com/EuKZyOJ.png[/icon][fandom]<div class=fan2>original</div>[/fandom][lz]<div class=lzname><a href="https://gemcross.rusff.me/"><s>Кеша</s> Авдеев, 19</a></div>[/lz]

    Отредактировано Kevin Day (2022-08-07 01:47:54)

    +2

    19

    Иннокентий состроил такую же недовольную морду, что не выражала никакой радости от встречи, и решил проявить всё своё красноречие, отпуская комментарии, задавая вопросы, имитируя ситуации, которые происходили только в его дурной лысой голове. Малодворцев смотрел на Авдеева молча, ничего не спрашивал, не собирался вступать в полемику и начинать полноценный диалог; будь его воля, и их с этим мудацким гопником дороги никогда бы не пересекались. Они были совершенно разными, принадлежали к разным мирам, и Андрею осталось потерпеть совсем немного до момента, когда, вероятно, Иннокентий отправится в Зажопинск в свободное плавание, навсегда оставляя мысль о переезде в Питер в своём прошлом. Студенчество у Авдеева не удалось, он всем своим видом показывал, где и как вертел всю эту систему образования, и уже даже терпение ректора заканчивалось, подводя гопника к приказу об отчислении. Как его вообще приняли в университет? С чего так долго терпели? Спрашивать Андрей, естественно, не собирался, к судьбе Иннокентия он относился совершенно индифферентно. "Враньё", - не было никакого безразличия в отношении к Авдееву, мудак бесил своей мордой, каждой чертой лица, раздражал всем, что говорил и абсолютно всем, что делал; и всё-таки истинная злость Малодворцева тянулась с того вечера, когда его знакомство с Ромкой обернулось поспешным нелепым опытом, с подачи этого лысого ублюдка, что сейчас стоял в туалете, курил и продолжал пиздесь какую-то бессмыслицу. Из всех людей именно этот упырь спалил Андрея на неоднозначных интересах, он же вынудил пьяного однокурсника глупо во всём сознаться, но, что удивительно, продолжал держать эту историю в секрете. Малодворцев ожидал чего угодно, но не молчания, которое оборачивалось идиотскими шутками только наедине - желания набить Авдееву морду это не уменьшало, но добавляло хоть каких-то сил, чтобы сдерживать агрессию.

    Андрей молча смотрел на Иннокентия, так и не вступая в диалог, и даже сделал полшага к выходу из туалета, намереваясь вернуться на кухню, к алкоголю, сигаретам и своей готовой абсолютно на всё спутнице, как следующие слова гопника заставили его притормозить, с искренним удивлением в глазах посмотреть на отморозка.

    - Чего, блять?
    Что вообще происходило в этой лысой голове? Андрей никогда своего оппонента умным человеком и не считал, но порой его слова и выводы заставляли усомниться в том, что у Иннокентия вообще был мозг. Малодворцев отказывался проглатывать даже намёки на свои предпочтения, считал весь этот пиздёж необоснованным и незаслуженным, и уже неоднократно, оставаясь с Авдеевым в комнате, которую в течение недели был вынужден с ним делить, вступал в словесные перепалки, лишь бы заткнуть ублюдку рот. Каждое такое противостояние грозило обернуться дракой, и всё же им обоим удавалось сдерживаться. Кажется, эффект был кратковременным, эти двое не могли находиться в одном помещении и при этом не стараться зацепить друг друга, задеть пусть даже и словом; очередной шаг был сделан, и Андрей сощурился, у себя в голове явственно представляя, как его кулак летел в скулу гопника, ломая ему кости.

    Удара не последовало. Малодворцев несколько секунд молча смотрел на Авдеева, губы его тряслись от сдерживаемых эмоций, а затем атмосфера в одну секунду изменилась. В туалете раздался искренний хохот Андрея.
    - Восхитительная фантазия, мудень, - Малодворцев отсмеялся и снова посмотрел в глаза Авдеева. Иннокентий явно злился, он уже пришёл в туалет не в самом благостном расположении духа, но теперь откровенный издевательский смех Андрея выбесил гопника ещё больше. Злость и раздражение читались в его взгляде, в прищуренных глазах, в сжатых в тонкую нитку губах; Малодворцев знал, что до драки оставалось всего половина шага, но отступать было уже поздно. Они бесили друг друга абсолютно взаимно, и, возможно, в очередном мордобое смогли бы хоть немного успокоиться. Настолько, чтобы не убить друг друга до счастливого момента, когда Иннокентия пинком под зад вышибут из общежития. - И давно ты тешишь своё самолюбие, что на тебя с такой мордой ну хоть кто-то западёт?

    Вот здесь Андрей беспощадно пиздел - Иннокентий не был прямо-таки уродом, обычный быдловатого вида парень без явных уродств во внешности и каких-то откровенных дефектов. И такие кому-то нравились, у многих девок был весьма непритязательный вкус; только вот не надо было проецировать эти фантазия на Андрея. Он Авдеева точно в качестве объекта интереса не рассматривал, потому что... просто потому что Иннокентий был ублюдком, который злил, бесил, раздражал, вызывал желание убить, но не выебать.

    Малодворцев ещё раз усмехнулся, сделал новый шаг по направлению к выходу, замирая на расстоянии вытянутой руки от Авдеева.
    - Я-то, Иннокентий, смотрел, как вы доблестно задание выполняли. А вот какого хера на меня пялился ты, м? - только сейчас до Андрея дошло, что гопник фактически сознался в том, что смотрел не на свою пассию, чей рот якобы увлечённо вылизывал. Пусть он поймал на себе взгляд Малодворцева, но кто заставлял его держать зрительный контакт? Мог закрыть глаза, отвернуться, пялиться на лицо своей девчули; но нет, мудак с хищным прищуром продолжал смотреть на Андрея. - Ты, часом, не пидор ли?

    Малодворцев знал, что этим вопросом пересекал черту, подталкивал разговор к откровенной агрессии, которая у них с Авдеевым никогда не ограничивалась словесными перепалками. Специально ли Андрей нарывался? Или к драке его подталкивал выпитый за вечер алкоголь? Малодворцев не стал бы списывать всё на спиртное, рожа Авдеева давно его бесила, и он сдерживался в стенах университета только потому что не хотел новых проблем с отцом. Если алкоголь что-то и сделал, так это убрал барьер страха перед родителем, но чистая ненависть целиком и полностью принадлежала Иннокентию.

    [nick]Андрей Малодворцев[/nick][status]water[/status][icon]https://forumupload.ru/uploads/001b/2f/0f/463/982446.png[/icon][fandom]<div class=fan2>original</div>[/fandom][lz]<div class=lzname><a href="https://gemcross.rusff.me/">Андрей Малодворцев, 19</a></div><div class=lztext></div>[/lz]

    +2

    20

    [indent] «Что слышал», - Авдеев подавляет лающее хамство на кончике языка и снова обхватывает губами фильтр сигареты, делая глубокую затяжку. Вот ведь незадача - в гигантском общежитии с крошечными комнатами, где и постоянный житель может спокойно потеряться, среди всех пошарпанных дверей, разъебанных подсобных помещений и лестничных пролетов Андрей снова оказывается в одном пространстве с Кешей. И мало того, что оказывается, так еще и рот открывает, изрыгая какие-то идиотские оскорбления на грани с абсурдом; смотрит так испепеляюще и всем своим естеством демонстрирует презрение, словно то может ухудшить и так похеренные в ноль отношения. Впрочем, у них изначально никаких отношений и не было - они всего лишь вынужденно связанные придурью коменданта соседи, не подходящие друг другу даже на уровне дежурного приветствия по утрам. Малодворцев - лучшая сука потока, вылизываемая со всех сторон одногруппниками и богатенький сынок успешных родителей с золотой ложкой в заднице. Авдеев - пропащий наркоман с окраины, способный только огрызаться и сбивать в кровь костяшки пальцев. Им в принципе невозможно наладить нормальную коммуникацию, да и тактика святого игнорирования работает едва ли - слишком сильно Кешу бесит этот смазливый ебальник, - поэтому остается шипеть на повышенных тонах, пытаясь как можно больнее задеть чужую душу крепким словом. Авдееву даже интересно, почему Малодворцев не лезет в драку первым, как тогда, в аудитории; возможно, он по-своему получил от Сергеича и теперь старается быть ниже травы - мысль веселит, но нихрена не успокаивает. Слишком Кеше охота начистить симпатичную мордашку, слишком важно оставить подарком своего соседства пару сломанных ребер, слишком хочется понять, почему эти ясные синие глаза так внимательно изучали его поцелуй с Дэнни…
    [indent] Когда Малодворцев заливается громким смехом, Авдеев заметно хмурится и сильнее сжимает скуренную вполовину сигарету, от чего передавленный фильтр норовит сломаться пополам. «Смешно тебе, блядь?» - левая бровь медленно ползет вверх, а Кеша собирает всю отсутствующую волю в кулак, чтобы не рвануть с места вот прям сейчас и не приложить висок напротив о кафель сортира. Все еще плещущийся в желудке алкоголь подает голос, настаивает на том, чтобы прибить мудака прямо здесь, не размениваясь больше на скупые оскорбления, и в какой-то момент даже кара Сергеича становится не такой пугающей. Если хорошенько впечатать череп Андрея в оконную раму, подарив радужное сотрясение, то любые его последующие показания можно оправдывать пойманными бредовыми галлюнами. Нет, Авдеева вообще в этом толчке не было. Нет, Авдеев в глаза не видел пьяного в сопли Малодворцева после короткого взаимодействия на общей кухне. Нет, он мило спал в своей кровати, а кто там оставил Андрея подыхать на холодном кафеле, вопрос не его юрисдикции. Картина изломанного в агонии соседа маячит перед глазами Кеши, и он практически готов воплотить ее в жизнь, воочию представляя, как ублюдок будет скулить под ударами тяжелых ботинок; до него не сразу доходит смысл последней брошенной фразы, и пару секунд задумчивый Авдеев непонимающе моргает, прокручивая в голове только что услышанное.
    [indent] - Что, нахуй? - в свойственной себе манере зеркалит некогда брошенный вопрос Малодворцева и практически роняет сигарету из пальцев, пытаясь поспешно затушить ее о деревянное окно. Какой-то детсадовский выпад про некрасивую морду тут же забывается - Кеша и без Андрея прекрасно знает, что ебальник у него кривой и поломанный, поэтому оскорбления нихуя не задевают, - на передний план выходит совершенно другое, то, что автоматически становится Малодворцеву подписью в своей предсмертной записке. Кеша чувствует, как его кулаки наливаются свинцом, а в ушах звенит десяток колоколов ярости, из-за которой обычно он впадает в состояние аффекта. - Ты че ляпнул щас, чмошник? Тебе совсем жить надоело? - Авдеев определенно проигрывает в этом противостоянии выдержки и характера; он не умеет контролировать себя так же, как Андрей, не может сублимировать агрессию в истерический смех или глупую шутку, не пытается казаться лучше, чем есть на самом деле. Ему проще разговаривать через удары кулаком и шипение сквозь плотно сжатую челюсть, чем на языке саркастических стендапов. И сейчас, именно в конкретную секунду, Кеша действительно* ничего не может с собой сделать, потому что Малодворцев одной фразой окончательно приводит его в бешенство - и, будь в животе чуть меньше крепкого алкоголя, удар бы пришелся точечно в угол скулы, но Авдеев ограничивается малым. Ему хватает секунды на размышление перед тем, как броситься вперед, в один шаг сокращая оставшееся расстояние до урода; он с силой толкает Андрея в плечи, впечатывая спину в кафель, и сжимает дрожащие пальцы на его глотке. Когда-то Малодворцев сделал то же самое, но невольно позволил себе быть аккуратнее, вероятно, помня, с какой остервенелостью Авдеев вытряхивает всю душу в драках. Вот только Кеша не собирается быть нежным - подобная установка напрочь отсутствует в скелете его характера, - и ладонь сдавливает кадык с такой силой, что Андрей буквально не может ухватить губами воздух.
    [indent] - Повторяю один, сука, раз, специально для одаренных, - кажется, Малодворцев пытается бить его по животу и бокам, вот только впавший в аффект Кеша вообще не чувствует боли - ему похуй и на сопротивление, и на трепыхание тела под своими сильными руками, - он сгибает правую ногу и придавливает пах Андрея, с нажимом надавливая коленом на металлическую ширинку джинс. - Я. Не. Пидор. И если ты еще раз скажешь про меня нечто подобное, то я нахуй вышибу тебе мозги, так, что их никто не соберет, - совершенное бешенство - единственное, что в текущую минуту движет Авдеевым. У него неприятно сводит бок; кажется, Малодворцев все-таки добирается до неудачно срощенной трещины в ребре, и старая травма отзывается в черепе сильной вспышкой боли, но Кеше наплевать - потом разберется. Он держит соседа за горло добрый десяток секунд, а потом отшатывается назад, разжимая руки и убирая колено; лицо перекашивает выражение абсолютной брезгливости, поддетой отвращением, и Авдеев бросает короткий взгляд на свои руки, которые, как ему кажется, по локоть испачканы в грязи. Снова хочется блевать, снова хочется на воздух, снова хочется курить. Кеша резко бросается в сторону, к выходу, и вываливается в коридор, чувствуя, как рвотный позыв настойчиво поднимается по горлу вверх; он инерционно проходит до конца коридора и замирает, цепляясь пальцами за шероховатую стену и пытаясь успокоить колотящееся под ребрами сердце.
    [indent] Он знает, что это паническая атака. Он чувствует ее своей кожей, прокатывает по груди тяжелым металлическим шаром, позволяет могильной плите придавить свои плечи. Одно прикосновение к Малодворцеву заставляет организм давать сбой, и Кеша пытается убеждать себя, что это всего лишь ненависть, отвращение, злость, что угодно, только не отчаянный страх, растекающийся по венам уродливым черным сгустком. Страх - чего? Авдеев не знает, не хочет знать. Ему просто надо вернуться в комнату и лечь на кровать; надо успокоиться, вернуть в норму хриплое дыхание, возможно, долить в себя алкоголя, спиздив бутылку из тумбочки Андрея. Что угодно, лишь бы не помнить кончиками пальцев трепыхающуюся вену на шее Малодворцева, отчаянно желающую получить кислорода.
    [indent] Слава богу, в комнате Андрея пока нет; Кеша очень надеется, что ублюдок еще долго не появится на пороге своей обители. Он рандомно распахивает первый попавшийся ящик чужой тумбочки, шарит беспокойными пальцами среди альбомов с рисунками, и достает маленькую бутылку джина, которую приметил в один из вечеров, когда Маловдорцев делал уборку на рабочем столе. Крышка поддается с трудом, но в итоге выбрасывается прямо в раскрытое окно; Авдеев вливает в себя пойло как стакан с водой, выпивая без остатка, смачивая горьким ядреным привкусом уже резистентную к бухлу слизистую во рту. Ему кажется, что это поможет хоть немного справиться с приступом неконтролируемой агрессии, которая - о, он прекрасно знает, что это такое, - может пойти совершенно не в то русло. Авдеев давно завязал, абсолютно точно, и шрамы на бедрах уже давно потеряны среди густых черных волос, их практически не заметить, если не знать изначально. Кеша долгие минуты гипнотизирует деревянную поверхность стола, давится воздухом, и резко оборачивается, когда слышит за своей спиной скрип двери. Понимает, что, вернувшись в комнату, не удосужился даже включить свет, и сам сейчас стоит в полумраке, но эту фигуру в дверях, освещаемую со спины, спутать с кем-то другим абсолютно невозможно.
    [indent] - Пришел отомстить, да? - Авдеев клацает зубами, расставляя вперед руки как будто для дружеских объятий, но сжатые кулаки воочию демонстрируют то, что жест вовсе не веет приятельской нежностью. - Из-за тебя у меня, блядь, фляга свистит. Пришлось спиздить твою, - он кивает на кровать, где выразительно поблескивает пустая бутылка, и снова поворачивается на Андрея. - Страшно хочу выбить из тебя всю дурь, Малодворцев. Наконец-то мы полностью одни. Дверь закрывай.

    [nick]Иннокентий Авдеев[/nick][status]шаланда и манипулятор[/status][icon]https://i.imgur.com/EuKZyOJ.png[/icon][fandom]<div class=fan2>original</div>[/fandom][lz]<div class=lzname><a href="https://gemcross.rusff.me/"><s>Кеша</s> Авдеев, 19</a></div>[/lz]

    Отредактировано Kevin Day (2022-08-07 01:48:16)

    +2

    21

    Морально Андрей был готов к реакции Иннокентия, знал он такой тип полностью отбитых людей, которые на любую фразу реагировали с нескрываемой агрессией. Не было ни единого шанса, чтобы на уничижительное "пидор" Авдеев смолчал; Малодворцев это понимал, и всё равно среагировать не успел. Выпитый алкоголь сказался на скорости рефлексов - если в аудитории, во время первой мало-мальски серьёзной стычки он смог напасть первым, мешая Иннокентию махать кулаками и крепко удерживая его в захвате, то теперь преимущество оказалось на стороне гопника. Он меньше выпил? Или имел за плечами куда больше опыта участия в драках? Скорее всего, верны оба варианта.

    Удар спиной о кафель заставил Андрея поморщиться, но уже вскоре чувства сконцентрировались на совсем иных ощущениях: Иннокентий не сдерживался, спиртное избавило его мозг от любых тормозов, и теперь подталкивало к всплеску агрессии. У гопника оказалась стальная хватка, Малодворцев пытался вырваться, но лишённый возможности вздохнуть, с каждой секундой слабел, едва ли понимая, что нёс ему этот ублюдок. Иннокентий мрачным тоном что-то говорил, как будто придушенный Андрей был в силах осознать угрозы, и напрочь игнорировал удары, что с завидной регулярностью прилетали ему по рёбрам, животу, ногам. Злость у каждого проявлялась по-своему, и Авдеев, похоже, входил в режим берсерка, не реагировавшего на боль, а видевшего перед собой только цель, которую стоило уничтожить. Малодворцев хрипел, бледнел, синел, пытался вырваться, но несмотря на то, что не был физически немощным человеком, с обозлённым гопником в данную минуту ему было не сравниться.

    "Я не пидор", - утверждение стало единственным, которому удалось зацепиться в сознании Андрея; по большому счёту, на сексуальные предпочтения Иннокентия ему было поебать, но гопнику было слишком важно казаться "нормальным". Ведущие психологи современности давно указали на такое ярое отрицание любой ориентации, кроме гетеросексуальной, как на признак латентного, но сдерживаемого интереса, впрочем, сейчас Малодворцев был не в настроении дискутировать и отстаивать свою точку зрения. Когда Иннокентий разжал пальцы и всё-таки сделал шаг назад, Андрей шумно вдохнул воздух, долго кашлял, рефлекторно цепляясь рукой за пострадавшую шею, и с нескрываемой ненавистью в глазах смотрел на Авдеева.

    - Ублюдок, - прохрипел Малодворцев, но гопник уже выходил из туалета, направляясь в неизвестном направлении. Дико хотелось подняться, догнать урода и хорошенько вмазать его по мудацкому лицу, но Андрей всё-таки был разумным человеком. Сейчас ему бы не удалось справиться с Авдеевым, скорее всего, именно Малодворцев стал бы тем, кто снова отхватил бы, и на этот раз до кровавых соплей. Андрей выдохнул, последний раз провёл ладонью по шее, мимолётом прикидывая, не останется ли следов от чужих пальцев, а затем сполз по стенке, трясущимися руками доставая из кармана сигареты.

    Малодворцев, может, и имел какую-то заинтересованность в лицах своего же пола, может, ему и понравилось целовать Ромку, он находил некое эстетическое удовольствие в том, чтобы рассматривать мужское тело, но он совершенно точно не чувствовал себя при этом извращенцем. Он не ощущал своей ущербности, не паниковал, не пытался решить, к какому бы обратиться специалисту, лишь бы его быстро и эффективно избавили от "неправильных" увлечённостей; его предпочтения, до конца не изученные, не мешали никому из его окружения, что, впрочем, не говорило о том, что Андрей собирался ими хвастаться. Но о чём он совершенно точно готов забыть прямо сейчас и никогда больше не вспоминать, так это о том интересе, с которым смотрел на поцелуем Авдеева с недоМальвиной, о тех мыслях, что в момент выполнения чужого желания появились в его голове, а самое главное... Андрей прикрыл лицо ладонью, растягивая губы в истерической улыбке: когда этот ублюдок душил Малодворцева, он стоял непозволительно близко, прижимался всем телом и плевать хотел на чужие личные границы. И сказать бы, что Малодворцев в тот момент хотел только не задохнуться, не испытывая никаких иных потребностей, но ведь это было бы враньём, в том числе самому себе.

    Андрей запрокинул голову, не обращая внимание на то, что ударился затылком о кафель. Наверное, он всё-таки извращенец - иначе почему он вспоминал не о том, как омерзительно было не иметь возможности вдохнуть, а о том, какой интерес глубоко внутри возник из-за вжимающего его в стенку другого человека? "Блять, Авдеев, что ли, человек?" Это мудацкое рыло не хотелось вообще рядом с собой видеть, если Андрей и хотел кого-то вычеркнуть из своей жизни, так это Иннокентий - и почему-то именно этот мудак вызвал весьма неоднозначные реакции, от которых становилось противно.

    Малодворцев не мог точно сказать, сколько времени проторчал в туалете, выкуривая одну за одной, пока его не стало тошнить даже от сигаретного дыма. Наконец, он поднялся на ноги, и направился в сторону своей комнаты, надеясь, что эту лысую мразь там не увидит. Конечно жн, провидение такого подарка Андрею не сделало, Иннокентий был внутри, всё такой же пьяный, злой, опасный.

    - Это, блять, абсолютно взаимно, - Малодворцев злился не меньше, а то, что ублюдок позволил себе рыться в вещах временного соседа, ещё больше убирало у него очков из кармы. Андрей не был мелочным утырком, но терпеть не мог, когда тянули лапы к чему-то, что принадлежало ему; Малодворцев представлял, как лысый лез к нему в ящик, перебирал бумаги, неаккуратно распихивая их в разные стороны, лишь бы добраться до припрятанной бутылки джина, и явственно ощущал, как сильно бесила его вся ситуация. - Безумно хочу, чтобы ты отсюда съебался.

    "Но ещё больше хочу набить тебе морду", - впервые в жизни Андрей ощущал искреннюю неприкрытую злость, откровенное бешенство, чистую ненависть, безраздельно принадлежащую только Иннокентий. Малодворцев замер, нарочито медленно прикрыл дверь, спиной толкая её и тем самым защёлкивая замок, и только потом сорвался с места, в несколько больших шагов оказываясь рядом с Авдеевым. Завязалась потасовка, в которой не было места жалости, Андрей понимал, что только выпитый алкоголь не давал ему почувствовать всю боль от прилетевших ему ударок, но в этот момент его больше беспокоило, как бы навредить оппоненту, оставляя на его теле множество следов от драки, которую некому было остановить. Вот так и происходят бытовые убийства: двое полностью теряют над собой контроль, не имеют возможности остановиться, всё время считая, что причинённого вреда недостаточно.

    Убийству мешает мелочь: сраная бутылка, скатившаяся с кровати, попалась Андрею под ноги, он благополучно споткнулся, а ублюдочный Иннокентий воспользовался этим, чтобы свалить Малодворцева на пол. Потасовка, впрочем, не окончилась, просто перешла в горизонтальное положение, на чём Андрей искренне старался своего внимания не акцентировать.
    - В жопу бы засунуть тебе эту блядскую бутылку, - прошипел Малодворцев, вновь ударив Авдеева в бок, от чего тот уже не первый раз морщился, выдавая одно из своих слабых мест. У Андрея болела шея, ныло где-то слева в боку, кажется, об лысую мудацкую голову он разбил себе костяшки пальцев, но сейчас его больше всего волновало, что этот мудак опять прижимался, пусть случайно и явно не с теми намерениями, кто против воли возникали в голове Малодворцева. Андрей дёрнулся, стараясь хоть руками, хоть ногами оттолкнуть Иннокентия как можно дальше от себя, - да отъебись ты!

    [nick]Андрей Малодворцев[/nick][status]water[/status][icon]https://forumupload.ru/uploads/001b/2f/0f/463/982446.png[/icon][fandom]<div class=fan2>original</div>[/fandom][lz]<div class=lzname><a href="https://gemcross.rusff.me/">Андрей Малодворцев, 19</a></div><div class=lztext></div>[/lz]

    +2

    22

    Только в черепной коробке голоса ведут куда-то - я теряю облик
    [indent] Кеша знает, что во всех альтернативных вселенных, где ублюдская судьба прямо сейчас сталкивает его с Малодворцевым, он бескомпромиссно разбивает ему ебало. Морда напротив бесит до зубного скрежета, а поддетые мутностью глаза хочется выдавить пальцами, испачкав их в вязком желе плоти. У них попросту нет другого выхода, кроме как ударить первым, как только для этого представится случай - слишком распирает изнутри утопленная в агрессии ненависть. Если последние пять дней Авдеев пытался спустить свою ярость на тормозах, отмахиваясь от Андрея безразличными оскорблениями, в которых фактически не было никакой личной претензии, то теперь ситуация достигает своего апогея. Это лицо хочется долго кромсать ножом-бабочкой, нанося серьезные повреждения - специально, чтоб ни один хирург не сшил, - а суставы выкручивать аккурат до щелчка, пока натянутая кожа не начнет лопаться от растяжения. Кеша определенно не склонен к садизму, и все эти мысли лишь маячат на периферии уставшего сознания, но одно важное все равно выходит наружу - и это драка на голых кулаках.
    [indent] От приконченной в пару глотков бутылки страшно жжет горло и хочется курить; джин ползет по пищеводу неприятным отзвуком утреннего похмелья, но пока будущее перебивается настоящим опьянением. Авдееву плевать на завтрашний день; даже если утром его настигнет божья кара, любые текущие выпады будут оправданы тем, что он был в аффекте. Смешение горьких вкусов отключает способность к здравомыслию, и все, из чего Кеша состоит прямо сейчас - это зверское желание броситься вперед и передавить глотку Малодворцева голыми руками. Андрей должен был вернуться в комнату, и он делает это: теперь между ними нет внимательных взглядов остальных, пары метров расстояния кухни или плитки кафеля в сортире. Темнота комнаты с единственным освещением фонаря за окном сильнее раззадоривает, и Кеше страшно хочется биться наощупь, чтобы потом увидеть весь букет цветов на морде Андрея. Малодворцев делает шаг в пустоту, когда медленно закрывает дверь до щелчка и, не мигая, смотрит в лицо Авдеева, а Авдеев, в свою очередь, разворачивает бездну под ногами соседа, группируясь в атакующую стойку. Он знает, что будет дальше - и он готов к этому как никто другой.
    [indent] - Съебусь, как только изувечу твое лицо, - конец фразы тонет в хриплом выдохе, потому что Андрей, на удивление, двигается быстрее, чем Кеша предполагает; первый толчок в грудь самый болезненный, и все, что происходит после него, теряется в ворохе воющих нервных окончаний, куда приходят удары. Авдеев не пытается быть тихим, и его болезненные стоны лучше прочего выдают слабые зоны на переломанном в труху теле. Андрей чувствует, Андрей понимает, Андрей не упускает возможности надавить - откуда в нем вообще способность к анализу в такой ситуации? - а Кеша отвечает градом резких движений локтями и коленями. Он вырос практически беспризорником и прекрасно знает, что в уличных драках валидно только правило соотношения количества соперников, а все остальное не имеют веса. Можно бить ногами, втаптывать ботинками в землю, чтобы кости крошились под грубой подошвой говнодавов. Можно бить по лицу, в челюсть и скулы. Можно использовать подручные средства типа кастетов и сжатых меж пальцев ключей - и единственное, о чем жалеет Авдеев прямо сейчас, так это о том, что нож-бабочка остается в брошенной на стул куртке. Кажется, ему очень больно, потому что ребра жжет огнем, а по лицу течет что-то горячее, имеющее на вкус металлический привкус, но он не может отступить назад, потому что это будет означать проигрыш.
    [indent] Проигрыш Малодворцеву, проигрыш себе, проигрыш собственной слабости, которая почему-то будоражит по-новому, с легким налетом… Возбуждения?
    [indent] Кеша нихрена не понимает, но останавливаться для разъяснений не планирует; его действительно интересует только эта хриплая битва в полутьме, прерываемая выпаливанием оскорблений и грубых угроз. Расправа уже наступила, и лишь от Авдеева зависит, как надолго на Андрее останутся следы от его персональной победы. Их некому разнять, поэтому в какой-то момент схватка становится особенно ожесточенной, а ноющие ребра разрывают внутри башки ядерную бомбу нестерпимой боли. Они оба не замечают сраной стеклянной бутылки на полу, оба не удерживают равновесие, с глухим стуком падая на пол; Кеша оказывается сверху, и это позволяет с силой сдавить ногами бедра Малодворцева, не давая ему двигать коленями. «Лежачих не бьют», - говорят слабые. Пиздят. Лежачие обезоружены и не могут ответить, и поэтому их просто проще бить, но это вовсе не значит, что мудаки не могут давать сдачи. Использованные в начале силы покидают тело; Авдеев чувствует, как слабеют руки, одоленные немотой, и ловит тремор ладоней. Он переводит дух, так и оставаясь сидеть на бедрах Малодворцева, и смотрит на того сверху-вниз, скользя взглядом по тяжело вздымающейся под футболкой грудью. Алкоголь вкупе с адреналином не позволяет мыслить трезво, а в черепе стучит неизменное «ненавижу, ненавижу, ненавижу», и Кеша сам не понимает, в какой момент снова сжимает ладонь на чужой глотке. В этот раз хватка в десяток раз слабее - вся бешеная ярость остается в первом ударе, - и поэтому кончики пальцев ложатся грубо и резко, но не ожесточенно. Авдеев чувствует, как трепыхается вена на шее Малодворцева и как скатываются по коже капли пота, а, может, это кровь - в черноте бездны он не может сказать наверняка. В приглушенном на минимум свете видны только очертания ублюдского лица, округленные глаза и приоткрытые губы, разрывающиеся в оскорблениях, которые Кеша нихера не слышит из-за звона в ушах.
    [indent] Время замедляется в одну секунду, а деформированное пространство вокруг перестает существовать. Под реберными трещинами разрастается уродливое чувство, которому Авдеев не может дать внятного определения. Оно поглощает с головой, выстукивает истеричный ритм сердцебиения, прокатывается горячей волной от горла к низу живота, заполняя собой все тело. Вместо лица Малодворцева перед Кешей всплывают обрывки сегодняшнего вечера: мудацкие правила игры, ебаный поцелуй с Дэнни, голый живот околачивающейся возле Андрея девки, ласкающие чужие колени пальцы Андрея, пристальный взгляд опьяненных похотью глаз Андрея… «Андрей, Андрей, Андрей», - червь сомнения выгрызает по грудине ровную круглую дыру, из которой рвется самое живое и чувственное, прежде недоступное, скрытое, похороненное под могильной плитой питерского кладбища. У Авдеева в запасе одна секунда на принятие решения, о котором он, по сути, ничего не знает - крышу рвет пресловутый инстинкт, подстегнутый дракой, и Кеше совершенно не понять, что этот рефлекс значит. Он просто есть. И он ему поддается.
    [indent] Авдеева нахуй срывает.
    [indent] Губы Малодворцева отдают терпким алкоголем и тем самым табаком, что перманентно витает в их общей комнате. Авдеев вгрызается в них так же остервенело, как некогда пытался добраться костяшками пальцев; ладонь на шее в один момент теряется в ворохе угольно-черных волос, запинается о спутанные пряди и тянет их назад, чтобы направить подбородок навстречу очередной атаке. Андрей поддается и открывает шире рот как будто чтобы набрать побольше воздуха, но Кеша мгновенно затыкает его своим языком, жадно исследуя ровный ряд зубов, скользя по слизистой с вязким привкусом металла. У него свободна вторая рука, надо только сжать кулак вновь, но беспокойные пальцы берут иное, поднимая футболку вверх и оголяя впалый живот с редкой дорожкой волос под пупком. Кеша понимает, что это, он чувствует - так, как никогда не чувствовал, - оно все ненависть в абсолюте и блядская ярость, которой просто нужно дать выход, восстановив силы для очередного удара под дых, иначе быть вовсе не может…
    [indent] - Убью тебя, я убью тебя, я тебя убью… - отрешенно шепчет, бросая в напряженную пустоту между их лицами угрозы расправой вперемешку со сдавленными выдохами; смотрит на Андрея до блядкого пошло, снова вылизывает губы, толкаясь вглубь языком; ведет рукой по выступающем ребрам, спотыкается о гладкую кожу торса, остервенело хватается за бляшку ремня в попытке нащупать себе спасительный якорь. Кеша не понимает, что это такое. Что. Все. Это. Такое.

    [nick]Иннокентий Авдеев[/nick][status]шаланда и манипулятор[/status][icon]https://i.imgur.com/EuKZyOJ.png[/icon][fandom]<div class=fan2>original</div>[/fandom][lz]<div class=lzname><a href="https://gemcross.rusff.me/"><s>Кеша</s> Авдеев, 19</a></div>[/lz]

    Отредактировано Kevin Day (2022-08-07 01:49:10)

    +2

    23

    Андрей понимал, что сейчас он находился в невыгодном положении: пьяный, усталый, истощённый физически и морально, он уже лежал спиной на жёстком деревянном полу, и мог надеяться разве что на любую ошибку, которую в теории мог допустить такой же заёбанный Иннокентий. Ожидать от Авдеева соблюдения принципов чести и морали не стоило, у этого мудака, воспитанного не столько родителями, сколько улицами, не дрогнула бы рука продолжить драку с лежачим, ублюдок будет махать кулаками столько, сколько потребуется до полного уничтожения противника. Морально Андрей уже готовился к тому, что его лицо превратят в кашу, в месиво, что Иннокентий не остановится, пока не исполнит каждую свою угрозу, но отчего-то мудак медлил. Авдеев словно издевался, вновь положил ладонь на шею Малодворцева, сжимая пальцы куда слабее, чем ранее, в пустом туалете; у Андрея снова перехватило дыхание, и он понадеялся, что возникшего в его глазах огонька Иннокентий не заметил. От своих ощущений становилось крайней неуютно: ладонь на шее обжигала кожу, некрепкая хватка физически не мешала дышать, но отдавала напряжённостью в паху, вызывая желания, о которых не хотелось думать, и которые не хотелось испытывать. Авдеев не должен был вызывать у Малодворцева ничего, кроме ярости и ненависти, но вот мудак сидел на его бёдрах, крепко вжимая чужое тело в пол, касался его без какого-то сексуального подтекста, так какого же чёрта Андрея это заводило? Ему хотелось, чтобы Иннокентий сжал руку чуть сильнее, чтобы животным поцелуем смял губы, коснулся напряжённого тела; но больше всего хотелось отвесить себе затрещину за такие мысли. В чём вообще проблема? Секса давно не было? Или всему виной выпитый алкоголь, который и подтолкнул обычно скрытые желания к поверхности сознания, делая их очевидными хотя бы для себя? Андрей сглотнул вязкую слюну, неотрывно смотрел на Иннокентия, готовясь к любому поступку ублюдка - и в следующую секунду широко распахнул глаза, испытывая удивление, равного которому никогда не чувствовал никогда.

    Авдеев не ударил, не сжал пальцы, не начал сыпать оскорблениями, вместо этого резко опустил голову, словно мгновенно принял решение падать в глубокую пропасть, и накрыл губы Малодворцева поцелуем. Андрей приоткрыл рот с такой готовностью, словно только этого шага и ждал, впустил внутрь язык Иннокентий, и прикрыл глаза, отдаваясь ощущениям. Первое впечатление его не обмануло, Авдеев не был мягким и аккуратным, в его движениях не было осторожности, только напор, угловатость и откровенное желание, возникшее как будто бы из ничего. Малодворцев послушно запрокинул голову, повинуясь чужой ладони в своих волосах, и продолжал отвечать на поцелуй, собирая с чужой слизистой вкус алкоголя, сигарет, ненависти и похоти. От такого коктейля сносило голову, но теперь Андрея это не волновало: никогда раньше он не позволял желаниям завладеть контролем и определять все его действия, но сегодня лишать себя нового опыта он не собирался. Это определённо был очень плохой выбор, неразумный, опрометчивый, только вот не было у Малодворцева сил оттолкнуть Авдеева, сказать что-то оскорбительное и выйти из комнаты. Он не хотел бежать, не хотел возвращаться к Стасе, пусть и знал, что девушка с готовностью предоставит ему и место для ночёвки, и всю себя в полное распоряжение; хотел Андрей совсем иного, и внезапно это получил, от человека, который слишком громко вопил о своей "нормальности".

    Говоря откровенно, для того, чтобы кончить, Малодворцеву хватило бы и поцелуев вкупе с ощущениям тяжести чужого тела на бёдрах, но Авдеев на этом останавливаться не собирался. Андрей вздрогнул, когда почувствовал руку на своём животе, прогнулся в пояснице, позволяя задрать на себе футболку, и шумно выдохнул в новый поцелуй, стоило нетерпеливому Иннокентию потянуться к ширинке на чужих джинсах. Ощущений было так много, возбуждение накатывало волнами, и распалённый Малодворцев буквально не мог дышать. Вдохновлённый действиями Иннокентия, Андрей поднял руки, касаясь поясницы Авдеева ладонями, - и тут же ожидаемо получил по лицу, почти аккуратно, гопник явно не вкладывал в удар силу, предупреждая, но не стараясь навредить. Малодворцев сощурил глаза, поймал на себе мудацкий похотливый взгляд, и растянул тонкие губы в полуулыбке.

    - Сука, как же ты меня бесишь, - Андрей потянулся за поцелуем, укусил Иннокентия за нижнюю губу, чувствуя во рту привкус крови, своей или чужой, но рук со спины Авдеева не убрал. Он не мог лежать без действия, он нуждался в прикосновениях, хотел тактильно ощущать тепло кожи, мышцы под пальцами, и реакцию чужого тела на каждое новое движение.

    Теперь Иннокентий не возражал, позволил задрать на себе футболку, и сжать бока ладонями, скользнув прикосновениями не вниз, к заднице, а наверх, к напряжённым лопаткам. Возможно, Малодворцев был слишком пьян, но ему нравилось то, что он чувствовал руками: там, где типичный астеник Андрей был худощавым, воспитанный в уличных драках Иннокентий был скорее поджарым. Мышцы отзывались на каждое новое прикосновение, Малодворцев, совершенно потерявшийся в посталкогольной эйфории и очевидном сексуальном возбуждении, сильнее сжимал ладони, и откровенно простонал, когда понял, что Авдеев трясущимися пальцами справился с ширинкой, от чего давление ткани на член уменьшилось.

    Внезапно почувствовал невесть откуда взявшийся прилив сил, Андрей столкнул Иннокентия с себя, воспользовался короткой заминкой, чтобы забраться сверху, придавливая его весом к полу, и сам потянулся к его штанам, мимолётом сжимая очевидный стояк через джинсовую ткань.
    - Блять, да улягся ты, - прошипел Малодворцев, дёрнул собачку вниз, расстегнул пуговицу на чужих штанах, и впервые в жизни коснулся ладонью чужого члена. У Авдеева крепко стояло, головка была влажной от смазки, но ублюдок брыкался, как если бы получал не того, на что напрашивался, а был жертвой насилия; Андрей выругался, сжал ствол ладонью, скользнул по нему до основания, и начал двигать рукой, надрачивая так, как привык делать себе.

    [nick]Андрей Малодворцев[/nick][status]water[/status][icon]https://forumupload.ru/uploads/001b/2f/0f/463/982446.png[/icon][fandom]<div class=fan2>original</div>[/fandom][lz]<div class=lzname><a href="https://gemcross.rusff.me/">Андрей Малодворцев, 19</a></div><div class=lztext></div>[/lz]

    +2

    24

    [indent] Его губы - сладкая патока, его дрожь - разряд электричества, его мысли - гребанный перестук нервными пальцами по черепу. Правильно ли все, что происходит? Нет, ведь Кеша ненавидит себя за предательское движение, перекраивающее всю структуру этих наполненных враждой отношений. Малодворцева все еще хочется придушить и заставить жадно хватать губами воздух, пока от недостатка кислорода не отключится сознание - но при этом блядские руки Авдеева не делают ничего из того, что представляет пьяная в дребезги фантазия. Крошечный остаток разумности заходится в визге, настаивает хотя бы на ударе, но тело совершенно ему не подчиняется, двигаясь в синхроне с выгибающимся тощим соседом. Перед глазами Кеши стоит мутная пелена животного влечения, от которой судорогой сводит колени, и выбор у него и правда не велик, потому что дорога назад разрушается в обрыве, точкой невозврата которого становится этот ебаный поцелуй.
    [indent] В действительности Авдеев даже не понимает, целует ли Малодворцева, или пытается сожрать его заживо, когда впивается зубами в трепыхающуюся на шее вену и проходится по ней языком, слизывая сладковатый привкус капель пота. Удивительно, с какой готовностью Андрей подается навстречу, широко раскрывая и рот и откидывая голову назад, стоит Кеше грубо дернуться вперед и сместить свое колено в бок, чтобы мгновением после упереться им меж чужих бедер. Из всех вариантов событий Авдеев готов к любому, начиная от ответного апперкота, заканчивая вялой попыткой Малодворцева толкнуть себя в грудь, но Андрей не делает ничего из запланированного, и от этого Кеше тревожно как никогда. Преступная похоть, непозволительная похоть, такая отчаянно не желаемая и манящая до удушающего клубка нервозность, застревающая в груди ворохом бесконечных отрицаний - Авдеев задыхается горячим воздухом и снова начинает поцелуй, словно пытаясь скусать с губ опровержение своей ненависти.
    [indent] В первую очередь - к себе. Какого хуя происходит в этой комнате? Кто распылил газ пидорастии в крошечном помещении, от которого к хуям собачьим слетает крыша? Кеша же не такой: он нормальный, не помешанный на мужских яйцах или волосатых ногах; ему с парнями даже обниматься противно, не то, что тереться членами, сжатыми в одном кулаке. Он хорошо помнит уфимскую экзекуцию над анимешником, когда Толя специально старался не оставить на жертве и живого места. Он помнит и частые ночевки в притонах в дачном кооперативе, когда вмазанным травой валялся в клубке из своих корешей в одних трусах. У него тогда не встало бы и специально, попробуй кто-нибудь из друзей просунуть потную ладонь между бедер. Одна лишь мысль о этом вызывает приступ тошноты, потому что «светлые» образы оставшихся в Уфе ребят никак не коррелируют с определением «пидорасы», кроме фигурального оскорбления. Кеша помнит и то, как мерзко его выворачивало у кабака, в котором случилось ненароком застать ебучего Малодворцева в засосах с ебучим местячковым геем. В отчаянной попытке прерваться и отстраниться назад, Авдеев в красках представляет вылизывающий чужой рот язык, и - сука, сука, сука - ни на йоту не может подстегнуть желудок вновь изойтись на спазмы. Нихера не выходит, только ебучее возбуждение сильнее царапает реберную клетку, расходится пыткой, ведь вставший колом член болезненно упирается в ширинку джинс. Кеша рычит, прерывая чужие уродливые полустоны на выдохе, и скованно ведет деревянной рукой по животу Малодворцева, осторожно спускаясь ниже и на секунды задерживаясь на поясе. Страх заставляет цепенеть, и Авдееву нужно время, чтобы выбрать свою сторону в схватке ужаса с желанием. Андрей истолковывает предательскую заминку по-своему и позволяет себе реакцию, от которой Кешу снова прокатывает через мясорубку эмоций; принцип «бей или беги» работает безотказно, и Авдеев рефлекторно выбирает первый путь. Инстинктивно сжимая свободные пальцы в кулак, он бьет по лицу Малодворцева, но левая рука у него не ведущая, и удар едва ли получается хотя бы ощутимым - скорее предупредительным, ограждающим личное пространство невидимой чертой, и лаконично уточняющим «не трогай меня».
    [indent] - Заткнись нахуй, пока я не вышиб тебе мозги, - каждое слово из блядского рта Малодворцева выбивает у Авдеева из под ног очередную опору, за которую Кеша ухватывается как утопающий за соломинку. Пока Андрей молчит, с ним как будто возможно взаимодействовать; можно представлять себя где-то далеко, убеждая больной мозг в том, что треморные пальцы на чужой ширинке Авдееву вообще не принадлежат. Но как только эта сволочь выдавливает из глотки хрипящие угрозы, магия рассеивается, и Кешу переполняет отвращение к ситуации, которое совершенно никак не бьется с горячим желанием проникнуть глубже. Легкий удар оказывается последним перед тем, как с рук сходят остатки сил; голова болтается на уровне предобморока, а перед глазами пляшут огни, которые Авдеев в истерике пытается размазать по приторно сладким губам напротив. Малодворцев снова считывает слабость, но двигается на этот раз чуть осторожнее - а Кеша не может больше сопротивляться, только напрягается всем телом, из-за чего взращенные в уличных боях мышцы проступают даже сквозь футболку. Он худощав, но подтянут; отсутствие денег на зал компенсирует постоянными пешими прогулками, особенно летом, наматывая десятки километров среди питерских дворов. Иногда не брезгует подтянуться на облезлых турниках или навернуть пару кругов трусцой по стадиону возле рандомной школы - и этого для изначально плотно сбитых мышц вполне достаточно. Поэтому сейчас Авдеев выглядит как тугой комок нервов, наспех прикрытых кожей, и инстинктивно мечтает отпрянуть назад, прячась в темноте комнаты, но плечи, наоборот, тянутся навстречу тощему соседу и создают дополнительное пространство для маневра пальцами.
    [indent] «Кто вообще, блядь, придумал эти ебаные ширинки?!» - проносится в больном черепе, а Кеша рычит и кусает зубами ворот футболки Андрея, слабо понимая, что на самом деле делает. Когда пуговица все-таки поддается, а под плотной джинсой прощупывается тонкая ткань белья, что прикрывает каменный бугор стояка, Малодворцев решает снова быть ведущим. Ему хватает сил столкнуть Авдеева с себя и устроиться на бедрах, зеркаля изначально выверенную позу соседа. Все-таки воздух в легких Кеши окончательно заканчивается; он отчаянно брыкается в обессиленной попытке сбросить с себя опасность, но когда прохладные пальцы касаются болезненно сведенной головки члена, его выгибает дугой в пояснице. Все угрозы заканчиваются; заканчивается и сам Авдеев, неспособный выиграть схватку с самим собой, и его бедра в последний раз дергаются навстречу вальяжной руке Малодворцева.
    [indent] Кеша кончает непозволительно быстро. Он резко подносит кулак к своему лицу и прикусывает грубую кожу на тыльной стороне ладони, стараясь заткнуть рот хотя бы на мгновение, пока член дергается от судороги оргазма. В голове в один момент становится тихо и пусто - звенит только блядский колокол, ударами латуни вторящий ускоренному сердцебиению. Авдеев даже не осознает копошения у своих ног, лишь периферией сознания сопоставляет вереницу звуков и движений: кажется, Андрей дрочит и себе, и, судя по освобожденному от хватки члену, той же самой рукой. Кеша не хочет этого видеть, поэтому с силой зажмуривается, прикрывая пальцами веки, но порнографичные звуки рядом заставляют его демонстративно прикусить губу и единожды толкнуться задницей. Малодворцев кончает Авдееву на живот, даже не пытаясь быть тихим - его стон тонет в музыке коридора, что вмиг становится громче, словно кто-то выкрутил бегунок на сабвуфере.
    [indent] - Блядь… - выдавливает размазанным по асфальту трупом. Под сжатыми веками маячит искореженное оргазмом лицо Малодворцева, которое Кеша хочет сейчас видеть меньше всего. Авдеев все еще зверски пьян и все еще не понимает и толики происходящего, кроме одного самого важного - он только что, мать твою, кончил. И этот оргазм был самым ярким в его жизни. - Андрей…

    [nick]Иннокентий Авдеев[/nick][status]шаланда и манипулятор[/status][icon]https://i.imgur.com/EuKZyOJ.png[/icon][fandom]<div class=fan2>original</div>[/fandom][lz]<div class=lzname><a href="https://gemcross.rusff.me/"><s>Кеша</s> Авдеев, 19</a></div>[/lz]

    Отредактировано Kevin Day (2022-08-07 01:49:36)

    +2

    25

    Андрей много раз об этом фантазировал. Лаская в темноте комнаты себя, он представлял, как ляжет в ладонь чужой член, как будут слышны мужские стоны, а рука коснётся не мягких женских округлостей, а плотных проработанных мышц. Он всего однажды целовался с мужчиной, но тот опыт запомнил в деталях, пусть и был вусмерть пьяным, но умудрился сохранить в памяти чужой напор, уверенные прикосновения и хищную страсть, в которой не было ни следа присущей девушкам мягкости.

    Малодворцев не мог сказать, что у него сформировался какой-то типаж мужчин, к которым бы его тянуло. Он не делал для себя разницы между блондинами и брюнетами, не имел предпочтений по телосложению или росту, не знал, нравились ли ему гладковыбритые лица или щетина, не мог чётко обрисовать тот образ, который бы ему однозначно понравился.

    Никогда в его фантазиях не мелькала рожа Авдеева. Он не считал гопника привлекательным, видел в нём только морального урода, что старался превратить привычную ему жизнь в кошмар, бесил одним своим присутствием и раздражал даже не смыслом произносимых фраз, а самим фактом своей способности разговаривать. Они не общались, могли лишь обмениваться подколками и язвительными комментариями, они много раз вслух проговаривали честные желания набить друг другу морду, и пытались сократить время, которое проводили на одной территории.

    Теперь же Авдеев со слегка раздвинутыми ногами лежал на спине на полу комнаты, что временно делил с Малодворцевым, хрипло дышал и толкался бёдрами в чужую ладонь, что крепко сжимала его ствол и грубо ласкала его по всей длине. Андрей всматривался в лицо гопника, и, надо же, не видел того урода, что вызывал у него только негативные эмоции, Иннокентий красавчиком не стал, но теперь черты его лица не раздражали, напротив, и в них, искорёженных испытываемым удовольствием, было возможно найти что-то привлекательное. Малодворцев и сам тяжело дышал, не моргал, ловя отголоски чужих эмоций, и понимал, что заводился даже от вида, понимания того, что, оказывается, мог сделать с другим парнем. Авдеев едва ли соображал, что и с кем делал, не было ни единого шанса, что вместо ладони Андрея он представлял себе тонкие женские руки, но в удовольствии себе не отказывал, не отстранялся, не протестовал и более не пытался вырваться или ударить. Иннокентий окончательно потерял голову, а через несколько резких движений содрогнулся в оргазме.

    Это стало последней каплей для Малодворцева: не отстраняясь от Авдеева, он вытащил руку из штанов гопника и той же ладонью с долгим выдохом коснулся своего члена, отчаянно требующего к себе внимания. Пока Иннокентий лежал, кусая губы, чтобы с них не вырвались ни одного лишнего звука, Андрей торопливо подводил себя к оргазму. Много времени ему не потребовалось, Малодворцев задохнулся тихим стоном, кончил Авдееву на живот и опустил голову, на несколько секунд упираясь лбом в чужое плечо.

    Было до одури хорошо. Казалось бы, Андрей всего лишь себе подрочил, но перед его глазами на этот раз стояла не картинка из фантазий, не экранная порнуха, а живой парень со своими эмоциями, предпочтениями и отдачей на каждое новое прикосновение. Малодворцев никогда не думал, что подобный опыт испытает именно с Авдеевым, но сейчас был не в настроении возмущаться; он снова выдохнул, неосознанно сжал футболку гопника в испачканной в сперме ладони, а затем откатился чуть в сторону, ложась рядом на пол, но не касаясь Иннокентия.

    "Блять", - мысленно согласился он с Авдеевым, но вслух ругаться не стал, не чувствовал в себе сил произнести даже одного слова. Так и лежал, пялился в потолок и хрипло дышал, стараясь привести мысли в порядок. Получалось плохо: всего за несколько минут произошло то, что могло бы изменить их с Иннокентием взаимоотношения, и наверняка окажет какое-то влияние, но едва ли оно будет положительным. Они сегодня оба были пьяны и разгорячены случайным конфликтом, но разве это было поводом для того, чтобы лезть сосаться и тискаться? Разумеется, нет.

    Андрею хотелось съязвить, оскорбить Иннокентия, отвесить очередной саркастический комментарий о "пидорасах" и "нормальных парнях", которым дрочат такие же нормальные парни; хотелось вновь увидеть в глазах Авдеева ставшие привычными злобу и раздражение, хотелось вернуть их отношения на стартовую точку, где всё было просто и понятно, очевидно и предсказуемо. Каждый словесный выпад оборачивался перепалкой, нанесённый удар - полноценной жестокой дракой, и использовался буквально любой шанс, чтобы сделать сопернику больно, чтобы задеть его, хоть комментарием, хоть причинением физического вреда.

    Но ещё больше хотелось снова Авдеева поцеловать. Андрей повернул голову, впервые услышал от Иннокентия своё имя, помолчал, а затем всё-таки открыл рот.

    - Курить будешь?

    Вот Малодворцеву очень хотелось, и он, потянувшись к карману штанов, достал пачку, вытащил сигарету, задумчиво вертя её между пальцами. Говорили, что после хорошего секса руки сами тянулись к пачке; Андрей был бы счастлив не считать короткую дрочку чем-то значимым, но даже затуманенным алкоголем умом понимал, насколько случившееся на него повлияло. Оргазм Малодворцев по сути получил от своей руки, но он впервые дрочил при другом парне, впервые кончил на него, и первые так жадно целовал обветренные мужские губы; он умел быть честным с самим собой, и был готов признать, что ему понравилось. И если до этого момента он сомневался в том, что был как минимум бисексуален, подсознательно надеясь на банальное присущее человеку его возрасте любопытство, то теперь был однозначно уверен, что его действительно тянуло к парням. Что страшнее - его потянуло к Авдееву, и после первого испытанного оргазма эта тяга не исчезла, а словно заиграла новыми красками.

    Ничего говорить он не стал, у него сложилось впечатление, что Иннокентий неадекватно-агрессивно реагировал даже на звук его голоса; вместо этого он подкурил, выдохнул дым, и протянул сигарету Авдееву. Предсказать реакцию гопника было сложно, его мотало, как корабль в шторм, и всё же Малодворцев не стал срываться в агрессию, а демонстрируя нечто, больше всего похожее на миролюбивость.

    [nick]Андрей Малодворцев[/nick][status]пряник с какао[/status][icon]https://forumupload.ru/uploads/001b/2f/0f/463/982446.png[/icon][fandom]<div class=fan2>original</div>[/fandom][lz]<div class=lzname><a href="https://gemcross.rusff.me/">Андрей Малодворцев, 19</a></div><div class=lztext></div>[/lz]

    +2

    26

    [indent] Уставшая грудь медленно вздымается под промокшей насквозь футболкой - ткань, кажется, пахнет разлитым на нее алкоголем, мускусным потом и чужой спермой. Кеша отрешенно причмокивает губами и морщится, когда сильнее зажмуривает опухшие веки, потому что протяжное нытье в висках походит скорее на дрель по лобной доле, чем на легкое недомогание. Он или все еще чертовски пьян, или пытается себя в том убеждать; судя по покалыванию в икрах, разыгрывать партию обмана пока получается вполне успешно. Авдееву просто необходимо думать о том, что произошедшее в душной комнате общежития лишь результат пойманной за хвост белки, в противном случае волны тошноты, сдавливающие глотку, рано или поздно найдут свой выход. А оказаться еще и заблеванным Кеше сейчас хочется меньше всего.
    [indent] Он наощупь перехватывает свое запястье, с силой вжимая ногти в податливую кожу, чтобы бы оставить на руке зарубки-полумесяцы и болезненным приступом снова заставить голову работать. Рваные ощущения вторят неприятному гулу в висках, а пальцы слегка продавливают желе и в итоге сдаются, потому что якоря не работают, а чужое дыхание рядом все еще выразительно напоминает о присутствии в темноте постороннего. Постороннего? Авдеев позволяет себе лающий смешок, пока Малодворцев беспорядочно копошится в поле зрения зажмуренных век. Кеша вспоминает свое детство, пытаясь навскидку прикинуть, дрочил ли ему когда-нибудь кто-то «посторонний»: все девчонки с их впалыми животами и острыми коленками были Кеше как минимум знакомы, а как максимум уже давно текли с образа «плохого парня», который у Авдеева был вовсе не образом. Это только потом дуры понимали, что Кеша не притворялся, забывая о днях рождениях или важных свиданиях на крыше заброшки. Только потом закатывали истерики в социальных сетях, требуя внимания и - конечно же - получая в ответ кристальный похуизм. Только потом шептались в школьных коридорах и просили парней из старших классов сделать что-то с «этим придурком», неосознанно разбивающим нежные сердечки. Ведомые парни из старших классов выполняли сладкую просьбу, а на костяшках пальцев Авдеева прибавлялось гематом, потому что он всегда выходил победителем из школьных разборок. И все же, как он может припомнить, в Уфе его член никогда не оказывался в руках откровенно «посторонних», потому что Кеша даже себе не так часто вверял в руки сокровище, что в возбужденном состоянии немного косит влево. «Облико морале», - вяло хмыкает Авдеев, с большим трудом разлепляя влажные веки. Кажется, из-за эмоционального водопада, гребанного алкоголя и неожиданно полученного оргазма ему страшно охота провалиться в сон. Под стрекочущую трель головной боли в воздухе зависает воспоминание, как быстро Кеша кончил от какой-то банальной - и даже не искусной - стимуляции. Собственное искореженное удовольствием лицо вызывает у Авдеева порыв разбить зеркало в ванной, а потом приложить о край кровати морду Малодворцева, закуривающего прямо на полу.
    [indent] - Пошел нахуй, - бросает Андрею в лицо вместо резонного удара меж бровей - пусть радуется кешиной вежливости, пока есть время пьяного оцепенения. Авдеев резко перехватывает протянутую ему сигарету, от чего на футболку Малодворцева падает несколько хлопьев тлеющего пепла, и с глубоким вдохом втягивает в себя терпкий табак. Только бы смазать с губ этот гребанный привкус жженой карамели, вишни и еловых шишек. Кеша не собирается возвращать предоставленную ему вежливость и продолжает в одиночку смолить сигарету, выдыхая куцый дым в потолок. В голове звенит гребанная опустошенность, прерываемая лишь короткими вспышками боли, но, что Кеше нравится - тошнота как будто бы отступает. И ему хочется верить, что все-таки выпитый алкоголь сегодня не решит попроситься обратно.
    [indent] Он не знает, как прокомментировать Малодворцеву гудящее ничто, из которого сейчас состоит на восемьдесят процентов (десять составляет легкий табак, и еще десять - пропитанная жидкостями футболка, неприятно прилипающая к телу). Да Авдеев даже посмотреть на Андрея не может, какое там разговаривать; удушающий стыд медленно ведет ледяными пальцами по загривку, готовый в любой момент обхватить кадык. Одна из народных мудростей красноречиво говорит «один раз - не пидорас», и прямо сейчас Кеша верит в нее больше, чем во всякого другого Бога. Конечно, он не пидорас, никогда им не был и никогда не будет. Он - нормальный, здоровый парень с адекватным либидо, не цепляющимся за чужие члены; именно эту священную истину было бы здорово вбить в ребра Малодворцева парочкой тяжелых ударов. Однако сквозь пьяную завесу Авдеев как-то удивительно легко для персональной философии принимает факт: скажи он Андрею, что ему не понравилось - и это будет такое же вранье самообмана, какое впервые поселилось в душе Кеши во время поцелуя с Дэнни.
    [indent] Он рывком садится на жестком паркете «елочка», а затем так же резво поднимается на ноги; вестибулярный аппарат не рад подобным выпадам и тут же отвечает тошнотой. Кеша в пару шатающихся шагов доходит до распахнутого окна, чтобы щелчком послать туда скуренную до фильтра сигарету, и на секунду думает, что правильнее было бы броситься сквозь ставни самому. Шестой этаж, бетонный парапет над входом, парочка скрытых камер, залитых краской для графики - в целом, перспектива переломать себе позвоночник достаточно высока. И все же Авдеев не подходит ближе к подоконнику, только гипнотизирует ледяное зияющее ничего, вдыхает полной грудью, оставляет бычок в жестяной банке пепельницы и на пятках разворачивается обратно в комнату. Малодворцев все еще лежит плашмя между кроватей. Кеше страшно хочется наступить на его лоб ботинком.
    [indent] - Какая мерзость, - он огибает, возможно, сдохшее тело по кругу, встает между раскинутых ступней в кедах, и медленно, словно пытаясь сделать это максимально безболезненно для себя, стягивает через голову футболку. - Я ее сожгу. Вместе с тобой, Малодворцев, - Авдеев брезгливо бросает тряпку в угол комнаты, где, по его мнению, технически должно стоять мусорное ведро, и наспех проводит ладонью по голому животу. Пальцы спотыкаются о липкие капли в районе пупка, и Кеша издает сдавленный стон отчаяния перед тем, как стремительно скрыться в дверях.
    [indent] В их блоке на две комнаты по два человека одна ванная и одна уборная - оба помещения оказываются свободными в виду отсутствия соседей. Парни, с которыми Кеша не знаком (ему по горло хватает и Андрея), до сих пор кутежничают в общем потоке пьяных студентов, занятых празднованием. Это осознание придает немного уверенности, потому что Авдееву хочется постоять под водой дольше регламентированного негласными правилами. Когда он заходит в ванную и включает яркий свет, от искр из больных глаз организм окончательно сдается, а Кешу выворачивает в раковину жидкой спиртовой желчью. Но после этого становится легче; Авдеев тщательно умывает морду ледяной ржавой водой, полощет рот, хватает чье-то крошечное полотенце и, намачивая край, вытирает с живота сперму. Через мгновение внезапно обнаруживает, что все еще стоит с расстегнутой ширинкой, от чего джинсы откровенно болтаются на тощих бедрах, открывают великолепие купленного на рынке белья и бугор прикрытого тканью члена. Кеша надеется, что Малодворцев всего этого не заметил.
    [indent] Он выходит из ванной через десяток минут и видит, что в комнате уже вовсю горит свет, а Андрей задумчиво курит на подоконнике, смотря туда же, куда и Авдеев - в пустое ничего черной ночи.
    [indent] - У меня завтра встреча с ректором. По поводу выселения, - Кеша пытается говорить как можно более холодно, словно его откровения должны восприниматься Малодворцевым блажью, но голос предательски дрожит. Он садится возле своей кровати и достает из рюкзака чистую футболку с логотипом Слипнот. - Жилье я так и не нашел, поэтому Мухосранск и армия уже маячат возле моей девственной задницы, - отвратительная шутка звучит еще гротескнее в контексте произошедшего, но Авдеев лишь машет на себя рукой - с Андреем нельзя не иронизировать про пидорасов. - Короче, я к чему... Я могу остаться здесь еще на неделю?
    [indent] Кеша застывает в воздухе, так и продолжая сжимать футболку пальцами, и нервно трет шею ладонью, проклиная себя за уроненную слабость. Он не должен быть таким, не может просить Андрея о помощи, не после всего, что произошло - или как раз из-за всего, что произошло, - но слова звенят в башке так громко, что не озвучь их Кеша прямо сейчас, и его голова расколется надвое. Он все еще убеждает себя в блядском алкогольном опьянении. И он все еще хочет думать, что ссутуленная фигура Андрея на подоконнике совершенно не заставляет сердце биться чуточку чаще.

    [nick]Иннокентий Авдеев[/nick][status]шаланда и манипулятор[/status][icon]https://i.imgur.com/EuKZyOJ.png[/icon][fandom]<div class=fan2>original</div>[/fandom][lz]<div class=lzname><a href="https://gemcross.rusff.me/"><s>Кеша</s> Авдеев, 19</a></div>[/lz]

    Отредактировано Kevin Day (2022-08-07 01:49:45)

    +2

    27

    "Пошёл нахуй" прозвучало вполне ожидаемо, на другую реакцию Андрей и не рассчитывал, понимая, что лучшее, что вообще могло ему светить, это молчание и полный игнор. Авдеев не стал тянуться, чтобы ударить, наверняка так же, как и Малодворцев, слишком разморенный после только что испытанного оргазма, зато чем удивил, так это прикосновением к пальцам, пусть даже целью этого и была всего лишь сигарета. Андрей стряхнул с футболки пепел прямо на пол, и сложил руки на животе, на самом деле даже не надеясь, что Иннокентий после нескольких затяжек вернёт сигарету хозяину - ну и хер с ним, пусть смолит, а мысли о непрямом поцелуе Малодворцев оставит при себе. Стоило ли вообще их озвучивать? После того, как несколькими минутами ранее они вылизывали рты друг друга с таким напором, как будто от этого что-то зависело?

    Иннокентий поднялся с пола, а Андрея так и продолжил лежать без движения, тупо глядя в потолок. Ни единой мысли в его голове не было, он не мусолил только что случившуюся дрочку, не вспоминал вкус чужих губ, и уж тем более не акцентировал своё внимание на том, кто только что возбудил его до полной потери самоконтроля. Всё, на чём он мог сосредоточиться, это на полном ощущении расслабленности, удовлетворённости, аналогичной которой не испытывал уже очень давно. Чувство было приятным, но неожиданным: Андрей, казалось бы, довёл себя до оргазма собственной рукой, но обстоятельства дрочки были настолько неожиданными, и в то же время желанными для него, что они не могли не оставить на нём своего следа.

    "Сам ты мерзость", - Малодворцев открыл глаза, готовый ощетиниться и пнуть обидчика, но вместо агрессии ощутил только то, как резко сухо стало у него в глотке. Иннокентий уже стянул с себя испачканную футболку, а теперь стоял между ног Андрея, смотря на него сверху вниз. Испорченная тряпка полетела куда-то в сторону, но Малодворцев даже не обратил на то внимания, он смотрел только на Авдеева, рассматривал его, дорисовывая в воображении то, чего не мог увидеть в лунном свете. "Какой же ублюдок", - Иннокентий провёл ладонью по своему голову животу, издав при этом настолько красноречивый звук, что было очевидно, в чём гопник только что испачкал свой пальцы; одновременно с этим шумно выдохнул Андрей, но совсем не от отвращения. И когда Авдеев в срочном порядке покидал комнату, Малодворцев закрыл глаза ладонями: мудак что, пытался с ним флиртовать?

    Андрей сделал глубокий вдох и тут же выругался - его руки были всё ещё грязными, да и пахло от ладоней очень характерно. Последнее, чего хотелось бы Малодвоцреву, это возбудиться от запахов и мыслей о недавней дрочке Авдееву. Андрей поднялся, достал из выдвижного ящика влажные салфетки, и тщательно вытер пальцы, бросая салфетки куда-то в темноту, в том же направлении, куда совсем недавно улетела грязная футболка Иннокентия. Включил свет, понял, что они, два распиздяя, в мусорное ведро ни разу не попали, снова выругался и с неохотой поднял испачканные салфетки, отправляя их на дно мусорки. Футболку туда же не кинул, зачем-то долго держал её в руках, смотря на неё абсолютно нечитаемым взглядом, а затем сложил и бросил на край подоконника, не отдавая себе отчёта в том, что делал и зачем. Вместо того, чтобы пытаться заставить пьяный мозг анализировать ситуацию, открыл окно пошире и вдохнул приятный прохладный воздух, который не помог прояснить мысли, зато оказал хоть сколько-нибудь отрезвляющий эффект. Андрей уселся на подоконник, достал сигареты и с удовольствием закурил, ни на чём не фокусированными глазами глядя в темноту ночи.

    Иннокентий вернулся, хлопнул дверью в обозначении своего присутствия. Малодворцев лениво повернул голову, сглотнул, теперь уже при свете яркой лампы без стеснения рассматривая полуголого Авдеева, и выгнул бровь, как бы не понимая, с чего это всплыла тема с выселением. Андрей ещё в конце прошлой недели понял, что гопникв полной жопе и ему банально негде в Питере жить, и понял, что речь шла о неделе проживания под одной крышей. Дни на календаре готовы были зачёркивать они оба, но теперь Иннокентий решил переобуться, всёрьёз прося разрешения остаться. Андрей удобнее опёрся спиной о стену, сделал очередную затяжку: что, теперь кому-то было не впадлу жить с пидорасом? Теперь, когда неделя кончалась, а жопа в жизни и не собиралась становиться меньше, Авдеев решил попробовать договориться? Малодворцев помолчал, вспоминая все неприятные моменты. что испытал за последние семь дней, все склоки, перепалки, все мелкие гадости, что они с Иннокентием делали друг другу, но картинка упорно возвращалась к сегодняшней пьянке, к поцелую с синеволосой девчонкой и откровенным переглядкам при этом Кеши с Андреем, к их поцелую в темноте комнаты, к ощущению горячего сильного тела сверху и перекошенного от оргазма чужого лица... Малодворцев не рассчитывал на продолжение, даже запрещал себе о чём-то подобном думать, но уже понимал, что этому мудаку скажет.

    Неделю назад они были готовы глотки друг другу перегрызть, и это отношение на самом деле не изменилось. Другой вопрос, что к нему примешалось что-то новое, что и подтолкнуло их к... Андрей выдохнул дым, и почему-то подумал, что утром Иннокентию будет безумно стыдно вспоминать все события этой ночи. Мысль его развеселила, Малодворцев издал короткий смешок, затем расхохотался, не сумев справиться с эмоциями, и, ещё через пару секунд откинув бычок в банку, оттолкнулся от подоконника.

    - Иннокентий, оставайся, если тебе надо, - о том, что Авдеев хотел остаться, и речи не шло, то была вынужденная мера, и Андрей прекрасно это понимал. Бросив пачку сигарет на подоконник рядом с испачканной футболкой, Малодворцев взял со своей кровати свежие спортивные штаны и футболку, а затем покинул комнату, нетрезвым шагом исчезая в стороне душевой.

    Когда он вернулся, в комнате было уже темно. Андрей вошёл внутрь, а через секунду его толкнули в дверь, от чего он ударился о деревянную поверхность затылком и разжал пальцы, роняя из рук одежду.

    - Ты!.. - что, мудак протрезвел, всё осознал и решил всё-таки попиздиться? Малодворцев не чувствовал в себе желание драться, он был пьян, координация движений не была идеальна, да и в целом он ощущал усталость, а на тягу к мордобою. Андрей открыл рот, чтобы высказать все свои претензии мелкому ублюдку, но произнести ничего не успел, Иннокентий с силой сжал его шею ладонью, потянул его к себе, а затем коснулся губ своими, больше кусая, нежели целуя.

    Малодворцев простонал, от неожиданности и в большей части от прикосновений, которые и не надеялся испытать вновь, уж точно не от Авдеева. Что это было? Взаимной похотью? Экспериментом? Андрей не знал, но когда Иннокентий решил отстраниться, резко схватил его ладонью за ворот футболки, выдерживая на себе полный раздражения чужой взгляд и награждая гопника точно таким же

    - Нет, блять, ты это начал, - Андрей сильнее сжал ладонь, выдыхая слова Иннокентию в губы, - не смей теперь делать вид, что тебе не понравилось.

    Малодворцев уже успел завестись, и теперь ему было не так уж и важно, что произойдёт в ближайшие несколько минут. Подерутся они или вновь потянутся друг к другу руками - наплевать, главное, чтобы было куда выплеснуть энергию, и обязательно, чтобы второй стороной был Авдеев.

    [nick]Андрей Малодворцев[/nick][status]пряник с какао[/status][icon]https://forumupload.ru/uploads/001b/2f/0f/463/982446.png[/icon][fandom]<div class=fan2>original</div>[/fandom][lz]<div class=lzname><a href="https://gemcross.rusff.me/">Андрей Малодворцев, 19</a></div><div class=lztext></div>[/lz]

    +2

    28

    You don't even know what you like and you don't like
    [indent] Кеша быстро понимает, насколько гребанный голос подводит его, потому что брошенные слова рвутся тихой истерикой, а не равнодушным ультиматумом. О чем он думает, зачем практически умоляет Малодворцева сжалиться над ним и разрешить пожить бок-о-бок еще немного? По сути своей, Андрей в этой комнате никто, и его категоричный отказ едва ли что-то именит, реши Авдеев пойти на радикальные меры. В общежитии важен голос Петровича, звенящий ударом граненого стакана о стеклянную бутылку, важен голос Виктора Сергеевича, волевой рукой распределяющего судьбы студентов, а свистящий голос Малодворцева стоит примерно нихуя. В идеале, этого мудака бы вообще в известность не ставить, а фактически помахать ключами у лица или продемонстрировать запиханные на свободную полку шкафа личные вещи, что уже неделю болтаются в рюкзаке. И все же что-то заставляет Кешу просить милость, согласовывая шаг, вероятность успеха которого болтается у одного процента. Он прикусывает язык, не отрывая взгляда от расположившейся на подоконнике фигуры, и внезапно для своего воображения отмечает, что сосед действительно выглядит красиво. С этими растрепанными волосами, пьяным лицом со спрятанной в тонких морщинах тенью оргазма, в свободной одежде, что в то же время лаконично - и совсем не сексуально - подчеркивает изгибы узловатого тела… Малодворцев объективно хорош собой и по праву считается призрачной мечтой большинства девчонок на потоке; ему основная дорога в какую-нибудь медийную сферу, но почему-то он задерживается именно на факультете язычников. Авдеев задумывается о том, в какой семье росло это недоразумение: конечно, скорее всего его целовали в задницу и забрасывали деньгами еще в детстве. Красавица-мать, успешный отец и какой-нибудь младший брат, воспитанный маленькой копией старшего, такого разностороннего, яркого и неординарного. Укол болезненной ревности приходится в ту часть сердца, которая и так сокращается от перманентного ахуя после произошедшего, и Кеша прикусывает губу, позволяя легкой волне ярости вытолкать из груди сладковатое послевкусие. Получается так себе.
    [indent] Неожиданно Андрей начинает смеяться, и из-за этого смеха Авдееву тут же хочется ни то впечатать свой кулак в лицо соседа, ни то заткнуть его блядский улыбающийся рот чем-то от себя: пальцами, языком, или… Кеша медленно моргает, сбрасывая с ресниц придури алкогольной фантазии. Собственное ебаное тело его не слушается, мозг не слушается, подкидывая в костер распаляющие желание сучки, и Авдеев ненавидит себя, ненавидит-ненавидит-ненавидит, ведь это наваждение медленно переходит в обсессию, которая может сыграть злую шутку утром. Пока он преступно пьян, и планирует догнаться до момента, пока башка сама по себе не отключится, поэтому издевающуюся цепочку мыслей удается списать в утиль. Но что будет утром? Следующий день слишком странно представлять, потому что в моменте есть только здесь и сейчас.
    [indent] «Утром я проснусь и все еще не буду пидорасом», - Авдеев вбивает себе в лоб деревянный кол, словно это может помочь справиться с головной болью и непринятием очевидного. - «Утром я проснусь, соберу ебаные вещи, пну Малодворцева в живот и никогда больше не появлюсь на пороге этой отравленной комнаты». Злость сублимируется в агрессию, агрессия - в сдержанную, ничего не выражающую ухмылку. Только по зубам скользит легкий отблеск угрозы, напоминающий, что терпение Кеши вовсе не железное. И даже не пластиковое. «Утром я проснусь, и ночь перестанет существовать», - значит ли это, что с подобным оправдательным карт-бланшем ему позволено больше, чем все?
    [indent] - Я превращу твою жизнь в кошмар, мудила, - бросает уже в спину, исходясь на кипящее недовольство и словно упрекая свободного от предрассудков Малодворцева в том, что тот позволяет себе раскатистый смех. Только когда за Андреем закрывается дверь, Кеша облегченно выдыхает; в комнату рвется октябрьский воздух, по ноздрям бьет запах алкоголя и секса, где-то на полу остаются крупицы новых воспоминаний. Под ярким светом потолочной лампы Авдеев осматривает помещение как будто впервые: он видит смазанные телами пятна крови на полу и понимает, что его голова все же болит не из-за бухла. Кеша проводит пальцами по бритой макушке и ногтями сдирает куски запекшейся крови за ухом. Как не заметил в зеркале? Впрочем, не важно; его желудок был слишком занят выходящей желчью, а пальцы наспех пытались смыть с живота посторонние жидкости. Авдеев натягивает на себя чистую футболку, расшнуровывает паленые говнодавы, в которых провел остаток вечера; поношенные носки летят в корзину для мусора, и в этот момент боковым зрением Кеша замечает, что обдроченной футболки там уже нет. «Выбросил?» - он оборачивается к окну и видит почти любовно сложенную ткань у подоконника, на расстоянии вытянутой руки сидевшего там недавно Малодворцева. Авдеев медленно пересекает комнату, ступая босыми ступнями прямо по лужицам крови, снова сжимает футболку в пальцах, смотря на нее с лицом тупого кретина, и вновь демонстративно зашвыривает ее куда-то под пустой письменный стол, по идее, принадлежавший ему. Игра в горящую картошку должна когда-нибудь закончится.
    [indent] В этой блядской комнате уже существуют негласные правила: «не разговаривай со мной», «не трогай мои вещи», «не кури мои сигареты». Кеша с особенным удовольствием нарушает каждое, сперва неделю выводя Андрея на конфликт, затем ковыряясь в его столе в поисках бутылки, а теперь и вовсе забирая чужую пачку со стола. Пока Малодворцев наяривает в душе, Авдеев гипнотизирует тлеющий кончик сигареты и в очередной бесполезный раз пытается структурировать мысли. От холода его колотит мелкой дрожью, а от тупого отчаяния бросает в жар. У Кеши действительно нет выхода - или лечь костьми перед ректором, умоляя дать себе пару недель на закрывание хвостов, чтобы не вылететь с университета и закрепиться в общежитии, или оказаться на улице с голой задницей и ни копейкой в кармане. Или сейчас четко дать Андрею понять, что все произошедшее - лишь следствие его пьяной провокации, или уйти в полное отрицание, делая вид, что соседа в системе координат Авдеева больше не существует. Но сможет ли он после такого смотреть в глаза Малодворцеву без животного желания избить урода ногами? Сможет ли держать лицо, концентрируясь по учебе, чувствуя, как бритый затылок прожигает пронзительный взгляд ясных глаз? В ушах неожиданно начинает звенеть смех Андрея, и он выбешивает сильнее, чем внутренняя рефлексия. Кеша не чувствует, как пальцами ломает сигарету у фильтра; он выдает отчаянное «бляяяядь» только когда упавший пепел прожигает в штанине джинс дыру и оседает на коже. Ему больно, но ровно настолько, чтобы вновь завестись в ярости; ебучее сдохшее будущее, возвращение домой, горячие губы, глаза, глаза, везде глаза, тонкие пальцы на коже, неловкие движения ладонью по члену, снова глаза и губы, жженая карамель, удар, еще удар, еловые иголки под кожей…
    [indent] Кеша рывком встает на ноги, проходит по комнате и кулаком бьет по выключателю, ломая податливый пластик крышки - ебучий свет жжет глаза и подсвечивает пятна крови на полу. Подсвечивает лицо Кеши. Ласкает холодными прожекторными лучами энергосберегающей лампочки голое тело Малодворцева, которое Авдеев может представить практически в крошечных деталях, пусть даже никогда не видя его: ложбинка между ключиц, тонкая линия неплотного пресса, ямочка пупка и дорожка волос под ней, скользящая к лобку. «Сука!», - Кеша готов заорать, сжимая виски руками, лишь бы раздавить череп, но ему не дают этого сделать, потому что поворот ручки двери ознаменовывает возвращение того, из-за которого все началось.
    [indent] Нахуй. Авдееву хватает грубого толчка, чтобы впечатать Андрея в закрывающуюся дверь комнаты; его глаза успевают привыкнуть к темноте, поэтому перехватить инициативу удается быстро. Беглый взгляд по удивленному лицу, еще секунда задержки на кончике носа, минимальных неровностях кожи, взбухших губах со следами укусов - и Кеша буквально разбивает себе внутреннюю сторону щеки, когда вжимается в чужой рот поцелуем. Опять и снова, только на этот раз в вертикальном положении; ему приходится сдавить чужую шею рукой, чтобы сократить разницу в росте и не тянуться навстречу. Свободные пальцы проходятся сжатыми костяшками по животу, без удара, лишь на ощупь пробуя потенциальное место для атаки; в итоге тормозят в дыре между ребрами, пока Авдеев отшатывается назад, судорожно хватая воздух. Его опять ведет, и опять под ногами рушится край пропасти, в которой есть горячая сексуальность мужского тела и эта ебаная блядская дорожка до лобка.
    [indent] - Это отвратительно, - Кеша будто пытается проглотить горячее дыхание и ругань Андрея, и отвечает пощечиной слов. - Я хочу блевануть от того, насколько ты пидор, - еще ближе, еще теснее - Авдеев упирается коленом между ног Малодворцева и надавливает на пах, считывая откровенное возбуждение. - А еще я хочу трахнуться с тобой, - щелчок и свист удара - на секунду Кеша пугается сам себя; ему кажется, что он все-таки не удерживается и бьет Андрея по морде. Но нет, представление оказывается ложью, потому что левая рука все еще сжимает горло Малодворцева, а правая беспорядочно орудует в его штанах. Под тканью джинс и чистого белья пальцами прощупывается налитая кровью головка члена, плотный как камень ствол и тянущие судороги, подстегивающие выделение смазки. Авдеев прекрасно знает, как мастурбировать, пусть делал это всегда только себе; его пальцы умело терзают крайнюю плоть и сжимаются в кольцо на уздечке. Толчок, еще один, и еще - этого мало, думает Кеша, пока сцеловывает стоны с губ напротив, пока оставляет на шее грубый засос, пока кусает напряженные соски зубами, отвлекаясь от созерцания морды Андрея. Нет, этот ублюдок после этой ночи должен выйти в окно от осознания, что подобного в его жизни больше никогда не повторится. Потому что так будет честно.

    [nick]Иннокентий Авдеев[/nick][status]шаланда и манипулятор[/status][icon]https://i.imgur.com/EuKZyOJ.png[/icon][fandom]<div class=fan2>original</div>[/fandom][lz]<div class=lzname><a href="https://gemcross.rusff.me/"><s>Кеша</s> Авдеев, 19</a></div>[/lz]

    Отредактировано Kevin Day (2022-08-07 01:49:56)

    +2

    29

    Рука на шее, ладонь на члене, чужой язык во рту, где-то глубоко, словно пытался достать до глотки - и всё это вкупе сносило крышу, заставляя отвлечься от размышлений и сосредоточиться только на ощущениях. Думать Андрей и не мог, только чувствовал, толкался бёдрами вперёд, выпрашивая новые ласки, и тихо, как ему казалось, постанывал в губы Иннокентия. Ему было до одури хорошо, и в то же время всех этих ощущений было словно недостаточно; Малодворцев снова простонал, а потом потянулся к чужим штанам, про себя отмечая, что стояло не у него одного. Плотная джинсовая ткань лучше мягких спортивок скрывала возбуждение, но Авдеев на этот раз прикосновениям не сопротивлялся, как будто послушно раздвинул ноги, позволяя соседу плотнее обхватить твёрдый член ладонью, и также толкался в руку бёдрами, усиливая тем самым своё удовольствие.

    На слова Иннокентия Андрей никакого внимания не обращал, понял уже, что кроме ругани, мата и угроз ничего не услышит; и всё-таки на какое-то мгновение сознание к нему вернулось, позволяя обратить внимание на единственную фразу, которая стоила того, чтобы её услышать. "Что?" Пьяным и мутным от возбуждения взглядом Малодворцев посмотрел на Авдеева, и не увидел ни тени сомнения: бухой гопник сказал именно то, что хотел, что чувствовал, и на что так активно намекал своими действиями.

    Это было отвратительно, так толкаться в руку парня, с которым их связывала только искренняя чистая взаимная ненависть; Андрею хотелось блевать от ощущения близости столь противного ему человека, и в то же время он не находил сил оттолкнуть его, отстраниться, возвращая себе свою свободу. Малодворцева хватало только на вздохи, полустоны и такие же уверенные прикосновения ладони к чужому сочащемуся смазкой члену. Авдеев не столько стонал, сколько рычал, двигаясь в том же ритме, делая это на удивление синхронно, так, словно взаимной дрочкой они занимались уже не раз.

    Гопнику этим вечером было разрешено слишком многое: спортивные штаны Андрея болтались где-то на уровне колен, что позволяло Иннокентию удобно ласкать чужой член по его длине, майка давно была задрана, и Авдеев на ставшей гиперчувствительной коже оставлял следы от своих губ, словно клеймил, словно хотел оставить как можно больше меток, что утром будут напоминать о случившихся в пьяном бреду тисканьях. Малодворцев и не возражал, послушно наклонял голову, позволяя терзать свою шею, тяжело возбуждённо выдыхал, когда сильная хватка не позволяла ему даже вдохнуть полной грудью, и постанывал, когда ощущал губы на своих сосках. В какой-то момент зубы сомкнулись, и у Андрея буквально подкосились ноги; если бы он не цеплялся за Авдеева, вполне вероятно, что сполз бы по двери вниз, но вместо этого только сильнее сжал пальцами чужие плечи.

    Ему не должно было быть настолько хорошо именно с этим человеком. Авдеев всегда ассоциировался у него с неприятностями, с конфликтами, со взаимными издевательствами и препираниями; каждая встреча неизменно оборачивалась скандалом или дракой, но этим вечером что-то пошло не по плану. Выпитый алкоголь и давно неразрешённая напряжённость в отношениях нашла свой выход в самой неожиданной манере, и сопротивляться Малодворцев уже не мог. Он никогда не чувствовал себя настолько жадным до ласк и прикосновений, никогда раньше не испытывал такого сильного возбуждения, никогда так не нуждался в другом человеке, в его близости, присутствии рядом. Теперь же он нетерпеливо стягивал с себя футболку, точно такими же дёргаными движениями снимал одежду с Иннокентия, и неожиданно даже для себя обнял его за плечи, прижимаясь всем телом к голому торсу. Андрея вело от ещё не выветрившихся паров алкоголя и похоти, он опустил одну руку на пах Авдеева, сжал пальцы на головке его члена, и снова начал ему дрочить, уже не понимая, чего хотел больше, самому достичь оргазма или довести до него ненавистного гопника.

    - Сука, сука, сука, - тихо шипел Малодцорцев, толкаясь бёдрами в чужую ладонь, безуспешно пытался сдерживать стоны, но и без них его размазанное состояние от Авдеева скрыть бы не удалось. Впрочем, сам гопник выглядел не лучше, тяжело дышал, ругался сквозь сжатые зубы, а его покрасневшее от возбуждения лицо было с такого расстояния отчётливо видно даже в лунном свете. На этот раз Андрей кончил первым, с силой сжимая зубы на ухе Иннокентия, и не обращая внимания на его злобную матершину; обхватывая пострадавшую раковину губами и словно зализывая укус, Малодворцев удобнее перехватил чужой член рукой. Через несколько резких движений Авдеев вздрогнул, тяжело втянул в себя воздух, а затем Андрей почувствовал, как его ладонь пачкала сперма.

    - Пиздец, - выдохнул Малодворцев, теперь сожалея, что наполовину раздел гопника и тем самым лишил себя возможности вновь вытереть руку об его футболку. Впрочем, нет, чувствовать полуголого Иннокентия вплотную было совсем не плохо, Андрею такая близость понравилась, и он бы не отказался... "Что?" Малодворцев моргнул, оттолкнулся от двери и подошёл к столу, чистой рукой открывая ящик. где лежали салфетки. "Что я бы не отказался? Трахнуться с этим?" Андрей вздрогнул, понимая, насколько дико встрял, вытер руки, а затем окончательно снял с себя штаны, забив на то, что на это мог бы сказать вечно всем недовольный Иннокентий, и лёг на свою кровать. Идти в душ повторно он не собирался, не чувствовал в себя сил подняться и преодолеть пусть даже и небольшое расстояние коридора; поспит так, и плевать, что от него теперь пахло не только алкоголем и сигаретами, но и сексом.

    - Как же сильно ты меня бесишь, ублюдок, - уронил Андрей в темноту комнаты, не особенно интересуясь, а слышал ли его Иннокентий. Малодворцев ненавидел быдловатых гопников, агрессивных и живущих по своим принципам, не предусматривающих никаких послабления толерантности; и шутка ли, в руках именно такого человека он только что получил два самых ярких в своей жизни оргазма. То ли смеяться, то ли пытаться задушить себя подушкой; Андрей сжал переносицу пальцами, пытаясь придти в себя, а затем задрал руку наверх, пытаясь в темноте нашарить на столе пачку сигарет. Не нашёл, хотя точно помнил, что перед уходом в душ бросил её именно туда; Малодворцев приподнялся, посветил себе фонариком на телефоне, убедился, что не темнота мешала ему найти курево, а затем злобно посмотрел в сторону Авдеева. - Сигареты верни, это последняя пачка, - Андрей как-то не думал, что ему нужно иметь блок про запас. Ответа ожидаемо он не услышал, и мысленно обложив Иннокентия всеми известными матерными выражениями, Малодворцев сел на кровати, - мне что, просить тебя поделиться моими же сигаретами? Ты не охренел ли?

    [nick]Андрей Малодворцев[/nick][status]пряник с какао[/status][icon]https://forumupload.ru/uploads/001b/2f/0f/463/982446.png[/icon][fandom]<div class=fan2>original</div>[/fandom][lz]<div class=lzname><a href="https://gemcross.rusff.me/">Андрей Малодворцев, 19</a></div><div class=lztext></div>[/lz]

    +2

    30

    [indent] «Один раз - не пидорас», - повторно проносится в голове у Авдеева. «А два?», - вкрадчиво замечает голос, который Кеша тут же заталкивает в самую глубь души, не позволяя тому высовываться наружу и красноречиво намечать о новом неочевидном статусе. Да не пидорас он, и никогда им не будет; это все Андрей с его ублюдской аурой и пропитанным спиртом запахом. Определенно никакой симпатии или зацикливания; представь вместо мудака любую девчонку с голыми коленками, и этот петтинг фактически не изменится, ведь руки у всех одинаковые. Авдеев с зажмуренными глазами пытается вообразить женское лицо, плавные линии тела и бледное лицо с пухлыми от уколов губами. Нет... Нет. Обманывать себя не выходит, потому что рваные движения навстречу, смазанный член со взбухшей головкой, торчащие соски - все это принадлежит именно Малодворцеву. Единственное, что Кеша может принять правдой в данную минуту, до банального очевидно: он возбуждается именно от раздетого Андрея, который не теряет выдержки и мгновенно спускается своими руками вниз, наспех справляясь с чужими джинсами. «Такого не может быть», - Авдееву кажется, что он закончится прямо сейчас, не сумев правильно обработать поток информации, выстреливающий в голову. Ему до дикого странно от того, как преступно тело тянется вперед, выпрашивая новых ласк. Когда Андрей обхватывает напряженный член пальцами, Кеша сдавленно матерится на провинциальном диалекте, посылая к хуям собачьим и соседа, и ситуацию, и себя самого. Он толкается бедрами, параллельно ускоряясь ладонью, чтобы позже сорваться на грубость и начать совсем откровенно надрачивать. Малодворцеву заметно не хватает смазки, но от мысли добавить слюны своим пальцам Авдеев чертыхается, отрицательно мотая головой против невысказанных просьб. Ему даже глаза опустить сложно, не то, что проявить дополнительную инициативу, более того, ему так же сухо, как и Андрею.
    [indent] Малодворцев сдавленно стонет и снова лезет своими гребанными руками к телу Кеши, стараясь стянуть с него футболку; Авдеев не сопротивляется, но напрягается всеми мышцами, когда по коже проходят отвлеченные от взаимной дрочки пальцы. Требовательные ладони беспорядочно ползут по жилистым предплечьям, чтобы ни то сбросить толкающуюся руку, ни то ускорить ее. Кеша на эти поползновения грубо прикусывает Андрея за плечо, вынуждая остановиться, и сдавленно рычит, когда в ответ Малодворцев с силой сжимает его член. Нет, эти взаимодействия определенно не про нежность и аккуратность; Авдеев запоздало думает о том, что его так сильно кроет именно из-за наглости. Все девчонки с острыми коленками настаивают на легкой ласке, от которой Кешу в лучшем случае просто клонит в сон, а сейчас его разрывает в лоскуты безумное желание, подкрепленное каким-то особенным и хаотичным насилием, где грязной грубости больше, чем трепета. Это что-то особенное, абсолютное новое в привычной системе координат, и от вороха эмоций Кешу сбивает с ног. Его голове настолько пусто, что каждый уроненный стон Андрея отскакивает эхом от стенок черепа, а его руки - его блядские руки, - берут свое так бескомпромиссно, что Авдееву впервые в жизни хочется сдаться. Малодворцев открывается перед ним с новой стороны, и в этом разгоряченном теле едва ли есть что-то, что привычно взгляду одногруппников, пускающих слюни на лучшего студента потока. Этот Андрей - другой, и именно этого другого Кеше внезапно хочется так отчаянно целовать. Жаль, что утром все будет по-другому, но пока…
    [indent] - Паскуда, - Авдеев обреченно выдыхает в шею Малодворцева, когда тот прижимается к нему своим голым торсом. Прикосновения кожи к коже уже не воспринимаются как что-то противное, только добавляют бензина костру похоти, и Кеша и сам тянется навстречу, чтобы вдавиться сильнее. Их руки внизу соприкасаются и ловят практически идентичную скорость толчков, а дыхание сдавлено циркулирует между губами, передаваясь от одной тяжелой груди к другой. Что-то в сознании требовательно просит Авдеева притормозить, но тонкий голос остается неуслышанным. Если он остановится, то никогда в жизни больше не начнет подобное снова - и такого расклада нельзя допустить, когда до оргазма остается буквально десяток секунд. - Что ты делаешь, мразь!... - Кеша шипит, когда перед глазами взрывается болью совершенно идиотский выпад Андрея, решившего, что укус за ребро уха - это хорошая идея. Малодворцев пытается зализать укус легким извинением, но его тело в один момент сводит судорогой; Кеша чувствует сокращающийся в своей руке член и еще дважды ведет пальцами по стволу, доводя желание до пика. Ему сносит башню от мысли, что Андрей сделал это снова, из-за Авдеева и ради Авдеева, а удовлетворение добавляет возбуждению красок, и весь импрессионизм обрушивается на голову лавиной. Он выплевывает через рот ублюдочное рычание и, утыкаясь в тощее искусанное плечо, кончает практически следом. Разбитое тело горит и тянет, а ноги практически не держат, поэтому он не спешит отстраняться от голого соседа сразу; чужая вздымающаяся грудь находится так близко, а о поцелуй раскрытых губ до сих пор можно обжечься - Авдеев затихает, прикрывая глаза, и тянет секунды вечности еще немного, оставаясь сознанием где-то в предоргазменном прошлом.
    [indent] Малодворцев выскальзывает из деревянных объятий первым, приходя в себя, и отходит к столу, параллельно раздеваясь до гола. Кеша облокачивается предплечьем о дверь и утыкается в него лбом, тщетно пытаясь надеть на лицо привычную себе маску разочарованного гопника. Второй оргазм выматывает сильнее, чем первый, и в какой-то момент Авдеев запоздало понимает, что алкогольное опьянение уже точно сошло на нет. Значит, теперь эту ебаную катастрофу дешевым пойлом не оправдать. Значит, события определенно отпечатаются в памяти и не сотрутся утром. «Значит, я все-таки?...» - Кеша прикусывает губу и отлипает от двери, осматривая себя с ног до головы. Вторая футболка валяется где-то в ногах, джинсы спущены до колен, на животе подсыхают очередные капли спермы; Авдеев натягивает на бедра трусы и выпутывается из штанов, пинком отправляя их в сторону. Влажная головка члена неприятно липнет к ткани, а холодный воздух из окна ползет по вспотевшей шее мерзким ощущением, от которого Авдеев кривит лицо, пока на ватных ногах доходит до своей кровати.
    [indent] - Пошел нахуй, - кажется, когда-то он уже говорил это Малодворцеву; что же, если сосед не понимает направления с первого раза, Кеше не сложно послать его повторно. Вот только весь поток оскорблений вызывает у Авдеева усмешку, которую он старательно прячет в темноте комнаты. «Как же сильно ты меня бесишь», - повторяет упрямый голос соседа в голове. «Серьезно?» - спрашивает шепотом Кеша. Он искренне верил в это еще каких-то несколько часов назад, пока не пришел с Дэнни на ту злополучную общую кухню. Возможно, верил даже на первом стакане в круге игры, пока искоса рассматривал Андрея с его тупой подружкой.
    [indent] А сейчас он уже вообще ни во что не верит.
    [indent] Авдеев перехватывает с подоконника сигареты и выуживает из пачки предпоследнюю, чтобы секунду спустя выплюнуть дым в открытое окно. Когда-нибудь к ним придет комендант и даст пизды за пропитанные табаком стены; как хорошо, что в этот момент Кеши здесь уже не будет.
    [indent] - Ага. Можешь попросить на коленях, - Авдеев неопределенно ведет плечами, но все-таки бросает пачку в Малодворцева, попадая ей точно в грудь, а следом отправляет и зажигалку, которая приземляется на кровать. Какая-то идиотская усмешка вновь поддевает уголки его губ, и Кеша уже не пытается ее скрыть, самодовольно изучая взглядом кончик тлеющей сигареты - лишь бы не смотреть на это раздражающего, выбешивающего, выводящего из себя… Какого-то странно красивого Андрея. Точеные плечи, ровная спина, узкая грудь с минимумом волос, намек на кубики пресса на животе, согнутые в коленях ноги - «Господи, блядь, да почему я снова на этом зацикливаюсь?» - очередной порыв «изучить Малодворцева глазами» с трудом удается придушить на корню.
    [indent] - Не знаю, говорил ли тебе кто-то, но ты дрочишь как девчонка, - Кеша в очередной раз затягивается и рвано смеется на выдохе, окутывая лицо облаком дыма. - Не хватает только Энигмы на фоне для атмосферы. Или у вас, пидоров, в правилах прописано быть слащаво-любезными? - он как-то неудачно поворачивает голову в бок, и покалеченное ухо мгновенное напоминает о себе неприятной резью тянущей боли; Авдеев морщится и касается пальцами ребра, навскидку прощупывая область поражения. - Хотя к твоему стоматологу я бы записался.

    [nick]Иннокентий Авдеев[/nick][status]шаланда и манипулятор[/status][icon]https://i.imgur.com/EuKZyOJ.png[/icon][fandom]<div class=fan2>original</div>[/fandom][lz]<div class=lzname><a href="https://gemcross.rusff.me/"><s>Кеша</s> Авдеев, 19</a></div>[/lz]

    Отредактировано Kevin Day (2022-08-07 01:50:14)

    +2


    Вы здесь » GEMcross » философский камень » blood // water


    Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно