GEMcross

Объявление

    постописцы: освальд - жан - дэниел
    Aaron Minyard & Neil Josten
    Idfc [all for the game]

    Информация о пользователе

    Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


    Вы здесь » GEMcross » голубой карбункул » From valley broad...


    From valley broad...

    Сообщений 1 страница 6 из 6

    1

    *   *   *
    https://i.imgur.com/Uvb3WxA.gif https://i.imgur.com/rET3g9a.gif
    https://i.imgur.com/R0pFxBu.gif https://i.imgur.com/r78ZHzF.gif
    https://i.imgur.com/XZ1aVV9.gif https://i.imgur.com/HbyfNj6.gif
    Salazar Slytherin & Helga Hufflepuff

    I'll teach the lot and treat them just the same. We’ll teach just those whose ancestry’s purest. Or not?

    +3

    2

    Хельга все еще считала, что собрать учеников под одной крышей и делиться с ним знаниями, которых ни у кого больше нет, - это замечательная идея. Она сама сильна была в травах и целительстве, Ровена чуть ли не каждый день придумывала новые чары, Годрик был воином, одинаково хорошо владеющим мечом и палочкой, а Салазар... Что ж, если бы Хельга отвечала на его отчетливую неприязнь взаимностью, то могла бы язвительно сказать, что господин Слизерин щедро предоставил им старый, потрепанный бурями и годами замок, в котором они собрали своих учеников, и это единственный его вклад в общее дело. Но это было бы низко, и Хельга все же отдает ему должное: пусть Слизерин большую часть времени был угрюмым затворником, сосредоточенным на своих зельях и своих учениках, но зельеваром и магом он был блестящим. А иногда ей даже казалось, что среди четверки учителей он был вторым - после нее, конечно, - разумным человеком, осознающим, что их задача не ограничивается тем, чтобы научить детей махать палочками. Годрик и Ровена были слишком... увлекающимися. Мягко говоря.

    Подземелья - вотчина Слизерина и его учеников, гостям здесь не рады, и Хельга старается без нужды не спускаться вниз. Сегодня, впрочем, такая нужда наступает, потому что на несколько посланных ему сообщений зельевар не отвечает, а его присутствие требуется наверху немедленно. Хельга вздыхает и подбирает юбки, следуя по лестницам - едва ли не единственным, которые пока что остались в Хогвартсе неподвижными, - вниз. В запертую дверь она сначала вежливо стучит, потом без всякого стеснения колотит, а следом, потеряв терпение, что случается с ней крайне редко, взмахивает палочкой, снимая защитные чары, и распахивает ее так резко, что та чуть не срывается с петель. Ей неловко так врываться в чужие комнаты, но она точно знает, что Слизерин здесь и что он нарочно предпочитает ее не замечать, тогда как дело не терпит отлагательств. И она - не служанка и не ученица, а равная ему, и род ее - ничуть не менее древний, пусть и происходит из других земель,

    - Простите за беспокойство, Салазар, - спокойно и приветливо улыбается Хельга, заходя внутрь так, будто не она только что чуть не снесла дверь, пробиваясь к запершемуся зельевару. - Но боюсь, у нас случилась небольшая... беда, - если можно назвать так первозданный хаос, который творился сейчас на верхних этажах. И Великий Мерлин, как же радуется сейчас Хельга, что ее ученики живут на уровне земли, а не в высоких башнях! - Ровена решила, что передвижение по лестницам отнимает слишком много времени, и захотела, чтобы они двигались самостоятельно и быстро, - она взмахивает неопределенно рукой, сама не до конца понимая очередную блестящую идею подруги. Понятно только, что она хотела не отвлекаться от своих записей и пергаментов на что-то столь обыденное, как ходьба по лестнице, но что-то очевидно пошло не по ее плану. - И теперь они двигаются. Самостоятельно. И быстро. Никто не может добраться, куда хотел, нескольких учеников уже потерялось, а Ровена свои чары отменить не может, и я очень беспокоюсь, что кто-нибудь может не удержаться и пострадать. Поэтому мне очень нужна ваша помощь, Салазар, - потому что Ровена стоит у лестниц и колдует, стараясь все исправить, но делая, кажется, только хуже, а Годрик... - Ах да, до Годрика дошли слухи, что в лесу объявилось чудовище, нападающее на окрестные деревни, и он пошел с ним бороться, - и кому-то, вероятно, вскоре понадобятся заживляющие зелья, а у Хельги всего лишь пара рук и одна палочка.

    +2

    3

    Салазар все еще не понимает, как его убедили во все это ввязаться. Ему все это кажется ужасной сомнительным делом - они все слишком разные, у них разные ученики, как вообще можно попытаться заниматься ими всеми вместе? Его самого уже ужасно раздражает Годрик, чьи подопечные выживают не благодаря стараниям своего учителя, а вопреки всем его наставлениям. Ровенна и ее эксперименты внушают ему очень часто искренний ужас, потому что о безопасность - совершенно незнакомое им слово ни на одном из известных языков. Что же касается Хельги, то тут он только хмыкать может, признавая, в хорошую целительницу. Она кажется ему слишком миролюбивой, какой-то домашней и простой, но на фоне всех остальных, она вызывает у него чуть больше доверия, и он даже готов простить ей ту кровь, что течет в ее жилах. Чистую, магическую, ничем не испорченную, просто отличную от его собственной крови истинного сына Британии, с чем оказывается тоже очень сложно смириться. Салазар нетерпим к чужим прегрешениям и не любит чужаков, свою натуру ему не изменить, как бы сильно его об этом не просили и как бы не пытались заставить.

    Своим прибежищем он выбирает подземелья, в которых тихо и спокойно. Вся суета остается на верхних этажах замка, по которым носятся безумные ученики Годрика и Ровенны, а ему куда милее этот покой и полутьма. Зачарованные свечи горят ярче и дольше обычных и не дают глазам устать от полутьмы, поэтому Салазар не чувствует себя под землей хуже, чем поднимаясь наверх. Двое из них выбирают башни, которые уходят ввысь, а вот Хельга не стремится угнаться за ними - она устраивается у кухонь и ее комнаты напоминают ему чем-то норы. Его немного удивляет, что они в этом оказываются похожи, но он лишь хмыкает, когда они демонстрируют друг другу свои владения и плотнее запахивается в мантию, желая поскорее вернуться в подземелья и продолжить свои исследования. Дел у него много и он заинтересован в строительстве меньше всех, потому что ему кажется, что его мнение по этому вопросу никого не волнует. Это раздражает его, ему часто кажется, что Годрик и Ровенна не слышат никого вокруг, - и он отказывается признавать, что сам не сильно отличается от них, - и споры с ними вызывают у него острые приступы головной боли.

    О том, что происходит наверху сегодня, Салазар не знает, потому что не выходит из подземелий со вчерашнего дня. Очередное зелье оказывается сложнее, чем он думал, и в нем просыпается азарт: ему надо во что бы то ни тало довести рецепт до совершенства. Он уверен, что если постараться, то свойства будут проявляться сильнее и длиться дольше, но для этого ему нужно заново рассчитать все. Его перо ни останавливается ни на мгновение, чиркает по пергаменту выводя неровные столбцы цифр и строчки формул, чернила пачкаю кончики его пальцев и края длинных рукавов, и Салазар даже не сразу слышит стук в дверь, настолько он увлечен. Он даже не кричит, чтобы непрошенный гость убирался восвояси, потому что она занят, и отвлекается лишь тогда, когда дверь распахивается так сильно и ударяется о стену. Он вскидывает голову, готовый вызвериться на вошедшего, но увидеть здесь Хельгу для него такая неожиданность, что он только вскидывает брови и по-змеиному шипит.

    -Моя дорогая, вам не кажется.. что? - Яд, который он собирался впрыснуть в мягкую плоть женщины, останавливается, потому что ее слова заставляют задуматься о происходящем. Его окрики ничуть не тише окриков Годрика, его ученик тут же оказывается рядом и кивает, вставая около котла с варящимся зельем. Он знает, что если что-то пойдет не так, то с него шкуру сдерут, поэтому злить своего наставника ошибкой не хочет. Салазар тем временем одергивает мантию и подходит к Хельге, глядя на нее сверху вниз, но не от того, что хочет ее напугать, а потому что он выше нее. - Ровенна и ее чары, сколько же можно! А Годрик... его порвут, подерут, и он назовет это подвигом, хотя эта сущая глупость, так кидаться в сторону опасности. Пойдемте скорее, посмотрим, что придумала эта безумная женщина. Вы уже сказали ученикам держаться подальше от лестниц, пока все не будет исправлено? - Сам Салазар легко взлетает вверх по ступеням, но сейчас медлит и ждет Хельгу, хотя ему и хочется поторопиться. Он проявляет неожиданное для него терпение, потому что знает, что для того, чтобы побороть Ровену в ее уверенности в своей правоте, ему очень нужна союзница.

    +2

    4

    Удивительно, но первый год учебы в новой школе пережили все, и Хельга очень хочет, чтобы впредь оставалось также. Она старается не вмешиваться в то, как ведут уроки остальные учителя, хотя ей, например, жаловались, что Салазар поил своих учеников ядами, предлагая им проверить свое мастерство составлять противоядия; но Хельга предпочитает верить, что у него наготове собственные средства, чтобы излечить незадачливых зельеваров; про Годрика, таскающего своих учеников, которых он считает оруженосцами, по соседним лесам и горам, и говорить нечего, а Ровена имела дурную привычку новоизобретенные чары применять к своим подмастерьям. Но нет, Хельга оставила им право делать все, что хотят, а сама заботилась лишь о том, чтобы все ученики были сыты и согреты, чтобы все их царапины, синяки и отравления вовремя лечились, чтобы никто не отправлял родителям и попечителям гневные письма о том, как дурно ведут себя учителя и как мало беспокоятся о доверенных им юношах и девушках. Конечно, мастера часто были суровы и не стремились заменить своим ученикам отца и мать, но Хельга хочет, чтобы Хогвартс был им вторым домом, а не просто местом, которое надо перетерпеть несколько лет.

    Но если она окружает учеников теплом и уютом, то остальные учителя подвергают их опасностям. Это можно терпеть, когда глупости творит лишь один из них, но сегодня выделяются сразу двое, и Хельга не может разорваться на части, чтобы и останавливать вносящую поправки в свои чары Ровену, и караулить падающих с лестниц учеников, и разыскивать тех, кто уже где-то заплутал, и готовить заживляющие зелья для Годрика и его выводка храбрецов. Салазар Слизерин предпочитает сидеть в стороне от школьных дел, но сегодня он нужен наверху, и Хельга готова любым способом вытащить его из подземелий и заставить хоть немного позаботиться об их общих учениках. К счастью, насылать на Салазара проклятия не приходится, он проникается уже тем коротким изложением неприятностей, которое она спешно на него вываливает, и спешит наверх так, что путающаяся в юбках Хельга едва за ним поспевает. Невероятно, гордый Салазар Слизерин соизволил к ней немного прислушаться!

    - Боюсь, что Ровена не остановится никогда. Я заглянула мельком в ее записи: там что-то про потолок Большого зала и про комнату, подчиняющуюся желаниям входящих в нее, и Мерлин знает что еще! - на ходу жалуется Хельга, про себя благодаря Слизерина за то, что он замедляет свой широкий шаг и дожидается ее. - Да и Годрика нам не урезонить. Он взял с собой нескольких своих учеников, и я молюсь, чтобы все вернулись хотя бы живыми. Нам наверняка понадобятся заживляющие зелья, и я буду благодарна, если кто-то из ваших подмастерий сможет немедленно заняться их приготовлением, - своим она уже раздала кучу поручений, да и нет среди них таких одаренных и умелых зельеваров, чьи снадобья она решилась бы сразу использовать на пострадавших. А Годрик... Она вздрагивает, вспоминая своего покойного мужа: внешне столь различные, по поведению они были очень похожи, и Хельге страшно, что Годрик может однажды также не вернуться из очередного своего подвига. - Да, своим ученикам и тем, кто оказался в тот момент внизу, я все сказала и разослала их с поручениями, но многие находились в башнях, а кто-то заплутал уже на других этажах. Слава Мерлину, пока что никто не упал с лестниц, но боюсь, как бы годриковы храбрецы не полезли навстречу приключениям и не поплатились за то шеей, - последние слова тонут в скрежете, который обрушивается на них, как только они входят в холл. Лестницы двигаются теперь еще быстрее и хаотичнее, и Хельга стонет и прикрывает глаза, видя, как Ровена продолжает размахивать палочкой и шептать все новые чары, пытаясь остановить это безобразие, но делая лишь хуже. Ее бы оглушить да оставить где-то в стороне, но кто знает, как поведут себя лестницы без контроля оживившей их чародейки?

    +2

    5

    Ровена - талантливая чародейка, даже, может быть, гениальная, но совершенно лишенная что чувства меры, что какого-то умения о себе позаботиться. Даже такой жадный и себялюбивый человек как Салазар это понимает. Ей всего мало, ей хочется больше, хочется кому-то что-то доказать - в первую очередь, конечно же, себе, потому что она все ставит себе какие-то цели и стремится к ним без перерыва, - и поэтому она придумывает все новые и новые чары, развивает свой ум и свои способности. Такая страсть к любимому делу его восхищает и ее тяга к знаниям даже в чем-то их роднит, но себя он считает куда более осмотрительным и додуматься до летающих лестниц всяко бы не смог. Не такой у него полет фантазии, совсем не такое - он мыслит масштабно, но не пытается придумать что-то необычное. Монументально, с размахом и практично, это да, но ничего из того, чем живущая картинками из своих снова Ровена, и этой только к лучшему, потому что двух таких затейников Хогвартс бы точно не сумел пережить.

    Ради Хельги, которая ростом ниже него, Салазар сбавляет шаг, от чего недовольно хмурит брови. Его отвлекли, а отвлекаться он совсем не любит и всегда легко раздражается. Его ученики знают, когда его не стоит беспокоить, трое основателей тоже по мере сил и возможностей стараются уважать его, - кроме Годрика, Годрик никогда ничего не понимает и никогда ни в чем не видит проблемы, - и то, что Хельга прервала его сегодня скорее нечто из ряда вон выходящее, чем что-то обычное. Он согласен с этим от и до, потому что справиться с Ровеной, решившей чудить, и позже заняться пострадавшими из-за очередной авантюры Гриффиндора, ей бы не удалось. Салазар это понимает прекрасно, но радости от всего не испытывает никакой. К себе в подземелья ему не удастся вернуться до самого вечера, а то и поздней ночи, потому что совсем непонятно, когда они решат все свалившиеся им на голову проблемы. Вот что за напасть, что за неудача, неужели они в другой день не могли это все устроить?

    -Про потолок я наслышан, простые, в целом чары, если придумать, как поддерживать их длительной время, но комната!.. - И это говорит он, решивший превратить свои подземелья в некий лабиринт. Он все еще лелеет надежды обустроить себе комнаты, о которых не будет знать больше никто. Что-то из своих наработок он не желает показывать никому, даже тем, кого мог бы звать если не близкими друзьями, то соратниками. Особенно им, наверное, потому что они не поймут и не примут какие-то его идеи и мечты. Салазар не хочет приклонять голову и не желает признавать кого-то выше себя. - Мои подмастерья займутся этим, ты! Ты - передай Аделизе, чтобы подготовила лечебных зелий, - заметив в коридоре одного из своих учеников, рычит он и тут же забывает о бледном мальчишке. - Надо было велеть всем уйти и не...

    Салазар замирает и, даже не замечая этого, заслоняет Хельгу рукой, со смесью ужаса и восхищения глядя на парящие в воздухе лестницы. Выглядит это все поистине жутко, но вместе с тем красиво, и он не может не потратить несколько мгновений на хаос в чистом виде, который и представляют собой чары Ровены. Она все еще колдует, пытаясь привести все хоть в какой-то порядок и упорядочить движение, но выходит у нее как-то совсем плохо. Как можно накладывать чары, не проверив их? Неужели гениальность этой женщины ходит рука об руку с настоящим безумием?

    -Ровена... ты! Вы! Вон все, отойдите, - подхватывая свою мантию, чтобы она не мешала ему, кричит Салазар, подлетая к Ровене и шипя уже ей на ухо. - Ты что устроила?! Ты что делаешь? Мало нам Годрика с его выходками? И так развалили одну из внутренних стен, камня на камне не оставили во внутреннем дворе, теперь еще и ты?!

    -Уйди, Салазар, вот увидишь, у меня все получится! - Отвлекается на мгновение о чар Ровена и этого хватает для того, чтобы лестницы столкнулись. Она охает, ругается и пытается все исправить, попутно не давая колдовать и вскинувшего руку с палочкой Салазара, лезущего к ней со своими ценными советами.

    +2

    6

    Хельга за собой особых талантов не признает, а перед своими одаренными соратниками почти преклоняется. Свою задачу она видит простой - не блистать на магическом поприще, а окружить всех заботой, приютить, согреть и проследить, чтобы увлеченными своими подвигами и экспериментами мастера не умерли от голода, решая очередную невыполнимую задачу. К ним она порой относится так же, как к детям и ученикам: с безграничным материнским теплом и смирением, с гордостью и радостью за их достижения; и так же, как детей и учеников, ей частенько хочется их порядочно наказать, чтобы выбросили из головы дурные мысли и думали, прежде чем взмахивать палочкой или мечом. Пресвятой Мерлин, она смирилась с опасной прежде всего для него самого храбростью Годрика и заготовила запас чистых бинтов; она смирилась с замкнутостью Салазара и строго ограничила круг вопросов, по которым можно его тревожить; но Ровена ведь считается из них четверых самой умной, почему же ей не хватило самой простой предусмотрительности и понимания, что проводить эксперименты стоит сначала там, где никто не может от них пострадать?

    Она даже не знает, за кого ей сейчас стоит переживать больше: за Годрика и его выводок храбрецов, отправившихся побеждать очередное опасное чудовище; за запертых на верхних этажах учеников, которые могут попытаться спуститься; или за саму Ровену, которая либо через несколько минут сляжет с острым истощением, либо получит по голове камнем, отколовшимся от сталкивающихся лестниц. Кто же знал, что магическая школа принесет в ее жизнь столько первозданного хаоса и тревог? И кто бы мог сказать, что ей так уютно будет в этом беспорядке и так понравится разрешать вечные проблемы?..

    - Я бы предпочла, чтобы Ровена придумала долговечные чары для обогрева, потому что в обеих башнях вечно сквозит, и я не успеваю собирать травы для простывших учеников, - с занудством, в котором едва-едва проскальзывает ехидство, поправляет Слизерина Хельга, различив в его голосе слишком много восторга по отношению к очередной безумной идее Ровены. Увы, проще заказать в деревне новые теплые одеяла для учеников, чем дождаться, что Ровене в голову придет по-настоящему полезная идея. То ли дело никому не нужное украшение Большого зала, как будто обычный потолок всем уже наскучил!

    Разговор приходится оставить незавершенным, потому что им обоим открывается наконец вид на колдующую Ровену, которая, кажется, потеряла всякий план и применяет все известные ей чары подряд, создавая какую-то невообразимую смесь. В разговор двух умников Хельга не вмешивается, стоит в стороне, зорко выглядывает на лестницах учеников и накладывает щитовые чары, когда от столкнувшихся лестниц вниз летят пыль и камни. Насколько сложно сейчас будет уничтожить их целиком и отстроить заново? Этот выход уже кажется Хельге наиболее простым и благоразумным.
    - Альфред, что вам в голову взбрело! - вскрикивает Хельга, видя, как один из отважных гриффиндорцев пытается прыгать с одной лестницы на другую. Она бледнеет, подхватывает его чарами до того, как он упадет или, еще хуже, столкнувшиеся лестницы сомнут его, и быстро спускает вниз. - Отправляйтесь в Большой зал и не высовывайтесь оттуда. Ваше взыскание мы обсудим позже, - отчитывает она рыжего мальчишку, чем-то неуловимо напоминающего своего мастера, и заталкивает его в Большой зал. А подумав, отправляет туда же и других шатающихся без дела и глазеющих на колдующую Ровену учеников и запирает за ними двери: пусть сидят в безопасности подальше от падающих камней. - Следующий храбрец или умник, желающий спуститься вниз, может сразу брать свои вещи, потому что назад он уже не вернется никогда, - усиленным магией голосом грозит Хельга, надеясь, что это хоть немного охладит их пыл и заставит еще немного подумать, прежде чем рисковать своими шеями.

    Она переводит взгляд с лестниц на пререкающихся соратников и обратно и отвлекается лишь тогда, когда ее плеча касается ее подмастерье Этельред, бледный от страха. Он шепчет ей на ухо свои новости, и Хельга тоже бледнеет и вскидывает голову.
    - Кого?.. - переспрашивает она, надеясь, что ослышалась, но Этельред повторяет и Хельга отмирает: - Не выпускай никого из замка, запри все двери и... Салазар! Годрик нашел в лесу василиска! - окликает она Слизерина, разом забыв про устоявшееся между ними вежливое обращение. Великий Мерлин, что же теперь-то делать?

    +1


    Вы здесь » GEMcross » голубой карбункул » From valley broad...


    Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно