GEMcross

Объявление

    постописцы: освальд - жан - дэниел
    Aaron Minyard & Neil Josten
    Idfc [all for the game]

    Информация о пользователе

    Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


    Вы здесь » GEMcross » философский камень » в аду лишь двое: ты и я


    в аду лишь двое: ты и я

    Сообщений 1 страница 22 из 22

    1

    в аду лишь двое: ты и я
    "нас недостаточно распять, в нас нужно выстрелить раз пять, чтоб души грязные слились в одну опять
    и мы пошли по преисподней погулять"
    https://i.imgur.com/53zOAHE.png https://i.imgur.com/xKknbbI.png
    Haitani Rindo x Haitani Ran

    [nick]Haitani Ran[/nick][status]я хуже, чем ты думал[/status][icon]https://i.imgur.com/Wx136zB.png[/icon][fandom]<div class=fan2>Tokyo Revengers</div>[/fandom][lz]<div class=lzname><a href="https://gemcross.rusff.me/">Хайтани Ран, 19</a></div><div class=lztext>я разберу тебя, мальчик, и соберу тебя снова</div>[/lz]

    Отредактировано Riko Moriyama (2022-08-15 00:59:26)

    +4

    2

    Залетев в дом, Ран громко хлопнул дверью. Та с грохотом ударилась о стену и отскочила обратно. Третий час ночи - обычно время, когда братья возвращались с ночной прогулки по Роппонги, своим владениям.
    Риндо появился следом только спустя несколько долгих секунд, но Рану было уже не до него. Возбуждение и адреналин гнали вперед, на заваленную грязной посудой и мусором кухню, где он, включив свет, загремел разномастными бутылками с алкоголем.
    Не потрудившись найти рюмку, Ран открыл саке и сделал большой глоток из горла, крепко жмурясь от вкуса. Тот ему никогда не нравился, но обстоятельства вынуждали: хорошая драка всегда должна быть запита хорошем количеством алкоголя. Тем более у них был повод.
    - Приятно быть победителями, правда, Риндо? - Задумчиво промурлыкал Ран, стоя над разделочным столом, уперевшись в него обеими руками и безинициативно наблюдая, как кровь по капле капает из разбитого носа. Эти черти из Сибуя его потрепали, но и им тоже досталось. Вспомнив, как повалил одного из них на землю и избил телескопкой по лицу, превратив то в кровавое месиво, Ран улыбнулся одной из своих самых очаровательных и одновременно опасных улыбок, когда зубы были окрашены кровью.
    Сплюнув вязкую слюну в раковину, он расстегнул черный плащ, украшенный символикой банды, и сбросил его на пол, себе же под ноги, оставшись только в белых перчатках, джинсах и тяжелых ботинках.
    - Как-то жарко, не находишь? - Поинтересовавшись у Риндо, Ран, размяв шею и плечи, наконец развернулся к нему, блеснув сталью пирсинга в обоих сосках. Татуировка [точь-в-точь как и у его брата], занимающая всю левую сторону его тела, убегала за пояс и пряталась там. Ран был очень возбужден только что произошедшим и даже не пытался этого скрыть.
    Стерев перчаткой кровь из-под носа и размазав ее по щеке, он ухватился зубами за один из пальцев и, потянув, стащил испачканную перчатку с руки, плотоядно глядя на Риндо. Единственного человека, которого он хотел видеть рядом в этот момент, единственного, которого мог подпустить к себе и единственного, с кем хотел трахнуться прямо сейчас.
    Они делали это...периодически. Имели любовников на стороне, но не пренебрегали и друг другом. Правда для Рана их связь была опасна. Иногда на него находило и делить Риндо с кем-то еще казалось просто невыносимо, мучительно больно, что Ран начинал отравлял жизнь не только другим, но и себе.
    В его картине мира Риндо должен был принадлежать только ему.
    - Иди ко мне, давай выпьем, - позвал он, делая глоток и передавая бутылку брату, одновременно с этим рассматривая его всегда беспристрастное, но сейчас изменившееся от подскочившего адреналина, лицо и натыкаясь глазами на рассеченную бровь.
    Подойдя ближе, Ран взял лицо Риндо в обе руки, коснулся раны губами, а высунув кончик языка, попробовал на вкус кровь. Не за чем, просто так. Та была соленой и сладкой одновременно.
    - Мне нужна игла и зубная нить. Это надо зашить, - сообщил брату Ран, нехотя отпуская его от себя.

    [nick]Haitani Ran[/nick][status]я хуже, чем ты думал[/status][icon]https://i.imgur.com/Wx136zB.png[/icon][fandom]<div class=fan2>Tokyo Revengers</div>[/fandom][lz]<div class=lzname><a href="https://gemcross.rusff.me/">Хайтани Ран, 19</a></div><div class=lztext>я разберу тебя, мальчик, и соберу тебя снова</div>[/lz]

    Отредактировано Riko Moriyama (2022-08-16 15:11:11)

    +3

    3

    От адреналина, который приходит вместе с хорошей дракой, не замечаешь ни боли, ни крови, не чувствуешь каких-то границ дозволенного. Только помнишь, к сожалению, что необходимо останавливаться в какой-то момент, чтобы твой противник не сдох. Один слабак как-то заткнулся и Риндо пришлось пойти отбывать срок за это. Выпустили по молодости, мол, ошибка и все такое, но теперь приходилось себя иногда сдерживать. Это бесило невероятно, потому пара вырванных из суставов рук, когда противник скулит и не может даже двинуться, оказались достаточной мерой для того, чтобы вывести его из равновесия. Когда Риндо дрался, на его невозмутимом лице возникало оживление, а рот растягивался в безумной ухмылке. Уже одно это могло напугать и заставить отступить, потому что, когда братья Хайтани дрались, они никого не щадили.
    Но один выблядок все же решился попереть на него с обрезком трубы и с ревом побежал прямо тараном. Риндо удалось отклониться, когда трубой попытались проломить ему лицо, но бровь все равно рассекли. Если бы не него невероятная гибкость, то точно бы валялся трупом в больничке, а так – обошлось. Ну и мудак по полной обосрался, когда Риндо от души отлупил его ногами. И вот теперь они оба вернулись домой, подсчитывать ранения.
    Младший Хайтани стаскивает перчатки неспешно. Сначала подцепляет самый край, затем стаскивает их с запястья и только потом – с пальцев. Белые перчатки как символ того, что они могут даже не испачкать руки в драке чужой кровью. А вот своей – запросто, стоило до лица дотронуться.
    - Ага, - Риндо выдыхает и идет на кухню, где Ран уже подогревает и так согретое адреналином тело алкоголем. Забирает бутылку и запрокидывает голову, делая пару глотков. Сакэ обжигает горло, заставляет выдохнуть и облизать соленые губы, которые тут же отзываются тянущей болью. Ну да и похрен, он боли не боится.
    Ран оказывается рядом и это заставляет выдохнуть сквозь стиснутые зубы. Не надо быть гением, чтобы понимать его настроение, особенно когда живешь рядом с ним бок о бок. Бровь коротко отзывается болью. Сука, неужели так глубоко…
    - Надеюсь, у того урода не скоро рука срастется, - коротко шикнул сквозь зубы Риндо и расстегнул парой движений плащ, открывая татуировку, зеркально повторяющую тату Рана. Такую, что, если бы они встали друг рядом с другом, образовала бы цельную картину.
    Символ того, что они с братом практически единое целое.
    Младший Хайтани пошарил по шкафчикам и притащил аптечку. Без нее уже как без рук, каждый раз приходилось залечивать какие-то ранения, пусть их было и не так много из-за их умения драться. Там была и игла, и нить и пластыри и даже какая-то дрянь для заживления. Риндо дергает бровью и для начала прикладывает к разбитому носу Рана холодный бинт, чтобы кровь остановилась и отмахивается, когда тот начинает нетерпеливо на него смотреть.
    - Да. Щас. Погоди, - он снова дернул бровью и сделала пару глотков из бутылки для окончательного отупления боли. Затем встает прямо под лампу, опирается локтями на стол и запрокидывает лицо, чтобы Рану было удобнее приноровиться и зашить гребанную рану. Неприятно, но Риндо даже не дергается. Это херня, серьезно, вправлять вывихнутый сустав больнее. К тому же, у Рана руки не трясутся, и он делает все довольно спокойно и быстро. После того, как нить перерезается, Риндо не торопится подняться и стоит в такой же позе какое-то время, прежде чем шевелит плечами и плащ спадает с него окончательно.
    Алкоголь начинает приятно туманить мозги, но не настолько, чтобы он начал отключаться. Адреналин все еще скачет по венам, особенно когда Ран склоняется над ним и Риндо не торопится увеличивать расстояние между ними.
    - И правда жарковато, - хриплым голосом отвечает он на брошенную реплику, обжигая губы горячим дыханием.

    [nick]Haitani Rindo[/nick][status]просто садо-мазо[/status][icon]https://i.pinimg.com/736x/35/75/b2/3575b25b57a6b4cdebe751fc1b0c1d04.jpg[/icon][sign].[/sign][fandom]Tokyo Revengers[/fandom][lz]<div class=lzname><a href="https://gemcross.rusff.me/">Хайтани Риндо, 18;</a></div><div class=lztext>Пусть сильнейшие выживают а слабые умрут.</div>[/lz]

    +3

    4

    Игла вошла в кожу легко и практически беззвучно. Ран делал это уже много раз, хоть и не имел никакого специального образования. Шить чужие раны научила его жизнь, они с Риндо с малолетства участвовали во всевозможных разборках и дрались за территорию, пока наконец несколько лет назад не объявили Роппонги своим, собрав под своим началом всех тех, кто хотел держаться к братьям Хайтани поближе.
    Ран действовал быстро, но без спешки и мельтешения, молча, ювелирно делая свою работу, накладывая стежок за стежком. Спрашивать Риндо о том, больно ли ему, не было необходимости, ведь законы улицы крайне просты: больно - терпи. Они оба знали это слишком хорошо.
    Когда работа была практически закончена, Ран, прихватив один конец нити зубами, сделал узел, а потом перерезал ее, внимательно рассматривая маленький аккуратный шов, который совсем не портил лицо брата. За круглыми очками его будет даже незаметно.
    - Готово, как новенький, - негромко проговорил Ран, давая Риндо время на то, чтобы прийти в себя и снять плащ.
    Снова беря его лицо в обе руки, Ран сначала долго смотрит в родные глаза, купаясь в их фиолетовом цвете и греясь о тепло чужих губ, и только спустя время целует, медленно, но глубоко, продолжая держать голову брата задранной вверх. 
    Поцелуй очень быстро приобретает привкус его собственной крови, но Ран не обращает на это внимания. Ему хочется этой близости, тепла, хочется Риндо, и постепенно он начинает оттеснять его назад, в гостиную, к дивану, не забыв прихватить с собой бутылку с саке.
    Опустившись на разобранный диван [вчера Риндо снова ночевал не один?], они прерываются, чтобы выпить. Их гостиная, освещенная светом с кухни, заваленная вещами, коробками из-под стрит-фуда и сигаретными окурками совсем не располагает к романтичной атмосфере, но, кажется, ни одного из них это не смущает, Рану точно это не нужно.
    Пока Риндо пьет, он дотягивается до пульта и, включив новостной канал, ставит умеренную громкость. Трахаться в полной тишине скучно, Риндо это знает, а Ран пользуется своим положением старшего и не спрашивает второго мнения, пьяно улыбаясь и притягивая младшего к себе.
    Они лижутся, пока у обоих не начинают болеть губы. Часть с поцелуями у Рана самая любимая, потому что как целуется с ним Риндо, так не целуется с ним никто. Никто не может чувствовать настроение лучше него, предугадывать желания, обнимать, греть, быть рядом. Рану не нравится спешка, Риндо это знает, и они оба не торопятся, наслаждаясь друг другом.
    От губ поцелуи переходят к шее. Целуя, Ран тянет носом запах чужого пота, тела, запах драки, улицы и ночи. Кусает зубами кожу, заставляя порывисто вздыхать и морщиться, оставляет мокрые следы и наконец валит на спину, нависая сверху, а рукой сжимая оказавшуюся беззащитной шею. Но не душит, только удерживает, плотно прижимаясь пахом между разведенных ног, будто они оба уже без одежды и готовы стать единым целым.
    Рану нравится контроль, а еще нравится, когда Риндо только ему позволяет делать это с собой. С другими тот не церемонится, не млеет под ними, а только берет свое, Ран сам это видел и не раз.
    Собственное привилегированное положение сносит крышу. Выпитое приятным теплом согревает все тело и туманит разум. Соски твердеют, а сталь в них только усиливает возбуждение. Ран делает плавное движение бедрами, двигаясь вперед, продолжая удерживать Риндо на месте. Затем еще одно. И еще. Им обоим жарко, обоим тесно, хочется избавиться от остатков одежды, но Рану хочется еще немного поиграть, понаслаждаться чужим телом и сделать так, чтобы Риндо сам просил взять его.
    - Сними штаны и развернись ко мне спиной, - шепчет Ран в губы брата, наконец разжимая руку на шее, чтобы дать пространства для маневра, - хочу знать, какой ты сейчас на вкус. 

    [nick]Haitani Ran[/nick][status]я хуже, чем ты думал[/status][icon]https://i.imgur.com/Wx136zB.png[/icon][fandom]<div class=fan2>Tokyo Revengers</div>[/fandom][lz]<div class=lzname><a href="https://gemcross.rusff.me/">Хайтани Ран, 19</a></div><div class=lztext>я разберу тебя, мальчик, и соберу тебя снова</div>[/lz]

    Отредактировано Riko Moriyama (2022-08-16 19:58:17)

    +3

    5

    Их более глубокие отношения начались после того, как Риндо вернулся после колонии. Когда пребывание за решеткой насильно разлучило их с Раном. Младший Хайтани внешне оставался таким же спокойным и ни один мудак не мог к нему подойти, но изнутри его разрывало от того, что он может въебать, не находясь спина к спине со старшим. Не слышать его насмешливые издевательства, не видеть его лица, не запускать пальцы в волосы, пока аккуратно и ловко заплетает их длинными пальцами, пока не смотрит в такие же, как и у него, глаза. Это выматывало. Потому, когда он наконец-то вышел и прижался лбом к его лбу, все и случилось. Смазанно, странно, непонятно, хаотично, жадно, как и происходит у подростков. Тогда он впервые оказался под кем-то. Ран был первым, кому он отдал себя, настолько жадно желал быть рядом.
    Первым - и единственным.
    С другими Риндо не тратит время на длительные прелюдии. Даже если и есть поцелуи - то жесткие, неподатливые, доминирующие, от которых, впрочем, тоже кто-то течет. Но не с Раном. Особенно если тело так расслаблено после алкоголя, но кровь еще активно стучит в висках. Странное и опасное ощущение, но как же похер. Главное ощущать вкус саке на чужом языке, который медленно обволакивает его собственный, прижиматься татуированными и нетатуированными частями торса, пока не станет трудно дышать. Риндо лишь выдыхает негромкое "Х-хаааа..." пока Ран целует его шею и прижимает его к дивану приятной тяжестью своего тела. В штанах тесно и жарко, ему хочется, чтобы Ран взял его, но куда торопиться? Они смогут сделать это не раз и не два, у них хватит выносливости даже после драки. Но пока он лишь мускулистыми ногами обхватывает чужие бедра, подаваясь вперед и издает хрипящий звук, пока рука брата держит его за горло. Напряженные соски задевают по груди и заставляют закрыть глаза, иначе от возбуждения он нахер с ума сойдет, пока прижимает Рана к себе плотнее объятиями и жмется к нему. Риндо не был ведомым, но на него... На него ведется.
    Несмотря на то, что у него уже стоял, Риндо стаскивает с себя остатки одежды неспешно и размеренно, пусть и чуть быстрее, чем обычно. Младший брат замедлял старшего, а старший напротив, мог ускорить его, если было необходимо. Они двое - это идеальный баланс, которому больше ничего не нужно за их пределами.
    Но они все равно не вместе постоянно. Так уж получалось.
    Спина Риндо чуть поблескивает от проступившего пота, когда он, предварительно еще раз дразняще неторопливо засосавшись с Раном и прижавшись к нему голым телом, разворачивается и ложится на живот, податливо подставляясь под брата. Больше нихрена не надо, только чувствовать его руки и губы на своем теле, ощущать, как вставший под одеждой член прижимается к его заднице. Никаких мыслей никаких последствий, нахер это все, только быть рядом, только дать ему то, что он хочет. Что они оба сейчас хотят.
    У него такой стояк, что кажется, сейчас будет даже больно. Но ничего, он привык терпеть боль.
    Жаль только Ран снял перчатки. Прикосновение пальцев в тонком бархате ткани к любому участку тела могло возбудить ничуть не хуже поцелуев.

    [nick]Haitani Rindo[/nick][status]просто садо-мазо[/status][icon]https://i.pinimg.com/736x/35/75/b2/3575b25b57a6b4cdebe751fc1b0c1d04.jpg[/icon][sign].[/sign][fandom]Tokyo Revengers[/fandom][lz]<div class=lzname><a href="https://gemcross.rusff.me/">Хайтани Риндо, 18;</a></div><div class=lztext>Пусть сильнейшие выживают а слабые умрут.</div>[/lz]

    +3

    6

    Рану было четырнадцать. Его белокурые волосы уже достигали лопаток и все чаще и чаще были заплетены в две аккуратные косы, что позже стало его визитной карточкой. Его взгляд уже тогда был тяжелым, жестоким и незаинтересованно блуждал по лицам людей, которые оказывались перед ним, будто те были вовсе не отдельными личностями, а всего лишь мясом, которое можно пустить в расход.
    Ран слишком рано повзрослел, слишком рано осознал свою сексуальность, рано обжегся на этом и перестал доверять тем, с кем у него могло что-то да выйти. А еще он слишком рано лишился родного брата, отправленного в колонию за убийство на несколько лет. Все время разлуки Ран безуспешно пытался залатать дыру в груди и хоть чем-то заполнить образовавшуюся там пустоту. Положение, которое он теперь занимал, позволяло самому выбирать, чего он хочет и с кем, и это, кажется, было единственным, что удерживало на плаву.
    Он никогда не был снизу, потому что это было не в его природе. Даже если чей-то член и оказывался внутри него, все равно трахал он, и то потому, что сам так решил, сидя верхом, крепко сжимая коленями чужие бедра, а руками стискивая чужую шею.
    Сближение с Риндо было лишь вопросом времени и его выход из колонии, пожалуй, стал самым удачным для этого моментом. Точкой старта, точкой отсчета.
    - Теперь я тебя никогда и никуда больше не отпущу, - поклялся брату Ран, когда они под утро валялись голые в обнимку в еще не успевшей остыть постели. Возможно, тогда ни один из них не понял, что именно произошло, но потом с каждым таким разом Ран стал все больше отдавать себе отчет и теперь не хотел делить Риндо ни с кем. Ни с кем и никогда.
    Он поджал губы, наблюдая, как тело брата выгибается, подстраиваясь под него, как тот изнемогает от желания, каким налитым и тяжелым стал его член. Ран кладет обе руки на его бедра и тянет вверх, чтобы Риндо привстал на колени для их общего удобства. Склонившись над ним, старший целует младшего в плечо, затем между лопаток и ниже.
    Оставив несколько мокрых поцелуев на пояснице, Ран кладет на нее ладонь и большим пальцем дотрагивается до входа, до плотно сжатого колечка из мышц. Слегка надавливает, массирует, заставляя расслабиться, свободной рукой помогая расслабиться и себе, разминая член, освободив его из плена тесных джинс.
    Накопив во рту достаточно слюны, он сплевывает, позволяя ей стечь между ягодиц самостоятельно, и только потом наклоняется, наконец касаясь губами самого чувствительного и незащищенного сейчас места на теле брата, жадно впиваясь в него губами и начиная лизать, активно работая языком. В нем тоже есть пирсинг, и Риндо уже знает, что от прикосновения прохладного металла к горячей коже с ума можно сойти.
    Очень скоро небольшая полутемная комната заполняется стонами. Те перекрывают шум телевизора, и через время Ран начинает стонать в унисон с братом, изнывая от возбуждения. Терпеть остается все меньше и меньше сил, но он еще не закончил, ему хочется посмаковать чужой вкус еще немного, еще чуть-чуть.
    Наклонившись ниже, Ран скользит губами по коже, по члену, целуя его, проводя языком и, наконец, извернувшись, ловя ртом сочащуюся головку. Согрев дыханием и с влажным звуком выпустив изо рта, Ран сжимает и настойчиво трет ее большим пальцем, стимулируя Риндо принять решение, которое нужно им обоим.
    - Я сделаю для тебя все, ты только попроси.

    [nick]Haitani Ran[/nick][status]я хуже, чем ты думал[/status][icon]https://i.imgur.com/Wx136zB.png[/icon][fandom]<div class=fan2>Tokyo Revengers</div>[/fandom][lz]<div class=lzname><a href="https://gemcross.rusff.me/">Хайтани Ран, 19</a></div><div class=lztext>я разберу тебя, мальчик, и соберу тебя снова</div>[/lz]

    +3

    7

    Порой у Риндо возникали желания самому взять брата. Оказаться сверху, так же медленно целовать его, заниматься неспешным сексом, от которого его тело будет выгибаться и на лице возникнет похотливая счастливая улыбка, запускать пальцы в волосы, сжимать их в руках и притягивать к себе для поцелуя. Он мог представить это – но не мог сделать из-за того, что произошло с Риндо в прошлом, из-за того, что один уебок покусился на него когда-то. Впрочем, того уебка больше нет, ведь младший Хайтани хладнокровно убил его.
    Это стоило проведенных в колонии лет. Как и эта порочная связь с братом.
    - Х-хааа, бля… - он стонет в свою руку, когда губы и язык Рана неспешно и несдержанно начинают ласкать его сзади. Это расслабляет, от этого хорошо и даже смазка не потребуется, он и так уже нехило возбудился, да еще и алкоголь ослабляет болевые ощущения. Риндо спал только с Раном и не так часто, потому, когда он входил в него, то смеялся низким смехом от того, как ему было хорошо и узко внутри. Если только они не трахались несколько дней подряд, что случалось еще реже.
    Но увы, потребности Риндо доминировать в сексе не приносили полной удовлетворенности в отношениях с братом, потому он уходил к другим. Ран все понимал, конечно. Но младший видел, как у старшего порой сжимались кулаки, когда он видел его с другими и это тоже в какой-то степени заводило. Главное успевать послать того, с кем он спал, куда подальше, чтобы Ран не смог избить его до полусмерти.
    «Блять», - нет, это не возмущение, это насмешка, когда Ран, ласкающий его, говорит о том, что сделает все, что младший попросит. Но проблема в том, что, если он не попросит – старший будет продолжать сладко его мучать. Своего рода легкое издевательство, которое Рнндо тоже слишком хорошо понимал, потому что порой хотел сделать так же.
    Потому и говорит то, что Ран хочет услышать сейчас больше всего.
    - Блять, Ран… - тяжело дышит, пока ощущает длинные нежные пальцы, что могут с такой легкостью и ласкать и расшибать лица.
    - Трахни меня, - у него почти в глазах темнеет, когда старший прижимается к нему сзади.
    - Вставляй скорее, - он чуть подается вперед, выдыхает судорожно, пусть Ран и осторожен, почти нежен в этот момент, его грудь прижимается к его спине и ощущение заполненности вышибает мозги нахер. Риндо дышит тяжело, судорожно, содрогаясь от движения внутри себя, стонет, почти перекрывая шум телевизора, ему хорошо, ему охуенно сейчас, но ему хочется еще больше, потому он выгибается в спине и хрипло произносит куда-то через плечо.
    - Жестче. Сделай это жестче, - как бы сильно Ран ни любил его, ему нужно выпустить этот адреналин, нужно дать выйти эмоциям, отпустить себя и дать истинной натуре психопата выйти наружу, чтобы их тела соприкасались с громким звуком. Риндо знает, чего он хочет, потому что и сам поступал так же.
    Внутри становится совсем горячо, и он судорожно выдыхает, цепляясь пальцами за обивку дивана, хватаясь рукой за готовый излиться член и протяжно стонет, пока Ран продолжает входить в него, потому что знает, что это еще не конец и старший братец наверняка придумает что-то еще.
    И за это он готов оторвать голову любому, кто полезет в его сторону.

    [nick]Haitani Rindo[/nick][status]просто садо-мазо[/status][icon]https://i.pinimg.com/736x/35/75/b2/3575b25b57a6b4cdebe751fc1b0c1d04.jpg[/icon][sign].[/sign][fandom]Tokyo Revengers[/fandom][lz]<div class=lzname><a href="https://gemcross.rusff.me/">Хайтани Риндо, 18;</a></div><div class=lztext>Пусть сильнейшие выживают а слабые умрут.</div>[/lz]

    Отредактировано Jesper Fahey (2022-08-17 09:27:31)

    +3

    8

    Рану нравится, когда его просят. Когда его умоляют. Особенно, когда это делает Риндо, в своей привычной, грубой манере, не выбирая выражений, но только Ран знает, что на самом деле все это значит.
    Тонкие губы растягиваются в довольной усмешке. Низкий тягучий смех сопровождает торопливую возню. Риндо уже совсем не терпится, но старший все еще медлит, дразня его и заигрывающе проезжаясь скользкой головкой по горячему входу. Туда-сюда. И еще раз.
    - Заткнись, я понял, - Ран все еще продолжает издевательски хихикать, но просьбу удовлетворяет, потому что сам ужасно сильно этого хочет. От возбуждения у него даже член стал болезненно ныть, скопившаяся после драки энергия требовала немедленного выхода, и стоило ему оказаться внутри разгоряченного желанием тела, стоило ощутить тесноту и жар, как Рану стало неимоверно, просто потрясающе хорошо.
    Длинные пальцы крепко вцепились в бедра, потянув их на себя. Сначала без спешки, совсем неторопливо. Рану хотелось прочувствовать брата от и до, как он сжимается, как стискивает его в себе, будто в тисках, как расслабляется, впуская, давая двинуться глубже.
    - Будешь мне указывать, как трахать тебя? - Его шепот все еще такой же. Издевательский, дразнящий. Заставляющий почувствовать свое место. Потому что Риндо нужно было и это тоже. Невозможно двадцать четыре на семь строить из себя крутого. Ран знал это по себе.
    - Мелкая сука, - он ударяет его по заднице обеими руками и хватается за бедра снова, но уже не натягивая, а резко, жестко дергая на себя.
    Разговоры заводят их обоих и терпения катастрофически не хватает. Рану хочется еще поиграть с Риндо, заставить его выть, но он сгорает как спичка, срывается как пес с цепи, начиная двигаться в рваном нетерпеливом темпе, останавливаясь только для того, чтобы сплюнуть на основание собственного члена и начать все заново.
    Это не было похоже на секс, это было похоже на случку. Маниакальная долбежка сопровождалась похабными шлепками и длилась до тех пор, пока Ран не ощутил, что Риндо уже не сжимает его так крепко, как в самом начале. Очередная улыбка, полная удовольствия и сытости, трогает губы, и Ран, не вынимая члена, добавляет к нему оба больших пальца, сгибая их и насильно, возможно даже болезненно растягивая брата, немного снижая градус возбуждения их обоих.
    - Нравится, а? Нравится, когда с тобой так? Тебе нра-а-авится, я знаю, можешь не отвечать.
    Позже он все-таки вынимает член, чтобы сплюнуть внутрь и наконец отпустить. Хлопок по заднице звучит громко. Ран замечает, как Риндо тянется к возбужденному подтекающему члену между ног, но мгновенно это пресекает, толкая, чтобы перевернулся на спину.
    - Куда? Кончишь, когда я скажу. Переворачивайся.
    Ран забирается на брата очень проворно, седлая и не позволяя перевести внимание куда-то еще. Молча, он берет его член в руку и направляет в себя, опускаясь через силу, зажмурив глаза, но без единого звука.
    Член Риндо влажный, правда этого недостаточно, чтобы сесть на него одним слитным глубоким движением, поэтому Ран двигается рывками, уперевшись коленями по обеим сторонам от чужих бедер.
    С каждым новым толчком он насаживается усерднее, яростнее, но бдительности не теряет, не позволяя Риндо касаться себя, ударяя по рукам при каждой такой попытке, а потом и вовсе сжав ему шею, чтобы переключить внимание.
    Никто не мог трогать Рана Хайтани, пока этого не захочет он сам.

    [nick]Haitani Ran[/nick][status]я хуже, чем ты думал[/status][icon]https://i.imgur.com/Wx136zB.png[/icon][fandom]<div class=fan2>Tokyo Revengers</div>[/fandom][lz]<div class=lzname><a href="https://gemcross.rusff.me/">Хайтани Ран, 19</a></div><div class=lztext>я разберу тебя, мальчик, и соберу тебя снова</div>[/lz]

    Отредактировано Riko Moriyama (2022-08-18 02:54:56)

    +3

    9

    Алкоголь приглушает боль, но она все равно простреливает его, когда Ран трахает его куда жестче, так что Риндо прикусывает предплечье и неопределенно мычит, оставляя следы собственных зубов на коже.
    - Гххааа... Сссука, - боль и удовольствие - две составляющие, с которых башню срывает окончательно. Позволять такое кому-то - роскошь непозволительная, Риндо не был тем, кто получал боль, он ее причинял. Но с Раном все совершенно по-другому, с ним можно оставить все условности и сделать так, как именно он того желает, дать ему то, что он хочет. Нет. То, что хотят они оба, так сильно и жестко, от чего почти мутит. Риндо куда выносливее, чем может показаться и адреналин еще и от чувства опасности настолько зашкаливает, что это опьяняет сильнее, чем выпитое сакэ.
    Он уже готов кончить, когда Ран переворачивает его на спину. Ссссука, как же Риндо хотелось вцепиться в этот момент в его бедра, чтобы яростно насадить его на свой член, вбить его по самое основание, трахнуть в ответ так, чтобы тот еще неделю не мог ходить, он даже забывается на мгновение, но Ран сжимает его шею и указывает ему, что нет, он не может этого сделать. Риндо почти ненавидит его в этот момент, но эти мысли улетучиваются, потому что ему хорошо пиздец как, невозможно просто, хочется, чтобы это не прекращалось ни за что, пусть они оба уже находятся на грани. У Рана безумная улыбка, когда он сжимает его шею, дышать от этого сложнее, но ничего, это все еще терпимо... До какого-то момента.
    Потому что иногда старший слишком увлекался и кажется, этот раз был именно таким. Пальцы, что сжимали горло Риндо, оказались стиснуты слишком сильно, почти на грани, дышать становилось сложнее. Младший Хайтани ощутил, как закатываются его глаза и схватил брата за предплечье, предупреждая.
    - Ран... - его голос звучит хрипло и предостерегающе. Кажется, что в порыве безумия тот даже забыл, с кем именно находится и вовсе прекратил себя контролировать.
    - Ран... - ногти впиваются в руки, оставляя красные борозды на предплечье. В глазах темнеет, Риндо уже практически сипит в приступе удушья, а в голосе звучит то, чего не звучало прежде почти никогда.
    - Хватит, - это слово звучит тихо, тише шлепков о бедра, но кажется, Ран смог его услышать, потому что удушье пропадает, но Риндо все еще не может вернуть себе дыхание и лишь сильный удар по щеке, от которого открывается рана и кровь снова начинает течь по лицу, приводит его в чувство и заставляет судорожно вдохнуть. С громким чпоком его член освобождается от тесного плена, но тут же попадает в плен чужой ладони, пока Ран сжимает оба члена, к которым можно было и не прикасаться, так быстро они оба начинают изливаться горячей спермой. Риндо дышит, не открывая глаз и не сразу может перевести дыхание. Сил практически нет, это временно, еще немного и он снова встанет во всех смыслах, но сейчас просто нужно отдышаться.
    Он чувствует шевеление рядом, Ран определенно точно склонился перед ним. Риндо даже не нужно открывать слегка близоруких глаз, чтобы точно знать, где старший находится. Касается щеки почти нежно, оглаживает ее и произносит успокаивающее и необходимое.
    - Я в порядке. Не парься, - забей, Ран, просто за-бей, херня случается, ты тут ни при чем.

    [nick]Haitani Rindo[/nick][status]просто садо-мазо[/status][icon]https://i.pinimg.com/736x/35/75/b2/3575b25b57a6b4cdebe751fc1b0c1d04.jpg[/icon][sign].[/sign][fandom]Tokyo Revengers[/fandom][lz]<div class=lzname><a href="https://gemcross.rusff.me/">Хайтани Риндо, 18;</a></div><div class=lztext>Пусть сильнейшие выживают а слабые умрут.</div>[/lz]

    Отредактировано Jesper Fahey (2022-08-18 09:04:41)

    +3

    10

    Чужие грязные, отвратительные, мерзкие, липкие руки шарят по детскому телу, и Ран не знает, как это остановить. Его визгливые, истеричные, полные ужаса крики разносятся по докам, но никто не спешит ему помочь. Там никого нет, кроме них двоих.
    Он далеко от дома, далеко от брата. Он там совсем один. В самый худший, в самый страшный день своей жизни. Ран бы рад обо всем забыть, разбить себе голову, стереть память, только вот руки, лапающие его везде, как тысячи и тысячи мелких насекомых, облепивших все тело, он не может забыть до сих пор. Он их боится, он их ненавидит. И ненавидит себя за бездействие. Что сейчас, что тогда.
    Эти воспоминания из прошлого болезненные, прикосновения к себе в настоящем - тоже. Ран не понимает, что болит сильнее и пытается защититься, напасть, ударить первым. Все происходит слишком быстро, он ничего не успевает понять. Как короткие ногти брата скребут по руке он не чувствует, желание догнать этот гребаный оргазм сильнее всего на свете, но что-то его все-таки останавливает, пробиваясь сквозь толщу возбуждения, сквозь ватное алкогольное отупение. Голова проясняется всего на секунду, Ран разжимает руки, бьет брата, соскакивает с его члена и дальше действует уже по инерции, желая поскорее со всем покончить, потому что чувство вины начинает заживо обгладывать его уже сейчас.
    Он, блять, чуть его не убил. Чуть не придушил Риндо. Опять думал только о себе.
    Дыша через раз, Ран склоняется над держащим глаза закрытыми братом так, что длинные косички повисают по обеим сторонам раскрасневшегося лица.
    - Блять, твою мать, - он замечает кровь поздно. Чертыхается и слезает с тела Риндо, спеша убраться от него подальше. Совесть хватает за горло в самый неподходящий для этого момент. Ран скрывается на кухне, возится там в поисках перекиси и ваты, попутно успевает сделать несколько глотков из новой бутылки, чтобы успокоить нервы. Что-то роняет, разбивает и крепко-крепко жмурится в надежде, что все как-нибудь наладится само.
    К Риндо Ран возвращается через время. Ему приходится вернуться. Он не извиняется, не может, но садится на пол на колени в изголовье, прижимая мокрый от перекиси кусочек ваты к открывшейся ране над бровью, успокаивающе гладя по волосам, перебирая их, пытаясь ласково намотать на палец. Те тусклые при таком свете, но на ощупь мягкие и наверняка пахнут шампунем, который стоит у них в душе.
    Дурацкие пьяные мысли. Ран одергивает себя и возвращается в реальность, вновь рухнувшую на него фактом, что он сделал Риндо больно и все испортил. Не париться тут очень сложно, Рин.
    - Хочешь, пойдем ко мне? Попробуем еще раз, - Ран честно пытается загладить вину. Его спальня дальше по коридору, там двухспальная кровать, чистые простыни и туда он никого не водит, никого там не трахает. Только Риндо иногда. Получить туда приглашение - большая привилегия, Ран любит просыпаться один.
    В комнате прохладно. И все будто бы нормально. Они входят туда взявшись за руки, переплетя пальцы в замок. Ран на правах хозяина забирается на кровать первым и хлопает по месту рядом с собой, подзывая к себе брата. Можно, Риндо, можно, не парься.
    - Как твое горло? Отсосешь мне? Или сделаем это друг другу? Сможешь уровнять счет.

    [nick]Haitani Ran[/nick][status]я хуже, чем ты думал[/status][icon]https://i.imgur.com/Wx136zB.png[/icon][fandom]<div class=fan2>Tokyo Revengers</div>[/fandom][lz]<div class=lzname><a href="https://gemcross.rusff.me/">Хайтани Ран, 19</a></div><div class=lztext>я разберу тебя, мальчик, и соберу тебя снова</div>[/lz]

    +3

    11

    Риндо молчит, просто пытается дышать через начинающее опухать горло, где уже еле заметно начинают проступать следы пальцев Рана. Это ничего, пройдет через какое-то время. Старшему и раньше башню рвало, но чтобы вот так – впервые. И младший не может его в чем-то обвинять, потому что в нем самом сидит глухое, ворочающееся острым кинжалом чувство вины.
    Он оставил его одного тогда. Он не пришел на помощь. Он попытался тогда утешить рыдающего Рана, но стоило ему нависнуть над ним, как тот закричал от ужаса и едва не ударил его. Лишь только когда Риндо сообразил сесть на пол и оказаться ниже его, тогда Ран дал ему удержаться за руку. Тогда старшему стало немного легче.
    Риндо было жаль, что тот ублюдок, что сделал его брата таким, сдох слишком уж быстро. Когда Ран смотрел на то, как Риндо уводит полиция, невозмутимый младший открыто улыбнулся старшему.
    «Я сделал это для тебя».
    Но убийство мудака, что посмел тогда тронуть Рана, не исцелило его полностью, приступы безумия остались, атрофировалось чувство жалости и вот даже его он чуть было не убил сейчас. Но кого и винил в этом Риндо – то только себя.
    Не смог уберечь.
    Не смог не дать ему стать таким.
    Звук шагов заставляет ресницы дрогнуть, но глаз он пока так и не открывает – иначе зальет кровью из открывшейся раны. Старший Хайтани мягко и аккуратно убирает его и зарывающиеся в волосы пальцы заставляют младшего тихо выдохнуть, но тут же вновь почти болезненно сморщиться – горло все еще саднит. Хреново. Очень.
    - Давай, - Риндо наконец открывает глаза. Кровь больше не течет, шевелиться особенно не хочется, но он все равно предварительно стирает следы прошлого ну относительно удачного секса с помощью салфеток, чтобы быть немного чище и поднимается с дивана, чуть пошатываясь то ли от алкоголя, то ли от недавно пережитого чувства… чего? Страха умереть? Ужаса за Рана, который и сейчас винил себя за то, что произошло? Нахуй. Нахуй эти мысли, теплые пальцы сжимают его ладонь и можно наконец-то самому успокоиться и пойти туда, где обстановка меняется. Риндо рассеянно думает, что утром надо бы вызывать ту уродину из клининговой службы. Та работала молча, незаметно и быстро. А еще помалкивала обо всем, что происходило в квартире за дополнительные чаевые. Спать с такой было брезгливо, пнуть ее лишний раз – лениво, проще просто не замечать. Так в их квартире будет хоть какое-то подобие порядка.
    Но это уже утром. Позже.
    Риндо прикладывает пальцы ко лбу непроизвольным жестом. Он всегда делает так, когда задумывается над чем-то. Но затем все же опускается рядом и ложится на спину. В ответ на предложение чуть качает головой и прикладывает пальцы к горлу, чтобы прикинуть степень опухания.
    - Сойдет, - он чуть хрипит, но это можно перетерпеть. Не сахарный, и не с такой херни не ломался. Руки и ноги на месте, глаза не выколоты. Все нормально. Проблема в том, что, если он будет сверху хотя бы на мгновение, для Рана это снова будет мучительно. Они могли бы попробовать, но… Слишком опасно и губительно для обоих.
    Какие-то свои страхи Риндо трахать хотел. Но страх за Рана - это другое совершенно. Только если...
    - Иди сюда, - он приближает лицо и приоткрывает рот, чтобы губы снова мягко и влажно слились в поцелуе, почти нежном и успокаивающем. Блять, двигаться реально больновато, скулы сводит еще после прошлого раза, но... Ничего. Не в кровь разъебались - и ладно.
    Риндо хочется побыть сверху, но он снова ложится вниз, пока бедра Рана нависают над ним, а сам он склоняется над его членом. Можно было бы отсосать по очереди, но зачем это делать, если человечество придумало позицию, в которой это можно делать одновременно? Сначала неспешно и легко, отчего снова встает и начинает течь, а затем и чуть жестче, глубже, насколько это возможно. Боль в горле все же ощущается, но поебать. Это не то, отчего можно отказываться, будто ты ебаная капризная принцесса, а не здоровый парень, который жрет стекло на завтрак и закусывает крепкой дракой на обед.
    Это просто еще один способ сказать, что "Все в порядке".

    [nick]Haitani Rindo[/nick][status]просто садо-мазо[/status][icon]https://i.pinimg.com/736x/35/75/b2/3575b25b57a6b4cdebe751fc1b0c1d04.jpg[/icon][sign].[/sign][fandom]Tokyo Revengers[/fandom][lz]<div class=lzname><a href="https://gemcross.rusff.me/">Хайтани Риндо, 18;</a></div><div class=lztext>Пусть сильнейшие выживают а слабые умрут.</div>[/lz]

    +3

    12

    Ран никогда не винил Риндо в случившемся. Тогда они оба были всего лишь детьми и было глупо винить кого-то, кроме ублюдка, решившего, что насильственный секс с двенадцатилеткой - это круто. И не смертельно.
    В душе Ран знал, что рано или поздно отомстит, обещал это себе, и пусть для этого потребуется целое десятилетие и еще одно, проведенное в тюрьме. Правда, так долго ждать ему не пришлось, шанс предоставился намного раньше, всего-то два года спустя.
    Та драка за Роппонги вошла в историю и пересказывалась на улицах до сих пор. Ран помнил тот вечер практически поминутно. Помнил, как сначала встал напротив выродка с татуировкой на шее и отвратительной сальной, желтой от курева улыбкой, и как Риндо, не говоря ни слова, встал рядом, заслоняя своим плечом. Это был один из немногих раз, когда старший уступил младшему, позволив отомстить за себя. Они практически об этом не говорили, мало упоминали, но Ран всегда чувствовал и знал, насколько Риндо это важно.
    Быстро разобравшись со своим оппонентом, Ран подлетел к брату. Поговаривали, что они забили того мудака насмерть вдвоем и мол это было не по правилам, но Ран знал, что ударил труп. Кровоизлияние в мозг произошло моментально, - Риндо постарался, - и все отчаянные, жестокие удары дубинкой, которые нанес он сам, выплескивая свою ненависть пополам с болью, пришлись уже по бездыханному телу.
    Когда копы уводили Риндо, заломив руки за спину, их взгляды со стоящим и смотрящим на все Раном встретились. У них было всего мгновение, чтобы попрощаться.
    «Я буду тебя ждать и дождусь».
    Нависнув над Риндо, Ран упирается коленями в постель и держит в голове мысль, что ему не стоит двигаться, не стоит усугублять. Желание реабилитироваться перед младшим оказывается сильнее собственного возбуждения и он не подмахивает бедрами, когда член оказывается в горячем мокрой плену.
    В плане отсоса Риндо восхитительный. Делает все как надо и даже больше, несмотря на саднящее горло. Ран, держа член во рту, уже изнемогает и мычит от удовольствия. Ему очень хочется толкнуться поглубже, так, чтобы головка проехалась по языку, по его основанию и оказалась в глотке, но он нарочно сдерживается, позволяя себе лишь вилять бедрами из стороны в сторону.
    Сам сосет и лижет очень покладисто, будто зализывая собственную вину, которая еще слишком свежая, чтобы вот так запросто отпустить и не думать.
    Шарик от пирсинга в языке утыкается прямо в уретру. Ран давит, целует и посасывает подтекающую головку, пока не решает, что трахаться уже хочется просто неимоверно.
    - Все, хорош, дай перевернусь, - он тормозит брата и аккуратно слезает с него и с постели, присаживаясь на корточки, чтобы пошарить под кроватью. Под ней есть коробка из-под обуви, но внутри нет ничего секретного: несколько разных смазок, игрушки, полицейские наручники, кляп, еще какая-то дрянь и мелочь. Хватая смазку, он лезет обратно, устраиваясь между ног Риндо, сперва смазывая его, а потом и себя.
    - Готов? - Ран спрашивает по привычке, хотя в этом нет необходимости. Они с Риндо чувствуют друг друга слишком хорошо.
    Взявшись за одну ногу брата, Ран целует ее у колена, у лодыжки, а потом и у самой ступни. Кладя ее себе на плечо, он наклоняется, беря в руку член и со стоном толкается в готовое тело, ощущая, как приятное тепло обволакивает, будто бы засасывая в себя, внутрь.
    Спрашивать, как младшему в таком положении, тоже нет нужны. У Риндо отличная растяжка, это знает не один Ран, но пользоваться этим хитрым скиллом может только он.
    Ран по-своему хитро и опасно улыбается. У них впереди целая ночь.

    [nick]Haitani Ran[/nick][status]я хуже, чем ты думал[/status][icon]https://i.imgur.com/Wx136zB.png[/icon][fandom]<div class=fan2>Tokyo Revengers</div>[/fandom][lz]<div class=lzname><a href="https://gemcross.rusff.me/">Хайтани Ран, 19</a></div><div class=lztext>я разберу тебя, мальчик, и соберу тебя снова</div>[/lz]

    Отредактировано Riko Moriyama (2022-08-22 22:45:42)

    +3

    13

    Ран и Риндо стали жестокими не потому, что очень-то желали этого сами. Оба внешностью пошли в мать, красивую блондинку, которая, впрочем, была очень болезненной и слабой и рождение второго ребенка вовсе подкосило ее. От отца разве что достался рост и то, только одному Рану. Мать скончалась слишком рано, чтобы Риндо ее помнил. Зато прекрасно помнил нежелание оставаться одному в квартире с отцом и задерживался после школы, сидел у стены, чтобы Ран пришел, и они вместе вернулись домой. Один раз он даже умудрился заснуть, так что старший принес его домой на спине.
    Поначалу отец довольно спокойно себя вел, но потом начал пить и распускать руки на детей, слишком напоминавшем ему о гибели жены. Причем Рнндо, как более слабому, доставалось больше. Но братья уже тогда объединились и внезапно стали давать отцу яростный отпор. Прекратили плакать, потому что им приходилось быть сильными.
    Они распускали кулаки, когда кто-то хотел что-то вякнуть насчет их внешности. Распускали кулаки, если казалось, что на них кто-то смотрит. Смотрели волком в ответ и наращивали свою мощь в боях.
    После того, что случилось с Раном, они дрались еще яростнее и последние остатки жалости растворились внутри. Возможно, что-то хорошее и теплое у них осталось – но они хранили это исключительно друг для друга.
    Ран мог бы и не нежничать с ним сейчас, но Риндо тянется к этому вниманию, этим крохам тепла, неосознанно. Слово «любовь» для тех, кто пережил ебаный ад, не существует. Есть привязанность, притяжение друг к другу, сильное сексуальное влечение, которое выражается в этих поцелуях и в отношении даже сейчас. И от этого ярче оргазмы,  сильнее сжимается все внутри, хочется больше прикосновений.
    - Х-хаа… Ран… - голос все еще звучит хрипловато, изо рта тянется ниточка слюны, но он не закрывает глаза, смотрит в его лицо, выгибается под ним, как течная сучка, просто х о ч е т его и хочет быть рядом настолько, насколько это возможно. Ему не стыдно застонать в этих руках, не стыдно оказаться слабым и беспомощным. Потому что он с самого детства позволял себе быть слабым в этих руках, а теперь это – самое большое выражение чувств, на которое он способен. Самое большое выражение доверия, которое он может дать.
    Ему горячо. Приятно. Хорошо. Это так разительно отличается от действительности, где всегда хуево и больно и только адреналин драки приносит радость, что даже голова кружится и плывет куда-то, нахер, отчего все чувства смешиваются. Риндо неосознанно кладет ладонь поверх ладони Рана, ведет по своему телу, чтобы он касался там, где приятнее, прижимал и придавливал там, где было больше возбуждения. Тянет к себе, чтобы он опустился ниже, чтобы можно было засосаться с ним так, что мыслей больше бы не осталось. Ничего не осталось кроме них двоих, теряющих связь с реальностью, пока тело намокало от пота, хрипловатые стоны становились громче, а желание кончить достигало немыслимых пределов.
    Риндо приподнимается, чтобы оставить поцелуи на шее и ключице, чтобы тоже отдать свое тепло и оставить метку, показывающую принадлежность одного брата другому. И никому, никому больше. Все остальные – только пешки и разовое удовольствие, словно от использованного презерватива. Риндо чуть дергается и произносит заветное и грязное, но еще одно доверительное.
    - Можешь кончить внутрь.

    [nick]Haitani Rindo[/nick][status]просто садо-мазо[/status][icon]https://i.pinimg.com/736x/35/75/b2/3575b25b57a6b4cdebe751fc1b0c1d04.jpg[/icon][sign].[/sign][fandom]Tokyo Revengers[/fandom][lz]<div class=lzname><a href="https://gemcross.rusff.me/">Хайтани Риндо, 18;</a></div><div class=lztext>Пусть сильнейшие выживают а слабые умрут.</div>[/lz]

    +3

    14

    Ран хорошо помнил то время. Время которое на самом деле хотелось бы забыть, вычеркнуть из памяти. Они с Риндо были еще малы и беспомощны, как два белых блеклых безымянных крысенка. Матери уже не было с ними, зато все еще был отец.
    Человеком он прослыл ненадежным, без официальной и постоянный работы, без амбиций, без будущего. Его ставки на азартные игры - единственное, что до сих пор держало их всех троих на плаву. Когда отец был молод, ему часто везло, удача буквально шла с ним рука об руку, но со временем возраст и алчность взяли свое, теперь он уже не был так удачлив и задолжал многим кредиторам, готовым вот-вот объявить на него охоту.
    Ран рано понял, что надеяться на отца не стоит. Пропадая неизвестно где целыми днями, тот заявлялся только под вечер и мог поколотить их, если был в настроении. Нести к такому человеку свои маленькие детские проблемы было бессмысленно и именно тогда Ран осознал, что у него и у Риндо есть только они сами, никто им не поможет и никто не защитить от старших мальчишек во дворе, которые уже были в том возрасте, чтобы начать сбиваться в кучи и нападать стаей.
    Однажды Риндо попался им на детской площадке. Окружив его, они издевались, называли «девчонкой», толкали, смеялись. Они ничего ему не сделали, только напугали, но Рану, сидящему в тени дерева, делающему домашку и приглядывающему за младшим, хватило и этого. У него ничего с собой не было, только школьный карандаш, который он взял с собой, крепко зажав в ладони и двинувшись в сторону толпы, потерявшей интерес к расплакавшемуся пацану.
    Все произошло прямо там, на глазах у Риндо и сердобольных мамаш с колясками. Ран не стал разбираться и воткнул карандаш в глаз одному из мальчишек, кто показался ему круче и старше всех остальных, а потом, не обращая внимание на суматоху и крики, взял брата на руки, унеся его домой.
    Вечером им обоим досталось от отца, но все это стоило того. Ран много раз видел, как другие братья или сестры ссорятся, бьют друг друга и живут как кошки с собаками, но он испытывал к Риндо совершенно противоположные чувства. Рану хотелось защищать, оберегать, быть рядом, не расставаться ни на минуту. Если из глаз младшего падала хоть одна слезинка, а с головы волос, старший впадал в холодную, а потому самую опасную ярость, и был способен на все, что угодно.
    Хриплый голос брата кружит голову. Рану так хорошо с ним, внутри него, что нужных слов не подобрать. Он двигается, не чувствуя усталости, только возбуждение и томительное напряжение, скопившееся в самом низу живота. Гонится за своим оргазмом и торопится доставить удовольствие брату, работая бедрами шустрее, резче, жестче, ощущая как тело Риндо реагирует на каждое его движение: подставляясь, вздрагивая, раскрываясь. 
    Доверительный шепот просто рвет башню. Ран уверен, Риндо никому такое не говорит и никогда не посмеет сказать. Кончая внутрь, он придерживается за его шею и впечатывается губами в губы, целуя рвано, мокро, совсем похабно, будто хочет сожрать целиком.
    Какое-то время Ран еще находится внутри, крепко прижимаясь пахом к мокрой и жаркой промежности. Ему лень слезать, лень выпускать брата из своих рук, тот такой теплый, такой расслабленный и податливый, Ран сто раз видел его таким, но каждый раз это отдельный, особенный вид удовольствия, но самое приятное - это сделал с ним он сам.
    - Трахни меня пальцами или игрушкой, если хочешь, я не стану возражать, - негромко говорит Ран, после долгого раздумья, уже лежа на спине рядом с Риндо и глядя в потолок, по которому пляшет свет с улицы.
    Ему не страшно, просто боязно и все еще хочется загладить свою вину.

    [nick]Haitani Ran[/nick][status]я хуже, чем ты думал[/status][icon]https://i.imgur.com/Wx136zB.png[/icon][fandom]<div class=fan2>Tokyo Revengers</div>[/fandom][lz]<div class=lzname><a href="https://gemcross.rusff.me/">Хайтани Ран, 19</a></div><div class=lztext>я разберу тебя, мальчик, и соберу тебя снова</div>[/lz]

    Отредактировано Riko Moriyama (2022-08-24 13:11:48)

    +3

    15

    Я целую тело
    Синяки и вены
    Плечи в веснушках
    И губы обкусаны

    Риндо прикрывает глаза, пока они с Раном просто лежат рядом после очередного захода, когда он смог наконец-то толком расслабиться не после маниакальной случки, а после чего-то неторопливого и даже мягкого. Секс с кем-то другим не вызывал эмоций совершенно, был лишь удовлетворением желания тела, но с Раном не так. Эмоции и чувства, которые он к нему испытывал, делали все куда ярче и жарче. Заставляло растекаться, как подтаявшее мороженое – липко и в чем-то противно, но в целом – невероятно сладко. Риндо напоминает себе не заснуть – даже если они с братом и трахаются здесь, он все равно уходит, когда тот засыпает, оставляет поцелуи на лице и исчезает. Потому что помнит, что Ран хочет проснуться один и не нарушает те границы и условности, которые они изучили друг для друга за столько лет вместе.
    Но сейчас… Ран предлагал все же изменить ход событий?
    Младший Хайтани поворачивает голову в сторону брата и смотрит на него, чуть нахмурив брови.
    - Уверен? – нет, не то, чтобы этого не было в желаниях самого Риндо, он желал этого, втайне мечтал сам взять его за бедра и прижать к себе, заняться с ним сексом так, чтобы и Ран выгибался под ним и стонал, целовать, пока он не успокоится и тьма, что мешает ему нормально жить, не рассеялась бы ненадолго. Чтобы ему было хорошо не болезненно, а вот так же, тепло и спокойно.
    Но травма Рана была серьезной и предложить такое…
    Риндо поднимается на локте и садится на кровати, потянувшись за смазкой. Конечно, он сделает это, но…
    - Если накроет – скажи мне. Придумаем что-нибудь еще, - они оба терпели боль и переносили ее, она стала их подругой, которая ласково держала их в своих объятиях. Но рану в душе было не так просто залатать, она могла или снести голову или сломать.
    - Иди сюда, - он ложится на бок и обнимает Рана, ведет пальцем по нижней губе, заставляя приоткрыть рот, чтобы начать медленно целовать его, успокаивать внутреннюю возможную панику, легко касаться его шеи, вести ладонью по телу и кончиками пальцев вести по бедру, пока они оба тесно прижимаются друг к другу. «Я не сверху, видишь? Опасности нет.» - Риндо даже говорить ничего не нужно было, чтобы Ран его понял. Напряженные мышцы постепенно расслабились, только тогда младший Хайтани разорвал поцелуй и аккуратно положил старшего на спину. Поцелуи заскользили вниз по груди и животу, прижимая ладонь к самому его низу, пока Риндо не устроился между бедрами Рана, которые могли бы легко сломать ему шею, если бы он сжал их слишком сильно, оставил поцелуй на колене и кончиком языка повел вниз, к самой промежности. У расслабленного Риндо привстал, и это уже было хорошим знаком. Смазка потекла по пальцам, Риндо не стал касаться напряженного члена (хотя Ран возможно и хотел бы этого), а скользнул пальцами ниже, к самому входу, так же утомительно медленно лаская его, но так и не проникая внутрь, пока он продолжал оставлять на бедрах томные поцелуи.
    - Готов? – у Риндо длинные и умелые пальцы, менять их на игрушку было бы каким-то кощунством, он сам бы хотел ощутить, как Ран сжимается внутри и понимать, где именно нужно проехаться по самой чувствительной точке.
    Лишь бы только брат расслабился и сам сказал ему продолжить.

    [nick]Haitani Rindo[/nick][status]просто садо-мазо[/status][icon]https://i.pinimg.com/736x/35/75/b2/3575b25b57a6b4cdebe751fc1b0c1d04.jpg[/icon][sign].[/sign][fandom]Tokyo Revengers[/fandom][lz]<div class=lzname><a href="https://gemcross.rusff.me/">Хайтани Риндо, 18;</a></div><div class=lztext>Пусть сильнейшие выживают а слабые умрут.</div>[/lz]

    Отредактировано Jesper Fahey (2022-08-25 10:10:39)

    +3

    16

    Ран кивает. Он уверен, иначе бы не предложил такое. Ему очень хочется раскрыться перед Риндо, отпустить прошлое и все страхи, поселившиеся в нем, хочется, чтобы они оба раз и навсегда стали и остались одним целым, без каких-либо изъянов, сколов, выбоин и страшных детских травм.
    Несправедливо, что произошедшее с одним должно так мучительно отражаться на другом.
    Поджимая губы и закрывая глаза, Ран снова кивает, обещая брату, что обязательно скажет, если что-то пойдет не так потом, но в дрожь его начинает бросать уже сейчас. Он не хочет этого, но она предательски ползет по костям, по внутренностям, поднимаясь выше и выше. Рану не хочется переживать тот кошмар снова, не хочется пугать и отталкивать брата, поэтому он изо всех сил старается держаться, дышать, не думать, отгонять от себя плохие мысли.
    Он весь подбирается и напрягается внутри, когда Риндо касается его, гладит, стараясь расслабить и языком тела сказать, что с ним безопасно. Ран делает один глубокий вдох, а потом старается дышать ровно, наконец открыв глаза и рассматривая лицо напротив себя.
    Это Риндо. Его Риндо, а не кто-то чужой. Его руки, его губы. Все такое знакомое и до боли родное. Он такой нежный, такой мягкий, такой чуткий, что тревога сама по себе постепенно успокаивается и засыпает где-то внутри. Вместо нее Ран теперь чувствует спокойствие, и еле-еле теплое желание начинает накапливаться в самом низу, концентрируясь прямо между ног.
    Перевернувшись на спину, он сгибает обе ноги в коленях и разводит их в стороны, давая Риндо возможность устроиться между и продолжать целовать.
    Поймав легкое возбуждение, Ран берется за собственный член, неторопливо лаская себя в то время, пока Риндо скользкими от смазки пальцами ласкает вход. Гладит, трет, надавливает и так до тех пор, пока Ран сам не начинает ерзать, пока ему самому не хочется, чтобы младший наконец вошел.
    - Готов, - шепчет он и выгибается в пояснице, когда пальцы брата один за другим оказываются внутри.
    На самом деле Рану нравится это чувство, чувство наполненности, давление. Особенно, когда Риндо разводит фаланги в стороны и давит на тугие стенки. Тогда Рану хочется сжаться, и он игриво подтягивает колени к груди, сводя их вместе, зажимая член между бедрами.
    - Мне не больно, можешь не стесняться, - он просит Риндо не сдерживаться, начиная негромко стонать и облизывать губы вместе с тем, как мокрые пальцы методично таранят его, исчезая внутри и появляясь снова.
    - Добавь третий, - Ран упирается одной ступней в плечо брата и снова хватается за член, дроча в такт движениям руки Риндо. Смазка начинает влажно чавкать и это настолько возбуждает, что Ран поднимает бедра вверх, пытаясь самостоятельно жадно насаживаться на пальцы.
    Его тело больше не было ни сковано, ни зажато. Ему хотелось трахаться, хотелось, чтобы его трахал брат, хотелось сменить позу, чтобы Риндо был сзади, чтобы он не останавливался, чтобы стал действовать жестче...
    - Я так не кончу, надо перевернуться, - когда Риндо дал ему такую возможность, Ран подскочил, обнимая брата и впечатываясь поцелуем ему в губы. Кусая и облизывая. Глубоко целуя и гладя по влажным разноцветным волосам.
    - Все в порядке. Верь мне, я правда этого хочу.


    [nick]Haitani Ran[/nick][status]я хуже, чем ты думал[/status][icon]https://i.imgur.com/Wx136zB.png[/icon][fandom]<div class=fan2>Tokyo Revengers</div>[/fandom][lz]<div class=lzname><a href="https://gemcross.rusff.me/">Хайтани Ран, 19</a></div><div class=lztext>я разберу тебя, мальчик, и соберу тебя снова</div>[/lz]

    +3

    17

    Риндо, кажется, не верит своим ушам, когда слышит просьбу брата. Это выглядит, словно наваждение, безумие, навеянное алкоголем и их отношениям. Конечно, младший Хайтани хотел бы услышать эти слова. Да что там - он жаждал, что когда-нибудь Ран сможет преодолеть себя и тогда они точно будут вместе. По-настоящему, в тех отношениях, которыми будут связаны только они, так, как не будут связаны ни с кем другим. То, что сейчас слышал Риндо, звучало как степень огромного доверя такого, которого, он возможно, и не заслуживал даже.
    Он растерялся всего на секунду. И почти сразу же после нее ответил на поцелуй своим глубоким, спокойным и одновременно головокружительным, от которого мозг плывет, кажется, у обоих.
    - Хорошо, сделаем это, - шепчет он в любимые губы.
    Он много раз представлял это, но не думал, что когда-нибудь сможет увидеть это - беззащитную обнаженную спину Рана перед ним, его бедра и задницу, о которую он какое-то время медленно трется, словно дает шанс передумать, прежде чем так же медленно войти внутрь и склониться над плечом, чтобы оставить на нем поцелуй.
    - Так ждал этого... так хотел тебя... - голос снова звучит хрипловато, как и последующий, похожий на рычание стон с первым движением бедер. Риндо не забывается первые минуты, пока окончательно не убеждается, что Ран хочет этого, действительно хочет, он не испытывает с ним дискомфорта. От осознания этого кажется даже взгляд помутился, пока он крепко держал его за бедра, пока продолжал толкаться в эту восхитительную тесноту и мог сам управлять всем процессом. И несмотря на то, что он все же был активен - продолжал прислушиваться к ощущениям Рана, пусть это было и сложно из-за чувства блядской опьяняющей радости. Еще сложнее было не кончить первым, пока старший так сильно сжимал его внутри и выгибался с такими стонами, от которых хочется долбиться еще сильнее, еще быстрее, пока он со стоном не кончинл и не рухнул на кровать всем телом. Риндо выдохнул и с трудом смог удержаться, прежде чем вытащил член и излился прямо на спину перед собой. А потом, наплевав, прижался грудью к спине, придавливая старшего телом к кровати. Дышалось тяжело, после таких ночей и никакие тренировки не нужны были. Риндо находит в себе силы оторваться от мокрого от пота тела и лечь рядом, прижаться в обнимку, поцеловать теплое плечо и ключицу, провести рукой по волосам и взглянуть в глаза, в которых не было ни злости, ни страха, ни гребанных слез, только такая же легкая усталость.
    Кажется, все прошло хорошо, так?
    - Я так давно думал об этом, - беспорядочно шепчет прямо в губы, даже не осознает, достигют ли эти слова слуха старшего или все это звучит исключительно в его голове.
    - Спасибо, что доверился мне, - это стоило всего сегодня. Разбитой в кровь брови, жесткого секса на диване, охрипшего горла. Наплевать на это все, главное, что они теперь оба принадлежат друг другу окончательно, находятся в плену, от которого так просто не спрячешься.
    Но теперь никто из них не собирался больше никуда прятаться.
    Теперь они всегда будут вместе.

    [nick]Haitani Rindo[/nick][status]просто садо-мазо[/status][icon]https://i.pinimg.com/736x/35/75/b2/3575b25b57a6b4cdebe751fc1b0c1d04.jpg[/icon][sign].[/sign][fandom]Tokyo Revengers[/fandom][lz]<div class=lzname><a href="https://gemcross.rusff.me/">Хайтани Риндо, 18;</a></div><div class=lztext>Пусть сильнейшие выживают а слабые умрут.</div>[/lz]

    +3

    18

    Утром Ран проснулся первым. Он забыл задернуть шторы и открыл глаза сразу, как теплое солнце тронуло его безмятежное лицо. В комнате все еще пахло их с Риндо сексом, их телами. Ни у одного из них в ночи не было сил на душ, поэтому они вырубились прямо так, мокрые, горячие, расслабленные и неимоверно счастливые.
    Секс с Риндо в абсолютно пассивной роли дался Рану нелегко, но он все же смог довериться брату, доставить ему удовольствие и получить его сам. Наверное, все дело было в позе: до этого Ран все время был сверху, седлать чужой член было единственным вариантом, который не вытаскивал воспоминания наружу, но стоять на четвереньках тоже оказалось неплохим выходом. Ран держался за спинку кровати и все свое внимание направлял на трахающий его член брата. Тот входил так глубоко, что у Рана невольно закатывались глаза, но отрицать, что ему не было приятно, не было по кайфу было нельзя, наоборот, это было настолько хорошо, настолько блядски хорошо, что Ран бы повторил еще много-много раз.
    Покрутив головой, Ран заметил, что Риндо все еще здесь, с ним, крепко спит, завернувшись в одеяло, и не собирается просыпаться. Ночью им обоим было плевать на все условности и привычки, за эту ночь они сделали огромный шаг навстречу друг к другу, тьма, разделяющая их, наконец начала рассеиваться. Ран не приглашал Риндо остаться, не говорил, что хочет проснуться вместе, он просто обнял, уложив разноцветную голову на своей груди, на сердце, и гладил до тех пор, пока они вместе не провалились в сон.
    Старший Хайтани выбрался из постели как можно тише. Все его тело болело, а спину стянуло из-за подсохшей на ней спермы, но это можно было пережить, всего-то нужно было сходить в душ. Прихватив с собой чистое белье и одежду, которую собирался надеть, Ран выбрался из комнаты и прикрыл за собой дверь, чтобы Риндо не проснулся от шума воды. Он не собирался устраивать младшему утренний романтик, с горячим завтраком и живыми цветами, Ран не умел этого делать, но позаботиться о чужом сне посчитал правильным.
    Смыв с себя оставшиеся следы драки и ночи с братом, Хайтани собрал влажные волосы в высокий хвост, наспех обтерся полотенцем, оделся и ушел на кухню, собираясь промочить горло чем-то горячим.
    Маленькая кухня и примыкающая к ней гостиная были завалены мусором и всякой другой дрянью. Сегодня им не помешало бы сделать уборку, возможно вызвать клининг, - у Риндо были проверенные контакты. Согрев воду до состояния почти кипятка и налив ту в единственную чистую чашку, которую только смог отыскать, Ран встал у разделочного стола, уперевшись в него бедром, и погрузился в свои мысли. Он думал о Риндо, о том, что скажет ему, когда тот проснется и выйдет к нему, о том, чем они могут сегодня заняться, как развлечься, как отвлекся на внезапный тихий стук во входную дверь.
    Он никого не ждал. Они с Риндо никого не ждали. Тем более в такую рань. Поэтому, медленно отставив кружку в сторону, Ран взялся за кухонный нож.
    Двигаясь как большая кошка, Хайтани пробрался к двери, перешагивая через наваленные друг на друга вещи и коробки, а когда достиг цели, не спросил, кто ждет за дверью, сразу ее открыв.
    - П-привет, - несмело сказал Харучие Санзу, держа в одной руке одноразовую подставку с двумя стаканами с кофе, а во второй непрозрачный пакет, должно быть со свежей выпечкой.
    - А Риндо...он здесь? - Определенно они оба не ожидали пересечься этим утром. Ран знал Санзу, чаще всего Риндо трахал именно его, прямо у них дома, прямо на этом самом диване в гостиной, а тот так громко и приторно стонал, что Рану приходилось надевать наушники, чтобы не слышать этого жалобного блеяния.
    Хайтани мог чего угодно ожидать от этого барана, но только не того, что тот вот так открыто станет заявляться к ним домой, да еще и с едой для Риндо. Для его Риндо.
    Ран не понял, как у него моментом упало забрало и как все вообще произошло. Волна ревности и злости была такой сильной, что накрыла с головой. Он ощущал в себе силы выпотрошить этим чертовым ножом с кухни любого, кто даже посмеет дышать в сторону брата, после того, что произошло между ними сегодня ночью.
    Харучие Санзу очень крупно не повезло.
    Когда Ран втащил его в квартиру и ударил головой о стену, горячий кофе разлился, обжигая их обоих, но Хайтани не чувствовал боли от ожогов. Повалив Санзу на пол и сев сверху, он прижал его, засовывая нож ему в рот, оттягивая уголок острым лезвием именно так, чтобы засочилась кровь.
    - Сейчас я тебя так изуродую, сука, что Риндо никогда на тебя больше не посмотрит. И не только он, вообще никто.
    Ран шипел, ревность жгла огнем все нутро, расплавляя органы. В таком состоянии он действительно мог убить, но делать это ножом было слишком легко. Санзу должен был мучиться, и Ран, убрав лезвие из его поганого рта, бросил нож, начал урабатывать того кулаком, без устали и очень точно ударяя в одно и то же место.
    Первым он разбил ему нос, затем лопнули губы. Ран не помнил сколько именно сделал ударов, но лицо уже Санзу напоминало одно сплошное кровавое месиво, когда кто-то сзади [Риндо, это был Риндо, точно Риндо] взял его на удушающий и потянул на себя.
    - Отпусти меня! Я, блять, с ним еще не закончил!


    [nick]Haitani Ran[/nick][status]я хуже, чем ты думал[/status][icon]https://i.imgur.com/Wx136zB.png[/icon][fandom]<div class=fan2>Tokyo Revengers</div>[/fandom][lz]<div class=lzname><a href="https://gemcross.rusff.me/">Хайтани Ран, 19</a></div><div class=lztext>я разберу тебя, мальчик, и соберу тебя снова</div>[/lz]

    Отредактировано Riko Moriyama (2022-09-13 14:30:31)

    +3

    19

    Риндо сам не заметил, как заснул рядом с Раном. Он правда хотел уйти, не настаивать на чем-то большем, но старший Хайтани так обнимал его и прижимал к себе, что уставший младший совсем незаметно сам для себя погрузился в сон и не хотел из него вырываться. Все было хорошо, замечательно, прекрасно. Они оба были счастливы сегодня ночью, потому что наконец-то сделали то, чего так хотели оба все это время, но из-за определенных обстоятельств не давали этому случиться. Риндо не помнил, что именно ему снилось, почти проснулся, когда почувствовал, что тепло Рана покинуло его, но тут же провалился обратно в сон, но совсем ненадолго. Стук в дверь заставил его недовольно поднять голову, прищурить близорукие глаза, встать с кровати и накинуть прямо на голое тело форменный плащ. Наплевать, успеет еще переодеться, все равно идти в душ после всего того, что было вчера. И вызывать клининг, да, точно, и...
    Шум где-то в комнате заставил его проснуться окончательно и рвануть вперед. Что-то случилось с Раном? Какой-нибудь ублюдок решил ворваться в их квартиру? Нет, все оказалось вовсе не так.
    Первые секунды Риндо просто стоял, не понимая, как именно ему следует поступить, но в голове мгновенно щелкнула мысль - Ран сейчас на таком охуенном взводе, что тот, кто валяется на полу, имеет все шансы больше не встать. А это хреново, тем более в своей же квартире и это точно не ебаный взломщик или киллер. Это всего лишь...
    - Твою мать, - Рин бросается вперед и хватает Рана одной рукой поперек груди, а второй поперек горла, оттаскивая яростно брыкающегося сильного брата от валяющегося почти без сознания Санзу.
    - Нахер отсюда свалил, - дважды повторять не пришлось. Харучие, шатаясь, поднялся и бросился прямо к двери. Риндо пришлось напрячь и руки и ноги, чтобы удержать Рана, который был готов драться дальше.
    - Тихо. Тихо, хватит. Мокруха будет лишней, - он все еще удерживает старшего в руках какое-то время, прежде чем его дыхание становится спокойнее и только тогда разжимает руку на горле, обнимает со спины и ведет ладонями по груди успокаивающим жестом, удерживая на месте яростно бьющееся ему в руки сердце. Носом утыкается ему в шею, пахнущую шампунем и водой и согревает ее дыханием, чтобы привлечь внимание к себе, а не к только что сдриснувшей проблеме.
    - Я сейчас закрою дверь, а ты успокоишься, ладно? - он медленно разжимает руки и отступает назад, чтобы действительно захлопнуть дверь и защелкнуть замок. Неподалеку валяется окровавленный нож, разлито кофе и лежит какой-то раздавленный пакет и Риндо лишь досадливо вздыхает.
    - Я сейчас приведу себя в порядок, а ты расскажешь, что произошло, - младший Хайтани все еще чувствует легкое головокружение и тянущую боль в спине после вчерашнего марафона выпивки и секса, а на туманную голову разговора точно не получится. Форменный плащ лидеров Роппонги аккуратно вешается на спинку стула, пока Риндо уходит в сторону ванной. Только спустя двадцать минут он, одетый в чистые шмотки с еще слегка влажными волосами, закуривает сигарету, сидя прямо на подоконнике в кухне и вопросительно дергает подбородком.
    - Ну и? Что он тут забыл и с чего ты так взбесился? - не то, чтобы Риндо как-то уважал Тосву, но Санзу был их человеком и если в Роппонги придут драться за него, то это будут только лишние проблемы.

    [nick]Haitani Rindo[/nick][status]просто садо-мазо[/status][icon]https://i.pinimg.com/736x/35/75/b2/3575b25b57a6b4cdebe751fc1b0c1d04.jpg[/icon][sign].[/sign][fandom]Tokyo Revengers[/fandom][lz]<div class=lzname><a href="https://gemcross.rusff.me/">Хайтани Риндо, 18;</a></div><div class=lztext>Пусть сильнейшие выживают а слабые умрут.</div>[/lz]

    +3

    20

    Злость еще долго жгла все внутренности, даже когда Риндо наконец отпустил, велев успокоиться, и скрылся в ванной. Теперь в квартире было тихо, только из-за плотно закрытой двери до слуха доносился шум воды. Пахло кофе и кровью, она окропила пол, правый кулак Рана тоже был весь в ней. Сбитые костяшки болели, но болели терпимо, Хайтани не счел нужным подрываться и бежать к аптечке, на какое-то время еще оставшись на полу, чтобы все переварить и унять ревность, вырвавшуюся из самого темного угла, где он сдерживал ее до этого момента.
    Сколько Ран себя помнил, он всегда был таким. Это не появилось по щелчку, из ниоткуда, а скопилось по мере их с Риндо взросления. Когда они были еще сопляками и денег стало не хватать, матери пришлось устроиться на еще одну работу, чтобы смочь выбраться из очередной задницы, в которую загнал их отец, оплатить аренду и все счета. Тогда она оставила младшего ребенка на старшего, будто бы сказав «теперь он твоя проблема», только вот Ран проблемой Риндо не считал. Тот был для него всем: миром, вселенной, и чем старше они оба становились, тем сильнее Ран это ощущал.
    Его душа рвалась на части, когда приходилось запираться в комнате, надевать наушники и врубать звук на максимум, чтобы только ничего не слышать, пытаясь заглушить боль, проворачивающуюся ножом прямо в сердце. Ран никогда не даст то, что Риндо хочет. Никогда не оправится, не избавится от прошлого, не прогонит своих демонов, навсегда поселившихся внутри. Он уже никогда ничего не исправит, и понимать это было больнее всего.
    Когда у него уже не оставалось сил терпеть, Ран хватал плащ, надевая его практически на голое тело, выходил из своей комнаты и как тень проходил по коридору, бросая невольный ревностный взгляд на Риндо и того, кто стонал под ним. Их было много, Ран не запоминал их лица, но зато помнил выражение лица брата. С ним он никогда не был таким.
    Двадцать минут тянутся долго. За это время Ран успевает встать, поднять нож и бросить на пол тряпку, чтобы впитала пролитый кофе. Вернувшись на кухню и открыв там окно, Хайтани подставляет лицо свежему воздуху, в надежде, что возможно тот остудит бурю, разыгравшуюся внутри. Ран ждет. Но в конце концов ничего не происходит, ему по-прежнему больно, по-прежнему плохо и по-прежнему жаль, что он не зарезал этого сукиного сына Санзу, когда была такая возможность.
    На эмоциях Хайтани швыряет нож. Риндо вряд ли это услышит, наверное, оно и к лучшему, пусть лучше не знает, какая бездна разверзлась в его брате и что скрывается в ней. Хуже всего, что Ран и сам этого не знает, чувствуя себя настоящим психом, в тайне мечтая убить Санзу, Риндо, а потом и самого себя.
    Когда младший наконец появляется, они садятся друг напротив друга: один на подоконник, второй на разделочный стол. Риндо спрашивает, в чем дело, но Ран не торопится с ответом, стирая кровь с ладони и обматывая ту кухонным полотенцем. Ему нужно чем-то занять руки, иначе он снова схватится за нож.
    - Ты мне скажи, - звучит он раздраженно, слова как мячики для пинг-понга злобно летят в брата, курящего напротив, - он к тебе приходил, а не ко мне. Возможно, хотел позвать на свидание, он не уточнил. Не успел. Но выглядело все именно так.
    Хайтани сделал глубокий шумный вдох.
    - Нравятся мальчики из Тосвы? Серьезно? - Сказав, Ран метнул в Риндо убийственный взгляд. Как долго у них не было таких разговоров, разговоров по душам, да и вообще сложно было вспомнить, когда Ран говорил с Риндо именно так.
    - Еще раз хоть одного здесь увижу, разбитым лицом он не отделается. Ты - мой, Риндо. И делить тебя я устал.


    [nick]Haitani Ran[/nick][status]я хуже, чем ты думал[/status][icon]https://i.imgur.com/Wx136zB.png[/icon][fandom]<div class=fan2>Tokyo Revengers</div>[/fandom][lz]<div class=lzname><a href="https://gemcross.rusff.me/">Хайтани Ран, 19</a></div><div class=lztext>я разберу тебя, мальчик, и соберу тебя снова</div>[/lz]

    Отредактировано Riko Moriyama (2022-09-25 14:51:32)

    +2

    21

    Риндо невольно касается кончиком пальца зашитой брови и смотрит на Рана взглядом практически без эмоций. Нельзя сказать, что это был первый подобный их разговор, но каждый раз младший Хайтани мог терпеливо пояснить, что они двое не могут удовлетворить друг друга, им всегда будет мало, но тот факт, что сегодня ночью они стали еще ближе усложнял слишком многое. Теперь уже нельзя было однозначно сказать, что их потребности друг в друге не будут удовлетворены. Теперь, когда они сделали шаг к тому, чтобы Ран мог чувствовать себя свободнее рядом с ним, будет невозможно приводить одни и те же аргументы. Однако…
    Риндо выдыхает дым в окно и прикрывает его. Свежий воздух все еще проникает в кухню и выветривает слегка затхлый запах, но ощущение тяжести все равно остается. Изнутри его никак не выгнать.
    - Ран, я и так принадлежу тебе, - было бы странно отрицать это. Несмотря на то, что они погодки, иногда кажется, будто бы между ними связь, словно между близнецами. Притянуты друг к другу, привязаны прочной пуповиной, одинаково думают, одинаково чувствуют, одинаково злятся. И даже несмотря на внешние отличия – они вместе. Пусть говорят что угодно, плевать, их связь из любви и ненависти крепче и выше даже родственных уз.
    Было бы странно, если бы Риндо не любил Рана.
    Однако же… Его голос звучит спокойно, но в нем железная твердость и уверенность. Будто бы среди них двоих Риндо – старший.
    - Но полностью я буду принадлежать тебе только тогда, когда и ты будешь принадлежать мне, - это честно. Это – правильно. Так должно быть в нормальных отношениях. Но их узы вряд ли можно назвать нормальными. Они никогда не будут на равных правах, кто-то должен уступать, потому что иначе они убьют друг друга в приступе безумия. Наверное, Риндо смог бы стать для Рана якорем, но он и сам погряз в своих садистских наклонностях и не сможет выпутаться из них без посторонней помощи.
    Друг другу они вряд ли помогут. Они вдвоем могут лишь сгорать в адском пламени без остатка и поддерживать его друг в друге. Но вечно так продолжаться не может.
    - Если ты сможешь дать мне это – тогда и я дам тебе то, что ты хочешь, - младший Хайтани, кажется, даже не мигает, чтобы отследить взгляд Рана, чтобы понять его малейшие изменения, чтобы тут же, если что, подхватить его и предотвратить катастрофу, которая может разразиться в любой момент.
    И несмотря на спокойный тон, Риндо чувствует, как его рвет изнутри. Как сильно эта связь бьет по нему. Больная, невероятная и такая крепкая и сладкая. Им хорошо вместе, но стоит им задержаться дольше – они будут друг друга ненавидеть. Потому для них проще унижать других и испытывать мстительное удовольствие, потому что унижение друг друга породит конфликт и в итоге они разойдутся.
    - Если бы ты был только моим, я был бы невероятно счастлив, - кривая улыбка заставляет уголок рта приподняться, но всего на пару секунд. Дурацкая мечта быть нормальными.
    Но они оба больны и не выберутся из круга жестокости.
    - Ты для меня все, Ран, - это почти тихое признание. Такое же идиотское и ничерта не объясняющие, ведь слова не смогут выразить ничерта. Риндо опускает глаза и смотрит вниз, куда-то в пол.
    - Но спроси себя сам, сможем ли мы так существовать.

    [nick]Haitani Rindo[/nick][status]просто садо-мазо[/status][icon]https://i.pinimg.com/736x/35/75/b2/3575b25b57a6b4cdebe751fc1b0c1d04.jpg[/icon][sign].[/sign][fandom]Tokyo Revengers[/fandom][lz]<div class=lzname><a href="https://gemcross.rusff.me/">Хайтани Риндо, 18;</a></div><div class=lztext>Пусть сильнейшие выживают а слабые умрут.</div>[/lz]

    +2

    22

    Ран цокает языком, когда Риндо пытается скормить ему старую наживку, глотать которую у старшего Хайтани уже нет никаких сил. Риндо умный и расчетливый, более вдумчивый, нежели его брат, только вот в этом деле никакой трезвый рассудок не поможет. Риндо думает, что все решается так просто: я - тебе, ты - мне, и все будут счастливы. Только вот нихрена из этого не выйдет, Ран понимает и знает это, как никто другой.
    Он молчит, внимательно слушая брата и качая головой. Все это Хайтани слышал уже много раз, когда они пытались говорить друг с другом, разобраться в их проблеме. Эта старая, заезженная пластинка злит, руки так и чешутся схватить что-нибудь, разбить или сломать. Ран невольно косится на нож, но быстро отказывается от этой затеи, отводя глаза, потому что сам не знает, что может случиться, окажись он у него: он ранит первым брата, чтобы наконец заткнулся, или самого себя.
    Голос Риндо спокойный, почти убаюкивающий, только ревность и ненависть ко всему миру кипят внутри Рана с еще большей силой. В конце концов он не выдерживает и ударяет кулаком по столешнице, спрыгивая на пол.
    - Заткнись уже! Хватит! - Кричит он, чтобы быть наконец услышанным. - Хватит, я сказал! Думаешь, это легко вот так взять и все забыть? Думаешь, я сам этого не хочу? Думаешь, мне нравится каждый раз возвращаться в тот гребаный вечер и проживать все снова и снова?
    Ран никогда не говорил этого брату, никогда не делился своими воспоминаниями, своей болью. Так уж вышло, что он родился на год раньше и этот факт наложил на него определенным отпечаток, ответственность, бремя, которое ему нужно было нести до самого конца. Он никогда не позволял себе быть слабым, никогда не позволял Риндо сомневаться в себе, ведь кроме друг друга у них никого больше не было, надеяться им тоже было не на кого, неоткуда было ждать помощи.
    Время вылечило Рана только внешне. Смирившись со случившемся, он никогда больше не говорил об этом, не показывал, что произошедшее его хоть сколько-нибудь тревожит, но внутри он все еще был тем самым переломанным мальчиком, которому однажды просто не повезло, который оказался не в том месте, не в то время и не с теми людьми.
    - Больше всего на свете я хочу быть нормальным и твоим хочу быть целиком и полностью, но я не могу! Ты понимаешь, я не могу этого сделать, только потому что ты меня сейчас об этом просишь! Это не происходит запросто, не происходит по желанию, это так не работает! - Голос Рана дрогнул. Крик внезапно оборвался, сердце в груди забилось чаще. Его всего затрясло от страха и душевной боли, которая просто выворачивала его наизнанку. Он так любил Риндо, так хотел быть с ним, чтобы тот был только его. Почему он только требовал, а не хотел понять?
    - Я знаю, что не могу дать тебе прямо сейчас то, что ты хочешь и вряд ли смогу в ближайшее время, но почему ты ни разу не попытался помочь мне? Ты ни разу не предложил мне свою помощь, - глаза Рана неприятно защипало, они покраснели и заблестели, кажется, в них застыли слезы, но он не позволил им потечь по щекам. Только не перед ним, только не перед Риндо.
    - Вместо этого ты трахал других прямо у меня на глазах, прямо у меня дома. Думаешь, это приятно? - Взглянув на брата, Ран тяжело выдохнул, правда делая это не в один вдох, а в несколько. Легкие будто бы стиснуло металлическим обручем, и дышать сразу стало очень трудно. В горле застрял неприятный комок. 
    Ну вот, он наконец сказал то, что гложило его очень долгое время, неприятно зудило, скребло когтями прямо по внутренностям. Правда, облегчения он не почувствовал, только обиду. Идиотскую детскую обиду и тупую боль.

    [nick]Haitani Ran[/nick][status]я хуже, чем ты думал[/status][icon]https://i.imgur.com/Wx136zB.png[/icon][fandom]<div class=fan2>Tokyo Revengers</div>[/fandom][lz]<div class=lzname><a href="https://gemcross.rusff.me/">Хайтани Ран, 19</a></div><div class=lztext>я разберу тебя, мальчик, и соберу тебя снова</div>[/lz]

    Отредактировано Riko Moriyama (2022-09-25 16:08:25)

    +1


    Вы здесь » GEMcross » философский камень » в аду лишь двое: ты и я


    Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно