GEMcross

Объявление

    постописцы: освальд - жан - дэниел
    Aaron Minyard & Neil Josten
    Idfc [all for the game]

    Информация о пользователе

    Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


    Вы здесь » GEMcross » философский камень » house of the rising sun


    house of the rising sun

    Сообщений 1 страница 20 из 20

    1

    house of the rising sun
    "there is a house in charming town they call the rising sun
    and its been the ruin of many a poor girl
    and me, oh god, im one"
    https://i.imgur.com/lEyzhhp.gif https://i.imgur.com/L6fbqva.gif
    Abel Teller x Thomas Teller

    [nick]Thomas Teller[/nick][fandom]<div class=fan2>sons of anarchy</div>[/fandom][icon]https://i.imgur.com/Dxqg3P7.gif[/icon][lz]<div class=lzname><a href="https://gemcross.rusff.me/">Томас Теллер, 21</a></div><div class=lztext>мы совсем себя не знаем, пока не найдем нужного человека</div>[/lz][status]baby-please-dont-go[/status]

    +2

    2

    «Авель, прошу тебя, успокойся. Я вернусь сразу, как только сдам экзамены в университете. Сейчас для меня важно только это. Пожалуйста, давай закроем тему. Я очень от нее устал».
    Это было последнее сообщение, которое Томас отправил брату накануне вечером и отключил телефон. Авель настолько его вымотал этой многочасовой и нудной перепиской, что настроение смотреть фильм с Диланом, как они договаривались, сдулось словно воздушный шарик, поэтому, поужинав, они сразу легли спать.
    Утро подкралось лениво, как кошка на мягких лапах. Обычно Томас с Диланом подскакивали ни свет ни заря, но сегодня была суббота и они вдвоем валялись в кровати до победного, нежась в объятиях друг друга, обсуждая планы на выходные, абсолютно никуда не торопясь.
    Томас искренне пытался наслаждаться моментом. Телефон был отключен, ничто его не тревожило. И никто.
    По его представлению именно так в обычных, нормальных отношениях все и должно было происходить. Без давления, без угроз, без истерик. Кажется, здесь в Чикаго у него впервые получилось создать такой мир, каким он хотел видеть его в реальности. Маленький, уютный, тихий. Мир, в котором с твоим мнением считаются с первого раза, в котором тебе не нужно всякий раз делать над собой усилие и повышать голос, чтобы быть услышанным, мир, в котором нет необходимости никому противостоять, сражаться, мир, в котором тебя не лупят по лицу и не трахают так, что на утро больно встать с кровати. Пусть этот новый мир был ничтожным, крошечным, пресным, скучным, никаким. Пусть. Томас все равно находил в нем успокоение и хотел остаться еще ненадолго, не насовсем, - он знал, что это было невозможно, - только на чуть-чуть.
    Чужая рука оказалась у него между ног, ненавязчиво погладила, ощупала, размяла член и двинулась дальше, глубже, вызвав улыбку при закрытых глазах.
    - Хочешь сейчас? - Спросил Томас шепотом, поджимая губы и ощущая, как мягкие подушечки пальцев оглаживают, гуляя вокруг чувствительного места.
    - Почему нет? - Отозвался Дилан, мягко целуя Томаса в щеку и утыкаясь носом в его теплую шею, вдыхая утренний, приятный сонный запах.
    - Ладно, давай, - недолго думая согласился Теллер, переворачиваясь на спину.
    Секс с Диланом не был ни хорошим, ни плохим. Он был обычным. Как раз таким, каким Томас его себе и представлял. Они не делали ничего такого, никак не извращались, не меняли позы, только возились на постели, целовались, сопели, останавливались и начинали снова.
    Обычно Томасу нужно было гораздо больше времени. Потому что теперь его никто не хватал, не сжимал, не удерживал и не шептал на ухо всякую похабную грязь. Томас честно старался расслабиться и отпустить мысли о том, к чему он привык, но еще ни разу ему это не удавалось. Каждый гребаный раз ему было ужасно стыдно, но каждый гребаный раз на месте хорошего, доброго, милого и заботливого Дилана он представлял необузданного, сумасшедшего Авеля, который тоже умел быть очень хорошим и заботливым, правда перед этим ему нужно было вынуть из Томаса всю душу.
    Они с Диланом уже были близки к финалу, как в дверь этажом ниже бесцеремонно постучали и не один раз. Томас знал всех соседей, кто жил рядом и напротив, и никто из них никогда бы не позволил себе так к ним вламываться, тем более в субботу утром.
    Сердце непроизвольно сделало кульбит. Страх и стыд схватили за горло так, что в первые несколько секунд было не вздохнуть. Только вторая череда нетерпеливых ударов заставила Томаса панически заерзать и отстранить от себя замершего на месте парня.
    - Слезай, - скомандовал Теллер, соскакивая с кровати сразу, как только получил такую возможность, и начал в спешке одеваться.
    Шанс, что это окажется не Авель был просто ничтожный. Они никакого больше не ждали, а Томас так до сих пор не трогал свой телефон. Унизительная паника охватила его всего. Он наспех натянул спортивные штаны и босяком побежал вниз, бросив Дилану, чтобы тоже живо одевался, но тот, ничего не понимая и хлопая глазами, так и остался сидеть на смятой постели.
    Времени, чтобы набираться смелости и придумывать подходящую для такого случая фразу, у Томаса не было. Оказавшись у входной двери, он рванул ее на себя, сразу упираясь взглядом в рассвирепевшего, как настоящее животное, брата. Сердце, до этого бешено колотящееся о ребра, вдруг замерло и снова полетело куда-то вниз.
    Авель был в своей байкерской косухе, а на месте одной единственной нашивки, обозначающей, что он рядовой участник клуба, теперь было сразу две: должностная «вице-президент» и страшная «отчаянный».
    Авелю пришлось пролить за клуб чужую кровь.
    Томас похолодел. Авель смотрел на него в упор, но тот не смотрел на своего брата. Испуганный взгляд жрал нашивку. Томас не мог в это поверить, во все, что угодно, но только не в это.
    - ДИЛАН, БЕГИ!
    Крик вырвался из груди Томаса быстрее, чем Авель успел оттолкнуть его, врываясь в дом.
    Очень скоро наверху что-то громыхнуло и упало.
    Сегодня Томас Теллер проснулся в аду.

    [nick]Thomas Teller[/nick][status]baby-please-dont-go[/status][icon]https://i.imgur.com/Dxqg3P7.gif[/icon][fandom]<div class=fan2>sons of anarchy</div>[/fandom][lz]<div class=lzname><a href="https://gemcross.rusff.me/">Томас Теллер, 21</a></div><div class=lztext>мы совсем себя не знаем, пока не найдем нужного человека</div>[/lz]

    Отредактировано Riko Moriyama (2022-08-19 03:31:25)

    +2

    3

    [indent] "Ты мне нужен, Том. Нужен сейчас, сегодня, немедленно. Чёрт его дери, нужен в эту самую секунду, а не когда сдашь свои ебучие экзамены! Какое они нахер вообще имеют значение?!"
    [indent] "Ты должен быть здесь, понял?!"
    [indent] "С каких пор "важно только это"?! Семья всегда была нам важнее всего! Семья - и ничто другое!"
    [indent] "Не игнорируй меня!"
    [indent] "Томас Теллер, не смей меня игнорировать!"
    [indent] "Я приеду за тобой!"
    [indent] "Завтра буду, имей в виду!"
    [indent] Авель не знал, что все эти семь сообщений слал уже вникуда, в тёмную тишину отключённого телефона, в молчащую сеть. Не то чтобы он сомневался, что Томасу хватит характера или умения попросту послать его, отвернуться и заняться своими делами, хватит, конечно, Теллер всегда Теллер, да и не пасовал перед ним брат никогда. Нет, дело было вовсе не в этом, просто Томас был его, принадлежал ему душой и телом, а значит, они должны быть вместе, когда нужны друг другу, когда происходит что-то действительно важное. А что может быть важнее нашивки вице-президента и дела, которое ему, Авелю, придётся провернуть, чтобы подтвердить своё право на эту должность? И раз так, то разве место Томаса не рядом с ним? Так как он мог этого не понять за долбаных два часа разговора?!
    [indent] Авель попытался было отогнать мысли о брате, заняться чем-нибудь дельным. Посидел с матерью и её женой, заглянул выпить с Венерой и Тигом (а после и обсудить с ним невадские планы), даже повёл было в бар Мию, не оставлявшую попыток добиться-таки официального статуса его "старухи". Вот только Мия липла к нему, к чёртова жвачка к ботинку, вела себя так, будто ему невмоготу прыгнуть с ней в койку, а не наоборот и в конце концов так его утомила, что он молча завёз её домой, велел не надоедать в ближайшие пару дней и свалил - на шоссе, к ночи, ветру и скорости. И, едва оказавшись там в одиночестве, понял, что любые попытки отделаться от мыслей о Томасе и вести себя так, как будто ничего не случилось, абсолютно бессмысленны: ему нужен брат, нужно, чтобы он смотрел ему в лицо тёмными, полными мягкого огня глазами, нужно коснуться пальцами его пухлых губ, нужно слушать с детства знакомый голос, звучащий то нежно, то звонко, наконец нужно в очередной раз присвоить его тело и всем существом впитывать крики удовольствия, мешающиеся со стонами боли. Его брат, его Томас, его младший Теллер. Должен быть рядом и никак иначе. Разогнавшись до ста двадцати миль в час, Авель стиснул руку так, что кольцо с буквами SO болезненно впилось в пальцы, и по пустынной дороге помчался в сторону Чикаго.

    [indent] Сидеть в седле всю ночь Авелю было не впервой, а сейчас ему ещё и придавали сил ярость и отчаянная жажда встречи, поэтому рассвет он встретил будто бы таким же бодрым, каким выезжал из Чарминга. Сумрачный, ветреный Чикаго всегда казался ему чужим, но сейчас казалось, что город и вовсе существует где-то в параллельном измерении, он просто препятствие, которое нужно побыстрее преодолеть на пути к Томасу. Хорошо, что местная полиция не слишком-то активничала в работе и некому было тормозить в сонных утренних кварталах дикого байкера, даже не думавшего сбрасывать скорость.
    [indent] Дом, где жил брат, явно тоже ещё дремал, когда Авель заколотил в двери. Он был готов хоть вламываться силой, если понадобится, но при этом не сомневался почему-то, что Томас откроет. Тишина, секунды ожидания, обострённые ощущения - нагретый металл отцовского "кольта" за поясом, тяжесть армейского ножа на бедре - негромкий шум где-то наверху и наконец шаги на лестнице. И вот дверь открылась, Томас на пороге.
    [indent] Авелю хватает секунды, чтобы подметить в брате всё, что так очевидно знающему взгляду: припухшие, чуть покрасневшие губы, расслабленное тело, источающее незнакомый запах, еле заметные следы на коже, тень совсем недавнего удовольствия в тёмных глазах.
    [indent] Ярость, задремавшая было за время ночной дороги, бешеным огнём полыхнула в груди, руки сжались в кулаки, во рту разом стало солоно.
    - Ах ты с-сука!.. - отрывисто и глухо выдохнул Авель сквозь стиснутые зубы, обращаясь не то к Томасу, не то к кому-то незнакомому наверху, кому уже стоило бы вспоминать молитвы. Не говоря больше ни слова, он буквально отшвырнул брата с дороги и бросился наверх.
    [indent] Кажется, растерянный парень в спальне Томаса, так и не успевший ещё одеться, был симпатичным, может, даже красивым. Кажется, ему не верилось, что происходит что-то опасное. Кажется, он был из тех, кто даже не умеет толком защищаться. Всё это промелькнуло у Авеля в голове за считанные секунды, а потом он пинком швырнул парню под ноги оставленный у двери стул.
    - Доброе утро, приятель! - крикнул он, по-волчьи оскалившись, и тут же "приласкал" незнакомца ударом в солнечное сплетение. - Значит, это ты, да? Ты трахаешь моего брата, ублюдок?! - новые удары, теперь тяжёлыми ботинками, посыпались на "преступника". - Он хорош, а?! Эй, Том! - приостановившись на секунду, Авель обернулся к двери: - Это он твои "экзамены"?! - горло горело огнём, как будто огненным стало само дыхание. Авель Теллер едва балансировал на грани, за которой перестают быть человеком.

    [nick]Abel Teller[/nick][status]man of mayhem[/status][icon]https://forumupload.ru/uploads/001b/2f/0f/546/206656.png[/icon][fandom]SONS OF ANARCHY[/fandom][lz]Каждый день ты открываешь коробку. И только от тебя зависит, будет это подарок или гроб.[/lz]

    Подпись автора

    спасибо Кевину

    +2

    4

    Томас думал, что все еще спит и видит страшный сон, который не должен был сбыться. Младший Теллер от рождения не был ни злым, ни мстительным человеком, меньше всего на свете от хотел причинять боль другим, тем более Авелю, ставшему для него всем. Но сознательная жизнь складывалась так, что Тому, сумевшему ненадолго вырваться из пут Чарминга, захотелось попробовать что-то новое, другое. Расширить границы мирка, который он знал, к которому привык. Просто попробовать, не бросать, не уходить насовсем, лишь удовлетворить интерес, взглянуть одним глазком, и поэтому, когда представилась подходящая возможность, Томас ею сразу же воспользовался.
    Сначала робко, несмело, открывался и делал шаги навстречу новому для себя человеку, чувствам, отношениям. Крышу это не сносило, но Теллер был рад и этому, простой смене обстановки.
    Сохранить все в тайне от Авеля было очень важно, ведь тот никогда не поймет, не захочет понять, обвинит во всех грехах и обязательно растопчет, что Томас так кропотливо строил день за днем, живя, пробуя ту другую, обычную, нормальную жизнь.
    Но Том слишком хорошо знал своего брата, слишком хорошо чувствовал его, иногда даже мог угадать его поведение, желания. Правда, сегодня интуиция его подвела, а просыпающееся время от времени упрямство усыпило бдительность.
    Авель был здесь. Он жаждал расправы и ничего не могло остановить его на этом пути.
    Томас бросился наверх за братом. Когда он влетел в комнату, Авель уже повалил успевшего надеть только белье Дилана на пол и пинал того ногами. Дилан не выглядел, как тот, кто мог дать настоящий отпор таким, как Авель. Он и не был таким. Он был хорошо воспитан, рос в интеллигентной обеспеченной семье, где родители с него сдували пылинки. Он изучал право, говорил на нескольких языках и ходил в спорт-клуб только для того, чтобы поддерживать рельеф.
    Ставить на него было глупо, поэтому Томас без раздумий пришел на помощь.
    - Что ты делаешь?! Авель, прекрати! Отвали от него! ПЕРЕСТАНЬ! - Закричал он, хватая брата за руку и оттаскивая от сжавшегося на полу парня.
    Нырнув под руку старшего, Том оказался между ним и Диланом, заслоняя того собой и глядя на брата так, будто не веря, что он здесь и устраивает ему сцены.
    - Какого черта ты вытворяешь? Что он тебе сделал? ЧТО? - То, о чем спросил его Авель, Томас пропустил мимо ушей, а вернее сделал вид, отталкивая Авеля, чтобы отошел на безопасное расстояние и не приближался.
    Больше всего ему не хотелось залиться краской именно сейчас, потому что такие темы, - кто хорош, а кто нет, - выбивали землю из-под ног, тем более, Том никогда в жизни не обманывал Авеля, никогда ничего и никого от него не скрывал, а теперь оказался пойман за руку с поличным.
    Присев рядом с Диланом и осмотрев его на наличие крови и ран, Томас сначала утешающе погладил того по темным волосам, только потом разворачиваясь к брату, чтобы посмотреть на него взглядом разозленного, загнанного в угол волчонка, готового к прыжку. Нож и пистолет на его бедре Томас тоже заметил. По спине тут же прополз холодок, но младший Теллер постарался не подать вида. Авель никогда не угрожал ему оружием и сейчас не станет. Только уверенности в этом было меньше, чем каких-то полгода назад.
    - Остынь и иди вниз. Я сейчас спущусь и мы поговорим, - Том процедил обещание сквозь зубы, уже представляя себе в каком ключе будет происходить этот неприятный во всех отношениях разговор.
    Заметив, что Авель скалится и мешкает, Том смело повысил голос и указал ему на дверь.
    - ИДИ ВНИЗ! МЫ ПОГОВОРИМ ТАМ!

    [nick]Thomas Teller[/nick][status]baby-please-dont-go[/status][icon]https://i.imgur.com/Dxqg3P7.gif[/icon][fandom]<div class=fan2>sons of anarchy</div>[/fandom][lz]<div class=lzname><a href="https://gemcross.rusff.me/">Томас Теллер, 21</a></div><div class=lztext>мы совсем себя не знаем, пока не найдем нужного человека</div>[/lz]

    Отредактировано Riko Moriyama (2022-08-23 21:42:27)

    +2

    5

    [indent] Авель горел. Горел изнутри, так жарко и отчаянно сильно, как будто огонь заменил собой кровь у него в жилах и теперь тёк под кожей, пропитывал всё его существо. Это был злой огонь, голодный и жестокий, он хотел насытиться и требовал пищи, его казалось невозможным не слушаться, и мысль попросту скормить ему этого незнакомого парня на полу стремительно становилась соблазнительной. Авель горел, задыхался, переводя дыхание отрывисто и хрипло, сжимал и разжимал кулаки и вряд ли бы вспомнил, что в принципе способен опомниться, если бы на него откуда-то сбоку не налетел внезапный вихрь, одним махом заставив хоть немного стать человеком.
    [indent] Любого, кто вот так сунулся бы ему под руку посреди драки, Авель просто отшвырнул бы, не глядя, но с Томасом всё вышло не в полную силу: он только дёрнулся в сторону, кое-как вырываясь от брата, и отступил на несколько шагов.
    - Не лез бы ты сейчас!.. - угрожающе рыкнул Авель, продолжая метать молнии глазами, но с места не двинулся.
    [indent] В груди было тесно и почему-то больно. Тошно делалось при виде того, как Томас закрывает от собой какого-то мажора, хлопающего глазами то на одного Теллера, то на другого. Хотелось орать не только от ярости, но и от острой почти мальчишеской обиды - зачем ему кто-то ещё? неужели с этим лучше? почему он даже ничего не рассказал? - и от этого все нужные и ненужные слова путались и теснились на языке, а ответить хоть что-то ещё сказать казалось просто необходимым.
    [indent] Авель зацепился за последний яростный возглас брата и мгновенно подал голос в ответ:
    - Что он мне сделал?! Ты серьёзно меня об этом спрашиваешь?! - он сам не заметил, как ладонь легла на рукоять ножа. - Ну, например, драл моего брата и вытрахал ему все мозги! Настолько, похоже, вытрахал, что брат забил и на меня, и на всё на свете, лишь бы с ним покувыркаться! Этого мало, Том?! Мало, чтобы я что-то там вытворял?! - Авель не узнавал собственный голос, отрывистый, хриплый, какой-то металлический, едва чувствовал, как плотно пальцы сомкнулись на потёртой оплетённой кожей рукояти.
    [indent] Огонь в жилах по-прежнему горел, мир вокруг будто был расчерчен красными полосами. Авель сам не взялся бы сказать, как поступил бы дальше, если бы Томас не оттолкнул его, неожиданно решительно и твёрдо. Если бы в глазах брата не вспыхнуло это почти волчье выражение, в котором так отчётливо вдруг проглянула готовность охранять и защищать что-то своё, важное. Если бы Авель не сообразил внезапно, что впервые в жизни смотрит на Томаса, крепко сжимая рукоять ножа, о чём раньше и помыслить не мог бы.
    [indent] Последнее, наконец, отрезвило его окончательно. Облизнув пересохшие губы, он резко выдохнул сквозь зубы, ещё раз скользнул взглядом по сжавшемуся на полу парню, а потом вновь встретился глазами с Томасом:
    - Нечего мне делать внизу, - коротко бросил Авель и отпустил-таки злосчастную рукоять. - Не очень-то мне хочется смотреть, как ты его целуешь на прощание в лобик, а потом он летит по своим делам прочь из вашего гнёздышка, - он усмехнулся, но получился снова оскал. - Пусть проваливает, а я подожду тебя на кухне. Только недолго, Том! - кажется, последняя фраза снова прозвучала угрожающе, ну и чёрт с ней.
    [indent] Авель развернулся и двинулся туда, где вроде как должна была быть кухня: хлебнёт холодной воды, встряхнётся, подождёт, пока можно будет поговорить как следует. Осталось только перестать прислушиваться к каждому звуку и шороху у себя за спиной.

    [nick]Abel Teller[/nick][status]man of mayhem[/status][icon]https://forumupload.ru/uploads/001b/2f/0f/546/206656.png[/icon][fandom]SONS OF ANARCHY[/fandom][lz]Каждый день ты открываешь коробку. И только от тебя зависит, будет это подарок или гроб.[/lz]

    Подпись автора

    спасибо Кевину

    +2

    6

    Когда Авель наконец ушел из комнаты, Томас облегченно опустил плечи, с них будто бы только что спал тяжелый груз. Его всего трясло. Перед глазами все еще стояла очень яркая картинка, как Авель кладет ладонь на рукоять ножа. Раз за разом. Раз за разом.
    От страха и волнения сердце младшего Теллера, кажется, пропускало каждый второй удар, а уши будто бы заложило. Боялся он не за себя, а за Дилана, который, сжав пальцами запястье, не сразу, но привел Томаса в чувство, вернул в эту реальность.
    - Твой брат?
    Томас молча кивнул, помогая парню подняться на ноги. Выглядел тот жалко. Как он при всем при этом выглядит сам, Теллер не хотел знать. Наверняка ничуть не лучше.
    - Он что, бандит? - Дилан звучал растерянно, он совсем не знал, что ему делать. В его доме разгуливал парень с оружием, который велел ему убираться отсюда. Задачка была не из простых, ведь у самого Дилана никакого оружие не было, он даже не дрался никогда.
    - Байкер, - коротко поправил Томас, не зная, как лучше подобраться к разговору о том, что Дилану и правда лучше сейчас отойти проветриться.
    - А это разве не одно и то же?
    Ответить было нечего, поэтому Теллер волевым решением рубанул этот чертов узел, мешающийся всю ту минуту, что они были в комнате одни.
    - Слушай, - шепнул он, ловя чужие руки и заставляя слушать себя, - я знаю своего брата и знаю, на что он способен, тебе правда лучше...подождать снаружи, - Теллер нервно пожал губы, - мы поговорим и...возможно мне придется уехать.
    - А может мне лучше вызвать полицию?
    - Нет! - Томас почти вскрикнул, сильнее сжимая запястья. - Нет, Дил, пожалуйста, никакой полиции. У нас сложные отношения, это долго объяснять...
    - Ты понимаешь, что это не нормально? Вламываться в чужой дом, бить людей. И как же учеба, как экзамены? Неужели ты собираешься...
    - Я что-нибудь придумаю, решу это позже, хорошо? - Томас изо всех сил старался успокоить Дилана, гладил его по предплечьям, перешел на шепот. Он не хотел сеять панику, хоть его собственное нутро от паники просто вопило.
    - Пожалуйста, пойми, мне придется поехать с ним. Семейное дело, очень срочное, иначе бы он не заявился сюда.
    Дилан очень долго на него смотрел. На лице Тома в этот момент отображалась просто вселенских масштабов мука. Чувствовал он себя примерно точно так же.
    - Ладно, - наконец решился Дилан, недовольно раздувая ноздри, - я схожу прогуляюсь до супермаркета. Напиши мне, когда можно будет вернуться.
    - Спасибо. Я напишу!
    - И все-таки лучше бы было вызвать полицию, - проворчал парень, натягивая на себя вчерашняя смятую футболку, оставленную на спинке стула, и надевая штаны.
    - Все обойдется, я тебе обещаю, - Томас постарался прозвучать как можно увереннее, но на деле никакой уверенности в нем не было. Он знал Авеля от и до, но в то же время, внутренний голос подсказывал ему - неизвестно, сколько именно воды могло утечь за последние полгода.
    - Сделаю вид, что верю, - Дилан медлил с уходом. Тогда Том подошел и коротко поцеловал его в губы, уже зная, что они скорее всего видятся в последний раз.
    - Иди, я позже напишу, - кивнув и дождавшись, когда шаги парня прозвучат на лестнице и когда хлопнет входная дверь, Томас обессиленно опустился на край постели и потер лицо обеими руками, совсем не зная, как теперь объясняться перед Авелем и как скрыть свою уязвленность, свой стыд за то, что тот догадался, что именно происходило прямо перед его появлением.
    По-хорошему Томасу нужно было принять душ, но времени у него не было. Наспех одевшись, он пришел на кухню, где и ждал его Авель. Стакан с водой стоял у раковины, отпечатки его пальцев проглядывались на прозрачном стекле рядом с кромкой. Полоска солнца, которое заглядывало в окно, делило кухню на две части и отделала братьев друг от друга.
    Сложив руки на груди, Томас встал в дверном проеме, будто бы боясь пройти дальше. Он был весь напряжен и внутри натянут как струна. В глаза брата он намеренно старался не смотреть.
    - Он ушел, мы одни, правда, времени у нас немного, - негромко сказав это, теперь в голосе младшего Теллера не было надрыва, он звучал будто бы спокойно.
    - Обязательно было срываться, ехать всю ночь и заявляться сюда без предупреждения? Чего ты хотел добиться? Что тебе нужно?
    На деле Томас знал ответы на все эти вопросы, знал, как события станут развиваться дальше, как проиграется этот сценарий. Он пробовал вырваться, пробовал переписать его, но ничего у него не вышло.
    Они с Авелем оба вернулись к самому началу.

    [nick]Thomas Teller[/nick][status]baby-please-dont-go[/status][icon]https://i.imgur.com/Dxqg3P7.gif[/icon][fandom]<div class=fan2>sons of anarchy</div>[/fandom][lz]<div class=lzname><a href="https://gemcross.rusff.me/">Томас Теллер, 21</a></div><div class=lztext>мы совсем себя не знаем, пока не найдем нужного человека</div>[/lz]

    Отредактировано Riko Moriyama (2022-08-29 11:51:21)

    +2

    7

    [indent] Авелю всегда казалось, что у Томаса есть способность ходить по-кошачьи тихо, вот и сейчас он скорее спиной почувствовал присутствие брата, чем услышал его шаги. Он замер на секунду, будто ловя секунду тишины перед следующим раундом шторма, потом медленно, глубоко вдохнул и обернулся.
    [indent] Томас стоял в дверном проёме, скрестив руки на груди, он, казалось, занял оборону и не намерен ни отступать, ни давать слабину перед своим незваным гостем. Их разделяло солнце, и это казалось Авелю странным - не потому что братьев Теллеров никогда ничто не могло бы разделить и не из-за ещё какой-нибудь такой пафосной херни, а просто потому что солнце всегда должно быть на стороне Тома. Как же иначе, если оно ещё при рождении у него внутри поселилось, и это может увидеть каждый, кто заглянет в кажущиеся такими мягкими глаза? Солнечный блик скользит по лицу Томаса, и Авель невольно улыбается: ну вот, теперь всё правильно, всё, как должно быть, можно наконец и к делам.
    [indent] Авель помедлил ещё пару секунд, зачем-то покрутил в руках стакан, из которого только что залпом пил воду, а потом одним движением подался поближе к брату:
    - Да, Том, срываться было обязательно, - с нажимом сказал он и тоже скрестил руки на груди. - И, знаешь, я бы предупредил, если бы ты не вырубил чёртов телефон, как пацан на вечеринке, который не хочет, чтобы его папаша отвлекал от выпивки и траха. Хотя ты же поэтому его и вырубил, да? Чтобы я тебя от траха не отвлекал, - Авель отрывисто, недобро усмехнулся, тряхнул головой, с трудом загоняя подальше злость, мгновенно вновь напомнившую о себе. - Я хотел добиться тебя. Понимаешь? Тебя! - он совсем не замечал, как понемногу снова начинает повышать голос. - Ты нужен мне! Всегда, мать твою, нужен, как воздух, но сейчас особенно! Ты мне нужен в Чарминге, в клубе - везде! - конечно, Авель хотел сказать "и в моей постели", но сейчас речь шла о другом, и ему хотелось показать Томасу, как он нуждается в нём, не меньше, чем показать, до чего сильно его по-прежнему хочет. - Я... Времена меняются, Том. И я хочу, чтобы в это грёбаное время ты был рядом, ты, чёрт возьми, должен быть рядом! - сделав к брату ещё один шаг, Авель крепко стиснул его плечи. - Не исчезай, Том, не смей ускользать, - вдруг почти горячечно произнёс он вполголоса и заглянул Томасу в лицо. - Только не сейчас. И не ради экзаменов или этого своего... Дилана, которого я всё-таки пришибу, если ты не поедешь со мной, - он усмехнулся, но знающий его человек мгновенно распознал бы, как далека от шутки эта фраза.
    [indent] По лицу Томаса снова скользнули солнечные блики. Авель держал брата так, будто готов был утащить его волоком. Солнечный луч, тонкий и очень светлый, золотистой чертой перечёркивал его грудь и красовавшиеся на ней новые нашивки.

    [nick]Abel Teller[/nick][status]man of mayhem[/status][icon]https://forumupload.ru/uploads/001b/2f/0f/546/206656.png[/icon][fandom]SONS OF ANARCHY[/fandom][lz]Каждый день ты открываешь коробку. И только от тебя зависит, будет это подарок или гроб.[/lz]

    Подпись автора

    спасибо Кевину

    +2

    8

    Томас весь подобрался, но остался стоять на месте. Он никогда в жизни не пасовал перед братом [хоть и много раз получал за это по лицу], он не должен был делать этого и сейчас. Пусть исход уже ясен: Томасу придется вернуться домой, в Чарминг, но все, о чем он думает, он обязательно скажет, и неважно, как отреагирует Авель.
    Все равно между ними все зашло слишком далеко.
    - Я его вырубил, потому что устал! - Теперь уже церемониться было бессмысленно. Младший Теллер повысил голос точно так же, как это сделал старший, резонируя с ним, заряжаясь его взвинченной энергетикой.
    - Но тебе на это плевать! Плевать на то, как я себя чувствую, что меня волнует, что мне важно сейчас! Тебя заботит только свое собственное состояние, признай! - Конечно Авель ни в чем ему не признается, ведь такие вещи уязвляют, а крутые парни, типа него, не должны выставлять себя ссыкливыми сопляками. Ни перед кем и никогда.
    - Но знаешь, что меня бесит больше всего? - Спросил Томас, глядя Авелю прямо в глаза. В глазах брата не было ничего доброго, только злая решимость. Он получит то, за чем приехал. Второго варианта просто не было дано.
    - Что ты живешь полноценной жизнью, а мне не даешь ею жить. У тебя есть клуб, есть положение, идеалы, к которым ты стремишься, а у меня нет ничего! И никогда по-настоящему не было! Потому что когда что-то появлялось, ты был уже тут как тут и все рушил, прямо как сейчас.
    Томас Теллер говорил смело, очень смело и жестко. Слово были как пощечины, хотя ему стоило подбирать их более осторожно, ведь сейчас перед ним стоял не просто его старший брат, не просто член байкерского круба, а его вице-президент.
    Взгляд черных глаз бегло скользнул по новой, еще даже не успевшей впитать в себя дорожную пыль, нашивке. Руки легли на чужие ладони и порывисто убрали их, отталкивая. Томас прекрасно давал себе отчет, чем именно это может ему грозить, но сдаться сейчас было очень глупо. У него есть собственное мнение, и всегда было, и Авель должен об этом знать.
    - Ты это называешь «изменившимися временами»? - Том кивнул на нашивки, глядя на них со смесью страха и одновременно...отвращения? На потрепанной косухе они смотрелись будто бы чужно, инородно. Совсем ни к месту.
    - Отец не этого для тебя хотел! Он вообще не хотел, чтобы ты лез туда, а тем более кого-то убивал ради этого чертового клуба! Отец умер из-за него, ИЗ-ЗА НЕГО, ТЫ ПОНИМАЕШЬ? - Томас сорвался на крик, так ему хотелось донести до Авеля свою простую истину и истину их отца. Ведь они вместе читали его дневники, перебирали старые тетрадные листы еще будучи совсем мальчишками, рассматривали печатные фото, собирая по крупицам образ человека, который хотел для своих детей другой, лучшей судьбы.



    [nick]Thomas Teller[/nick][status]baby-please-dont-go[/status][icon]https://i.imgur.com/Dxqg3P7.gif[/icon][fandom]<div class=fan2>sons of anarchy</div>[/fandom][lz]<div class=lzname><a href="https://gemcross.rusff.me/">Томас Теллер, 21</a></div><div class=lztext>мы совсем себя не знаем, пока не найдем нужного человека</div>[/lz]

    Отредактировано Riko Moriyama (2022-09-02 18:13:58)

    +2

    9

    [indent] Авелю казалось, что он владеет собой, всё ещё держит себя в руках, несмотря на зарождающийся в груди взрыв сверхновой, на красные всполохи, мечущиеся перед глазами. Ему чудилось, что он не даст слабину и не сорвётся, надо только дышать глубже и выставить что-то вроде стены между собой и братом, которая сдержит волну его возмущения или злости. Ему казалось, чудилось - вот только Томас не собирался, похоже, сдерживаться и хлестал его словами, как тяжёлым кнутом. Авель молчал, впившись намертво пальцами в плечи брата и стиснув зубы так, что на челюстях ходили желваки, и чувствовал себя таким беззащитным и уязвимым, каким новый вице-президент "Сэмкро" не бывал никогда и ни перед кем, кроме вот этого темноглазого парня, который так бесстрашно орал на него сейчас.
    - Да что ты, мать твою, такое несёшь?! - наконец обрёл дар речи Авель и мгновенно так повысил голос, что стёкла в окне зазвенели. - Мне никогда не было на тебя плевать, и ты это знаешь! Ты и мать - единственные, кто для меня всегда, всю жизнь что-то значил! Я живу ради тебя, и это ты тоже знаешь лучше всех, Том! И когда тебя нет рядом, из меня будто жилы щипцами вытягивают и рвут в клочья. Ты мне нужен! - Авель сам не понял, как это получилось, но в последнем возгласе вместе с привычной яростью вдруг прорвался отзвук той боли, которую он совсем не любил выпускать наружу, даже перед Томасом. - И у тебя может быть всё, что захочешь, если ты не будешь рушить... нас, - пронзительно, отчаянно, удивительно открыто. Таким открытым Авель умел быть только с братом и иногда гадал, не этот ли искренний, отчаянный, уязвимый парень и есть настоящий он. Мысль об этом одновременно захватывала и пугала.
    [indent] Неизвестно, чем бы это кончилось, если бы Томас тоже не отбросил в сторону любые ограничители. В тот момент, когда он оттолкнул его руки, а потом бросил на новые, ещё совсем не пропитавшиеся дорожным ветром нашивки, полный отвращения взгляд, сверхновая в груди у Авеля всё-таки взорвалась, полыхнув белым огнём и слепящим светом. Старший Теллер, недобро сощурившись, подступил ещё ближе к брату, а потом наотмашь ударил его по лицу рукой, на которой красовалось тяжёлое отцовское кольцо. Отрывисто выдохнул сквозь зубы и ударил снова - сильнее и тяжелее прежнего.
    - Да, Том, это новые времена, - не то зашипел, не то зарычал Авель, вжимая брата в стену. - Это. Это я, понимаешь? Такой, какой есть. Сын Джекса Теллера, - он криво, зло усмехнулся. - И я беру своё, и делаю, что должен, и занимаю своё место. И мне в этом нужен ты, - Авель сильнее вжал Томаса в стену, сам прижался к нему теснее и вдруг разом задохнулся - от тепла брата, от его запаха, по которому так истосковался за прошедшие полгода, от близости, которой единственной мог так голодно и жадно хотеть. И пол разом ушёл из под ног. - Чёрт... - Авель скользнул руками по телу Томаса, нырнул под одежду. - Я ведь соскучился, Том... - прижавшись совсем вплотную, он вздрогнул от накатившего лихорадочного возбуждения. Впился Томасу в шею то ли поцелуем, то ли укусом. - Давай, прямо сейчас... - Авель одним грубым движением развернул Томаса так, чтобы теперь впечатать его в стену лицом. Ему не нужно было говорить, чего именно он хочет, а брату незачем было спрашивать: они оба всё прекрасно знали, как знали и то, что Авель в любом случае возьмёт то, чего так отчаянно хочет, какое бы ни встретил сопротивление ни встретил в самом начале. - Мой Том. Мой... - глухо выдохнул он, предвкушая то, что будет дальше.

    [nick]Abel Teller[/nick][status]man of mayhem[/status][icon]https://forumupload.ru/uploads/001b/2f/0f/546/206656.png[/icon][fandom]SONS OF ANARCHY[/fandom][lz]Каждый день ты открываешь коробку. И только от тебя зависит, будет это подарок или гроб.[/lz]

    Подпись автора

    спасибо Кевину

    +2

    10

    Острая и яркая боль от пощечины полоснула по лицу, будто лезвием ножа, - того самого, который висел у брата на поясе, - заставляя Томаса немедленно умолкнуть. Кажется, он все-таки перешел черту, вдоль которой гулял еще со вчерашнего вечера, играя с Авелем в кошки-мышки.
    Это была их любимая игра, но никто в этом вслух никогда не признавался, да и особой необходимости не было, братья понимали друг друга без слов, на каком-то своем, особенном уровне. Эта связь между ними была всегда, но укрепилась она особенно, когда Томасу было четырнадцать, когда Авель впервые ударил его и впустил в свою постель.
    Томас до сих пор очень хорошо помнил тот день. Была пятница, Венди и Кларисса уехали до позднего вечера, оставив мальчиков одних. Томас заканчивал школу позже, чем брат, а поэтому ему пришлось возвращаться самому, но, чтобы не было скучно, он позвал с собой Роджера, а вернее позволил ему проводить себя. Томас нравился Роджеру, очень нравился. Пару раз они уже целовались и однажды у них почти что дошло до петтинга. Томас тоже не был к нему равнодушен, но чувствовал, что он не совсем тот, кто был ему нужен, и определенно совсем не тот, с кем бы Томас хотел заняться сексом впервые в жизни.
    Однополая любовь младшего Теллера никогда особо не смущала, даже наоборот, ведь перед его глазами всегда был прекрасный пример - Венди, воспитавшая его и заменившая ему родную покойную мать. Поэтому девушки Томаса интересовали исключительно в качестве друзей, на парней он заглядывался с большим интересом и энтузиазмом, но единственный парень, чье внимание Том отчаянно пытался привлечь, был к нему слишком близко, но в то же время оставался абсолютно недосягаемым. Этим парнем был его родной брат. 
    Они шли домой, держась за руки. Болтали обо всем на свете и громко смеялись, как положено двум подросткам. Дойдя до дома и остановившись на подъездной дорожке, Томас дождался, когда Авель выглянет в окно и помашет ему, чтобы заходил внутрь, и только тогда чмокнул Роджера на прощанье, договорившись встретиться завтра в школе.
    Это не было случайностью. Томасу было всего четырнадцать, но он хотел, чтобы Авель это увидел. Сработает или нет, - Том не знал наверняка, но попробовать стоило, ведь он столько раз пытался подавать брату тайные знаки в надежде, что тот считает хотя бы один из них, но до этого момента все было тщетно. Даже если Авель их и считывал, ничего не происходило.
    Тогда пощечина, которую он получил от брата, была не такая сильная, а скорее отрезвляющая, заставляющая задуматься над своим поведением. Авелю не хотелось, чтобы Том таскал пацанов к ним под окна и уже тем более целовал их. Он сказал это прямо, а потом взял лицо младшего брата в свои руки, чтобы получше рассмотреть ушибленное место. Тогда-то Томас и решил, что это его шанс.
    Встав на носочки и взявшись за запястья Авеля, он первый потянулся к его губам, мягко, осторожно, будто боясь спугнуть, и на удивление не встретил сопротивления. Они целовались, их губы разомкнулись, слюна смешалась, Томас никогда еще не чувствовал себя счастливее, чем тогда.
    - Сделай это со мной сам, если не хочешь, чтобы я сделал с кем-то другим, - прошептал младший Теллер тем же вечером, когда они уже погасили свет и вроде как легли спать. Венди с Клариссой все еще не было дома.
    Том прокрался в комнату к Авелю, залез к нему на постель и сел сверху, требуя от брата повторить с ним то же самое, чем он недавно занимался с девчонкой из своего класса, которая боялась лишаться девственности вагинально, но в полном распоряжении Авеля была ее задница. Томас подслушал телефонный разговор брата, тот хвастался очередной своей победой другу.
    Сам процесс Том помнил уже смутно. Кажется, ему было больно, он дергался и выл, уткнувшись лицом в подушку, пока Авель таранил его сзади, удерживая на месте, взявшись за шею. Но одно Томас помнил абсолютно точно, - у Авеля крепко стоял, когда он сопротивлялся, сжимался и хныкал, и у самого Тома стоял тоже. Изображать из себя жертву было...прикольно.
    Второй удар, последовавший за первым, лишил возможности трезво соображать. Лицо горело, его словно жгло огнем. Томасу очень сильно хотелось закрыть его руками, чтобы хоть немного унять боль, но Авель не дал ему этого сделать, вжав в стену с такой силой, что у младшего Теллера, кажется, заболели все кости.
    Какое-то время Том молчал, жмурясь и не двигаясь, чтобы не провоцировать Авеля на новые удары. Ему хватило, он все прекрасно понял и с первого раза. Голова гудела и боль все никак не проходила, зато горячие жадные руки брата залезли под одежду, ощупывая и трогая абсолютно везде. Томас беспомощно схватился за чужие предплечья, сжав их и протяжно простонав, когда Авель укусил его в шею [или пытался поцеловать?].
    Он совсем отвык от такого обращения. Дилан был с ним очень мягок и бережен, Авель же набрасывался как голодный зверь, и единственное, что его по-настоящему интересовало - было тело Тома, а не его комфорт.
    - Авель, нет... - Томас знал, как горит желание в глазах брата, знал, какого цвета бывает его одержимость, когда ему хочется обладать, подчинять и получать то, что он хочет получить. Но мнение младшего старшего не интересовало, и, оказавшись развернутым лицом к стене, Томас стал сопротивляться активнее, стараясь поймать руки, грубо дравшие на нем одежду, легко оголяя тело, на котором теперь не было ни одного синяка, ни единой отметины.
    Адреналин в крови подскочил моментально, тело бросило в жар. Член уже стоял, но Том продолжал бороться, хотя конечно делал это не в полную силу. Он никогда не брыкался по-настоящему, потому что их с братом заводила лишь видимость сопротивления. Тогда их секс получался ярче, жарче, жестче. Удовольствие получали оба, не было никакого смысла что-то менять.
    - Авель, прекрати...Ты слышишь? Авель! Не здесь, не сейчас...Стой! - Задыхаясь, Томас шептал, вертя головой и чувствуя как горячий член вжимается между его ягодиц, трется о плотно сжавшееся, слегка влажное от смазки, оставшейся там после предыдущего полового акта, кольцо  мышц. Авель будто бы хотел показать, каким должен быть настоящий мужик с большим членом, без нежностей и церемоний, и что не стоило Тому пускаться на его поиски аж до самого Чикаго, когда дома, в Чарминге, у него уже был один такой.
    - Остановись, прошу тебя, - Томас умолял. Его голос звучал почти плаксиво, тело было напряжено и покрылось испариной, но в самый последний момент, когда Авель с усилием надавил головкой на вход, Том обмяк, вдруг расслабляясь, меняясь всего за секунду и помогая брату войти, оттягивая ягодицу в сторону.
    - Сплюнь, я почти что сухой, там мало смазки и она от презерватива.

    [nick]Thomas Teller[/nick][status]baby-please-dont-go[/status][icon]https://i.imgur.com/Dxqg3P7.gif[/icon][fandom]<div class=fan2>sons of anarchy</div>[/fandom][lz]<div class=lzname><a href="https://gemcross.rusff.me/">Томас Теллер, 21</a></div><div class=lztext>мы совсем себя не знаем, пока не найдем нужного человека</div>[/lz]

    Отредактировано Riko Moriyama (2022-09-02 21:36:22)

    +2

    11

    [indent] Авель чувствовал, что брат откликнется, как бы ни вскидывался вначале, даже не просто чувствовал - знал это, как знал самого себя. Так всегда было между ними, с самого начала: Томас оказывался у него в руках, сопротивлялся - вроде бы отчаянно и упорно, а на самом деле совсем не в полную силу - отвечал на каждое движение и прикосновение вскриками и стонами, а потом сдавался, отдавался, будто превращался весь в податливую, полностью готовую принадлежать сладость. Так всегда между ними было. Так будет и сейчас.
    - Да, мелкая ты сучка, да, - задыхаясь, хриплым, едва узнаваемым голосом отзывался Авель. - Да... - и заламывал руки брата, неловко пытавшиеся оттолкнуть его, помешать сдирать одежду, бесстыдно прикасаться к гладкой, лишённой сейчас любых отметин коже. Её чистота заставила Авеля вдруг оскалиться: - Что, Том, давно не пробовал по-настоящему? - его пальцы грубо сжали сначала ягодицу, потом бедро Томаса, оставляя следы, которые вскоре точно станут синяками. - Давно тебя не драли, как следует? - отрывисто рассмеявшись, он вновь припал к шее брата, и Томасу достался ещё один болезненный укус. - Ну, ничего, ничего, радость моя, я уже здесь, сейчас всё будет... - приговаривая всё это сквозь зубы, Авель торопливо расстёгивал сперва ремень, потом потёртые джинсы. - Да тихо ты! - он сильнее впечатал Томаса в стену, подавляя очередную попытку сопротивления.
    [indent] Разумеется, он не хотел, чтобы брат притих. Он хотел дальше слушать, как Томас задыхается, возмущается, требует прекратить, умоляет - каждый из этих возгласов или стонов был для них обоих хлеще любого афродизиака, и с их первой космической ночи Авель запомнил, что ничего лучше и ничего нужнее на свете быть не может.
    [indent] "Сделай это со мной сам, если не хочешь, чтобы я сделал с кем-то другим" - с этих слов, сказанных в темноте его спальни, всё началось, и до сих пор они иногда ему снились. Томас произнёс их и вдруг всё сделал для своего старшего брата до предела очевидным: Авель понял и причину ревности, накрывшей его так, что он впервые всерьёз ударил младшего, и те странные ощущения, которые накрывали его всякий раз, когда они с Томом вроде как по-мальчишески возились на полу или на кровати, и непонятную смесь смущения и лихорадочного волнения, то и дело охватывавшую его, если им двоим случалось столкнуться в ванной. Заявив о своём желании, младшей Теллер как будто выпустил наружу сумасшедшее желание старшего, и больше оно не вернулось в тот тёмный угол, где обитало до этого. Той ночью Авель жестоко трахал своего совсем ещё мальчишку-брата, слушал его стоны боли, переходившие то в хныканье, то почти что в болезненный вой, метил его синяками и засосами, задыхался от наслаждения и каждую минуту обещал себе, что устроит Томасу жизнь лучше, чем в раю, что рано или поздно, наверное, заездит его до полусмерти, а ещё - что никогда никому не отдаст. И твёрдо знал уже тогда: никто и ничто этого не изменит.
    [indent] Знал и сейчас, собираясь не то отправить Томаса на седьмое небо, не то грубо изнасиловать в наказание за измену:
    - Здесь. И сейчас, - глухо выдохнул Авель на ухо брату, одной рукой намертво сжимая его запястья, а другой оглаживая обнажённые теперь ягодицы. - И никуда ты не денешься, Том, - он вжался членом в напряжённое кольцо мышц, сходя с ума от того, что его жертва всё ещё сопротивляется. - Давай! - то ли приказал, то ли потребовал Авель - и глубоко выдохнул, когда сведённое напряжением тело вдруг расслабилось, а брат сам подставился ему. - Вот так, - Авель почти ласково погладил Томаса по бедру. - Так же лучше, - оторвав брата от стены, в которую только что сам впечатал, Авель толкнул его на стол. - Сейчас... - слюна вместо смазки у них была не в первый раз, и не в первый раз он не тратил времени на долгую подготовку. Том будет стонать, может, даже пару раз вскрикнет от боли, но он же и сам любит, когда вот так сразу и поглубже. Авель вошёл глубоко в отдавшееся ему тело. - Вот так, сучка, - он рванул Томаса за волосы, чтобы тот запрокинул голову. - Вот так, радость моя, - движения почти сразу стали размашистыми и грубыми.
    [indent] У Авеля темнело перед глазами. Томас принадлежал ему - снова, целиком, полностью, принадлежал, и сам эту принадлежность подтверждал, а ещё горел в ответ не меньше, чем сам Авель, задыхавшийся сейчас от внутреннего жара. Он прекрасно знал: кто угодно, увидев их сейчас, счёл бы происходящее насилием, и отчего-то это доставляло ему не меньше удовольствия, чем это разделённое на двоих дикое удовольствие. Здесь, в чужом доме, ещё пахнущий кем-то другим, его Том снова его каждой клеткой и каждым вздохом.

    [nick]Abel Teller[/nick][status]man of mayhem[/status][icon]https://forumupload.ru/uploads/001b/2f/0f/546/206656.png[/icon][fandom]SONS OF ANARCHY[/fandom][lz]Каждый день ты открываешь коробку. И только от тебя зависит, будет это подарок или гроб.[/lz]

    Подпись автора

    спасибо Кевину

    +2

    12

    Упав грудью на стол, Том вытянул руки и схватился за противоположный край, выгибаясь в пояснице, чтобы подставиться Авелю, раскрыться перед ним, отдать ему всего себя.
    Брат был прав, у него действительно не было именно такого секса все эти полгода, никто не драл его по-настоящему, никто не обращался и не говорил с ним так, не называл ни сукой, ни своей радостью. Сначала Томас успокаивал себя мыслью, что это их с Авелем случки ненормальные, что нормальный, обычный человеческий секс происходит совсем по-другому, но спустя пару месяцев знакомства с Диланом окончательно понял - ему слишком скучно, слишком неинтересно. Дилан и сам порой возился очень долго, а над Томом корпел еще дольше, очень часто заканчивал пальцами, и когда Теллер просил его добавить к двум еще и третий, то смотрел на него с неодобрением.
    Возможно, Томасу стоило попробовать кого-то другого или даже нескольких парней поочередно, но менять партнеров так часто было совершенно не в его природе, да и Дилан так к нему относился, что было бы просто по-свински бросать его из-за того, что парень недостаточно, что? Груб?
    Осознание, как же сильно он скучал по Авелю, по его сильным рукам, телу, члену и напористости, прошибло сразу же, как только тот рванул младшего брата за волосы, насильно заставляя запрокинуть голову назад, изогнуться всем телом и принять в себя, как самая послушная мелкая сучка, как старший Теллер любил его называть.
    Томасу было больно и хорошо одновременно. Он замер, шумно дыша и крепко жмурясь, чувствуя, как Авель вошел на всю глубину, наполнив его собой. Это тянущее и распирающее ощущение Томас любил особенно сильно. Именно оно сносило крышу и заставляло скулить, требовать больше, глубже, требовать не останавливаться.
    Авель не дал ему привыкнуть и Том стал коротко вскрикивать, когда брат начал безжалостно таранить его дрожащее мелкой дрожью тело. Крики были болезненные, протестующие, но член младшего Теллера стоял так крепко, что начал течь, внизу живота огнем горело возбуждение, и Тому показалось, что он кончит уже вот-вот, так долго ничего подобного с ним не происходило.
    Частота толчков усилилась, шлепки кожи о кожу стали раздаваться все отчетливее, стол заскрипел и заходил ходуном, ящик под столешницей выдвинулся, упираясь Томасу прямо в пах. Но он будто бы не замечал этого, полностью отдавшись и погрузившись в процесс, ничего его не отвлекало и не могло отвлечь, кажется, появись сейчас в кухне Дилан, вернувшийся из супермаркета, Том бы не заметил и его.
    - Да...да, Авель, да, еще, да, так, вот так, - боль пропала из его голоса, теперь младший Теллер звучал сладко-сладко, наконец получив то, что ему было так необходимо и так нужно все то долгое и мучительное время, какое они не виделись с братом.
    А ведь все было до предельного просто: Тому нужно было, чтобы его взяли, подчинили себе, не считаясь с его мнением и удобством. Бесцеремонно, по-животному. Авель всегда справлялся с этой задачей, он же Томаса к этому и приучил. Тогда Том был еще мал, чтобы это осознать, но сейчас пазл складывался в единую картинку: ему по-настоящему понравилось, как брат возил его по постели в их первую ночь, что на утро Том обнаружил у себя стертые коленки и локти, и нравилось все, что тот делал с ним после. Когда просыпался раньше, забирался под одеяло и трахал еще теплого и сонного мокрыми от смазки или слюны пальцами, а свободной рукой зажимая рот, чтобы Венди не проснулась и не услышала их. Нравилось, когда он бил, наотмашь по лицу и по заднице, оставляя красные следы. Дергал за волосы, ставил на колени, заставлял себе сосать.
    Авель сам взрастил в нем все это. Они оба это знали. И пусть это было слишком, пусть со стороны выглядело насильственно, а иногда вообще чудовищно, никто из них не хотел останавливаться. Никто не хотел прекращать.


    [nick]Thomas Teller[/nick][status]baby-please-dont-go[/status][icon]https://i.imgur.com/Dxqg3P7.gif[/icon][fandom]<div class=fan2>sons of anarchy</div>[/fandom][lz]<div class=lzname><a href="https://gemcross.rusff.me/">Томас Теллер, 21</a></div><div class=lztext>мы совсем себя не знаем, пока не найдем нужного человека</div>[/lz]

    Отредактировано Riko Moriyama (2022-09-05 15:06:35)

    +2

    13

    [indent] Авель всегда был непримирим по части наркотиков в клубе: никто из новобранцев "Сэмкро", кандидатов или даже тех, кто добрался до каких-то должностей за столом президента, не смел прикасаться к этой дряни. Никогда, ни при каких обстоятельствах, и Пыр полностью своего молодого заместителя в этом поддерживал. Вот только никто ни в клубе, ни в городе знать не знал, что на самом деле Авель Теллер сам безнадёжный наркоман: он глубоко, бесконечно, стойко зависим от своего младшего брата, и нет такого специалиста, который смог бы хоть что-то с этой зависимостью поделать. Сейчас, жестоко врываясь в тело Томаса, выгибая его дугой и заставляя мучительно запрокидывать голову, Авель дышал и упивался им, всем существом впитывал его запах и жар и окончательно принимал невозможность без него быть.
    - Моя сучка... - голос Авеля, глухой и низкий, едва заметно дрожал от наслаждения и нежности. - Моя маленькая послушная сучка... Такая горячая, такая узкая... - он зашёлся хриплым стоном, больше похожим на рык. Жёсткая рука смяла бедро Томаса, а потом с оттяжкой хлестнула по ягодице, один раз, ещё раз и ещё, оставляя заметные красные следы.
    [indent] Ритм движений Авеля становился всё резче и жёстче. Он знал, что делает брату больно, что происходящее куда больше похоже на насилие, чем на ласки или даже страстный секс, но ни за что бы не остановился сейчас. Да пусть бы хоть небо начало сейчас падать им на головы, Авель не вышел бы из напряжённого, трепещущего тела, которое с такой готовностью подчинялось ему, и то, как жадно и сладко Томас просил его о большем, буквально умолял продолжать, подхлёстывало всё больше и больше.
    - Сука! - рыкнул Авель, вздёргивая брата за бёдра.
    [indent] Его любимая, единственная, жадная сука, такая безотказная и жадная. Его Томми - самый лучший, удивительный, ни на кого непохожий, тот самый, которого так упоительно было трахать по утрам перед школой чуть подрагивающими пальцами, прятаться с ним вместе под тёплым одеялом, зажимая ему рот то ладонью, то поцелуями, а потом вдвоём жмуриться на рассвет за окном и ждать, когда с кухни потянет утренним кофе. Его Томми. Который раскрылся ему, как раньше, который по-прежнему готов хоть кричать под ним, хоть брать у него в самую глотку.
    [indent] Авель зашёлся новым стоном, а потом обхватил ладонью член брата, а сам потянулся к его уху:
    - Радость моя... - выдохнул он и прихватил губами тёплую мочку. - Попроси меня, малыш. Во весь голос попроси, Томми... Трахнуть до нутра и дать тебе кончить... Ну же, давай! - и теперь он болезненно прихватил нежную кожу зубами.

    [nick]Abel Teller[/nick][status]man of mayhem[/status][icon]https://forumupload.ru/uploads/001b/2f/0f/546/206656.png[/icon][fandom]SONS OF ANARCHY[/fandom][lz]Каждый день ты открываешь коробку. И только от тебя зависит, будет это подарок или гроб.[/lz]

    Подпись автора

    спасибо Кевину

    +2

    14

    Томас задохнулся, когда хлесткий удар ладони брата пришелся на правую ягодицу. Боль тут же пронзила все тело, отрезвила, вернула в реальность. Рука у Авеля всегда была такой, тяжелой, грубой, Том узнал это в четырнадцать, и каждый раз, когда брат замахивался на него, сердце младшего Теллера замирало, внутри все сжималось от страха и предвкушения и он снова становился тем маленьким мальчиком, тем самым Томми, которым был когда-то.
    Второй шлепок притупил возбуждение и заметно остудил пыл. Томас больше не барахтался в жаркой влажной неге, а очень четко осознал себя на чужой кухне, на чужом столе и что сейчас его насилует собственный брат.
    С третьего раза на покрасневшей коже проступил отчетливый след. Том болезненно вскрикнул и зашевелился, вильнув бедрами так, будто бы хотел соскользнуть с члена, отстраниться. Все тело снова прошила сильная дрожь. Ему правда было очень больно, но Авель, будто бы не замечая этого, продолжал двигаться, вдалбливаясь, дергая за бедра и насаживая на себя.
    - Мне больно! Прекрати! - Голос Томаса звенел, но о чем именно он просил брата уловить было сложно: просил больше не бить его или остановиться насовсем, он и сам до конца не понимал, но когда ударов больше не последовало, Теллер позволил себе расслабиться и обмякнуть в руках Авеля. Совсем скоро он застонал, как и прежде до этого, протяжно, сладко. В унисон с братом.
    Горячий шепот прямо над ухом сделал из Тома самого послушного мальчика на свете. Он балансировал на грани, как настоящий канатоходец, опасно покачиваясь из одной стороны в другую, но когда крепкая рука Авеля обхватила его член, будто бы взвешивая в ладони вместе с потяжелевшими яйцами, Томас и все его сознание накренилось под таким крутым углом, под которым сохранять равновесие было просто невозможно. Он сорвался и полетел вниз.
    - Авель!...Авель! - Младший Теллер снова задыхался, исходя слюной, жмуря глаза и не представляя на чем еще держится его терпение.
    - Прошу тебя, пожалуйста-пожалуйста-пожалуйся, - горячо зашептал он, чувствуя, как брат давит на него всем своим весом, входит до основания, от чего мышцы туго сжимаются вокруг, и от этого ему делается очень-очень хорошо, - глубже...я хочу глубже, трахни меня очень-очень глубоко, дай кончить...хочу кочить, когда ты внутри.
    Томасу хотелось выть, когда рука Авеля стала ласкать его член в такт толчкам. Стол под ними снова заскрипел и зашатался. Теллер не знал, куда себя деть - мощная волна оргазма накрыла его с головой. Он завозился, задергался, кончая, задыхаясь и разрываясь от стонов на куски. Выгибаясь в пояснице, прижимаясь к паху брата и чувствуя, как самая приятная на свете дрожь бежит по ногами и заставляет пальцы онеметь.
    Твою мать! Твою мать! Твою мать! ТВОЮ МАТЬ!
    Пребывая в эйфории, все сознание Тома просто вопило, а сам он скулил, давая брату сполна насладиться своим полностью обмякшим истерзанным телом, чтобы догнать свой оргазм и почувствовать то, что чувствует сейчас он. Они снова вместе, будто и не расставались. И не расстанутся теперь никогда.

    [nick]Thomas Teller[/nick][status]baby-please-dont-go[/status][icon]https://i.imgur.com/Dxqg3P7.gif[/icon][fandom]<div class=fan2>sons of anarchy</div>[/fandom][lz]<div class=lzname><a href="https://gemcross.rusff.me/">Томас Теллер, 21</a></div><div class=lztext>мы совсем себя не знаем, пока не найдем нужного человека</div>[/lz]

    Отредактировано Riko Moriyama (2022-09-13 22:50:56)

    +2

    15

    [indent] Наверное, не должно быть такого упоительного кайфа, когда самый главный для тебя человек, кричит, что ему больно и пронзительно умоляет остановиться. Наверное, это неправильно. Бывали моменты, когда Авель даже думал обо всём этом, тревожился и корил себя, вот только сейчас думать он был неспособен абсолютно. Ничего он сейчас не мог и не хотел, только слушать дальше отчаянные вскрики стоны Тома, поровну терзать и ласкать горячее, податливое тело и улетать всё дальше в измерение, где никого, кроме них двоих, нет и не будет. И когда стоны брата снова наполнились знакомой сладостью, он отозвался - глухо, протяжно, упоённо, так, как отвечал только Тому.
    - Вот так, Томми, вот так, - хрипло и горячо шептал Авель в тон Томасу, врываясь в его тело всё грубее и глубже и чувствуя, как сжимаются в ответ напряжённые упругие мышцы. - Вот так, радость моя... Мой самый лучший... Я трахну тебя так, что в глазах потемнеет, сучка! - жёсткие пальцы снова до синяков стиснули бёдра Томаса. - Вот так, малыш... - дыхания не хватило, и Авель сам сорвался на хриплый, почти что нечеловеческий уже стон, а потом всем телом вжался в тело брата.
    [indent] Он не знал, чего сейчас хочет больше - измучить Томаса так, чтобы тот плакал, всхлипывая в голос, или заласкать его до обморок, не понимал, на что способен и на что ещё остаются силы. Он совершенно потерялся в хаосе собственных ощущений и чужого удовольствия и твёрдо знал только одно - его сейчас никакая сила не оторвала бы от брата, не заставила бы перестать прикасаться к нему или им дышать. Жёсткая, будто не привыкшая к нежности рука и ласкала грубо, но Томас всё равно отозвался на прикосновения к члену такими стонами, такой бурной волной наслаждения, что Авелю показалось - пол ко всем чертям уплывает из-под ног.
    [indent] Брат кончал, сжатый намертво его хваткой, заходился то ли вскриками, то ли скулёжем, трепетал всем телом, как будто всё его существо охватила дрожь, а Авель был на седьмом небе, потому что это самозабвенное удовольствие таким же желанным, как своё собственное. И это собственное накрыло его всего несколькими секундами позже, когда он буквально набросился на ослабевшее, истерзанное тело Томаса.
    - Томми! - выкрикнул Авель отчаянно и хрипло. - Томми мой!.. - захлебнувшись оставшимися словами и содрогаясь в оргазме, он склонился ниже к брату и по-звериному впился зубами ему в загривок.
    [indent] Как всегда после их секса, Авелю сперва казалось, что возвращаться в реальность нет никакого смысла: зачем возвращаться откуда-то, где тебе так хорошо? Лучше ведь всё равно быть не может, а эти секунды нужно растянуть как можно дольше. Пусть бы каждая длилась, скажем, час. Только мысль о том, что Тома, наверное, ноги не держат после этого их веселья, заставила Авеля медленно, нехотя отстраниться от него. А отстранившись, Авель немедленно оторвал брата от стола, развернул лицом к себе и мягко, очень нежно поцеловал в губы:
    - Я охренительно соскучился, Томми, - после недавних криков даже шёпот звучал хрипло. - С тобой мне жить хочется, - Авель беззвучно усмехнулся. - Хочешь воды? Или ещё чего-нибудь? - он убрал волосы со лба Томаса. Ни одного грубого слова, ни одного резкого жеста, будто и не Авель Теллер совсем недавно буйствовал здесь и почти что насиловал своего брата-любовника.

    [nick]Abel Teller[/nick][status]man of mayhem[/status][icon]https://forumupload.ru/uploads/001b/2f/0f/546/206656.png[/icon][fandom]SONS OF ANARCHY[/fandom][lz]Каждый день ты открываешь коробку. И только от тебя зависит, будет это подарок или гроб.[/lz]

    Подпись автора

    спасибо Кевину

    +2

    16

    Томасу показалось, что прошла целая вечность с момента, когда они с Авелем оба затихли, успокоились, выровняли дыхание и уняли дрожь, прошибавшую их будто бы одновременно, насквозь. Теперь вес тела брата чувствовался отчетливее, чем раньше. Тот был тяжелым, сытым и очень довольным, терся лицом о затылок Тома, бездумно целовал и все еще был внутри. Авель всегда кончал внутрь, если только Томас сам не просил его о другом. Так он хотел показать, что младший принадлежит только ему, и Тома это устраивало, с Диланом они всегда использовали презерватив.
    Томас зашевелился, когда солнце сквозь окно стало припекать и слепить ему глаза. Он поджал пальцы ног, ощущая в них еще легкое приятное покалывание. Все тело стало будто бы ватным. Думать о том, что ему нужно возвращаться наверх и собирать вещи, вообще не хотелось. Том будто бы специально оттягивал этот момент, тихо отмечая изменения в брате, каким он стал, когда наконец добился того, за чем приехал, когда выплеснул весь свой гнев.
    В поведении Авеля не было ничего нового, по крайней мере, Томас этого не заметил. Всю жизнь их отношения строились именно так и больше походили на эмоциональные качели, за коротким, ярким и очень болезненным упадком следовал долгий период подъема, период, когда Авель вел себя настолько идеально, что трудно было даже представить, но после они оба снова летели вниз, и каждый такой раз следы на теле и лице Тома были все отчетливее и заживали все дольше.
    Ко всему в жизни можно было приспособиться или привыкнуть. Томас вот привык и даже не пытался во всем разобраться или вытащить брата из такого состояния, и совсем не потому, что не чувствовал в себе достаточно силы, ведь именно в его силах было Авеля в это состояние и уронить.
    Том бы никогда, ни за что и никому в этом бы не признался, но в душе ему нравилось держать собственного брата на этом невидимом поводке. Когда ему хотелось, он за него тянул, когда нет - ослаблял натяжение, и по лицу получал вполне заслуженно, ведь кому понравится такое обращение? Точно не кому-то, кто носит фамилию Теллер.
    Подняться со стола и выпрямиться в полный рост было той еще задачкой. Том с благодарностью принял помощь брата, обессиленно обнимая его обеими руками за шею и подставляя губы под мягкий, очень бережный поцелуй. Между ног все горело. Из тела текло, и сейчас, в чужом доме, на чужой кухне это ощущение было не самым приятным. С непривычки у Тома возникло чувство, что Авель мог перестараться, поэтому он, облокачиваясь и держась за него, опустил одну руку вниз, мазнул пальцами между собственных ягодиц. Крови не было. На кончиках пальцев остались лишь липкие белесые капли. Томми растер их и снова обнял Авеля, дыша порывисто, его все еще била еле уловимая дрожь.
    Стоять было тяжело, но ни воды, ни еды Томасу не хотелось. Он заглянул в глаза брата. На скуле, куда ударил его Авель, уже проступил синяк и следы кровоподтека. Темные глаза, доставшиеся от матери, блестели, кажется, в них застыли так и не пролившиеся слезы. Томми выглядел потрепанно, неважно. Сейчас он был именно тем маленьким мальчиком, которому очень требовалась защита, очень требовалось родное тепло.
    Он мотнул головой на все вопросы Авеля и, тихо всхлипнув, шепотом проговорил:
    - Мне ничего не хочется. Я хочу домой.



    [nick]Thomas Teller[/nick][status]baby-please-dont-go[/status][icon]https://i.imgur.com/Dxqg3P7.gif[/icon][fandom]<div class=fan2>sons of anarchy</div>[/fandom][lz]<div class=lzname><a href="https://gemcross.rusff.me/">Томас Теллер, 21</a></div><div class=lztext>мы совсем себя не знаем, пока не найдем нужного человека</div>[/lz]

    +1

    17

    [indent] Томми его обнимал. Он снова был с ним жесток, ни секунды его не щадил и даже не пытался сдерживаться, а Томми его обнимал. Это было так тепло и ласково, брат источал такой родной запах, в самой близости его тела было столько знакомого, естественного, правильного, что Авель вдруг яснее ясного почувствовал себя на своём месте, ощутил, что всё так, как должно быть. Он, как водится у всех байкеров на свете, проехал много часов под ветром и ночным небом, а в конце дорогие его ждал приют и ласковое тепло.
    [indent] "Ты - мой дом," - вдруг отчаянно захотелось ему сказать брату, но то ли сбитое дыхание, то ли почти севший голос помешали.
    [indent] Томми его обнимал, и сам Авель всё никак не мог выпустить его из рук. Гладил по волосам, будто успокаивал, совсем как в детстве, мягко скользил рукой по лицу, осторожно обводя наливающийся кровоподтёк, почти невесомо касался дрожащих ресниц, вглядывался в непролитые слёзы, заставлявшие так ярко блестеть родные яркие глаза. Томми всё ещё дрожал, дышал порывисто и тяжело, жался к нему всем телом, как делал маленьким, если увидел плохой сон или слишком больно разбил коленку или распорол руку. И совсем как тогда, Авель слушал частый стук его сердца и мысленно скороговоркой клялся себе, что никогда и ни за что своего Томми не обидит, не оставит, не причинит ему боли, не даст один на один встретиться ни с одной бедой. Что даже будучи сам его главной бедой, сделает всё, чтобы искупать собственное зло всем хорошим, что только сможет придумать и сделать.
    [indent] У Авеля сердце зашлось, когда брат тихо всхлипнул и попросился домой. Он на секунду снова прижал его к себе теснее, а потом торопливо закивал, как будто всё это время Том требовал вернуться в Чарминг, а он противился:
    - Да, конечно, да, радость моя, поехали домой, - Авель пригладил брату волосы, быстро поцеловал его сперва в разбитую скулу, а затем в губы. - Поехали прямо сейчас? У тебя вещи здесь или нужно куда-нибудь сходить? Я помогу тебе собраться, - это было сказано так требовательно, как будто предстояло переезжать с немалым багажом. - Я на байке. Ты сможешь сейчас на байке? Нормально будет? - Авель мягко коснулся бедра Тома, будто без слов уточнял, что к чему: он знал, на что способен и как может перестараться, и хотя в этот раз вроде бы обошлось без крови, уточнить совсем не мешало.

    [nick]Abel Teller[/nick][status]man of mayhem[/status][icon]https://forumupload.ru/uploads/001b/2f/0f/546/206656.png[/icon][fandom]SONS OF ANARCHY[/fandom][lz]Каждый день ты открываешь коробку. И только от тебя зависит, будет это подарок или гроб.[/lz]

    Подпись автора

    спасибо Кевину

    +2

    18

    Томас совсем не представлял, что его ждет, вернись он обратно в Чарминг. Всего полгода назад он вырвался оттуда чуть ли не с боем, а теперь бежал обратно, поджав хвост? Ведь то, за чем он так отчаянно гнался, убегая от себя, от брата, от захолустного города, держащего на коротком поводке каждого, кого считал по-настоящему своим, от города, который породил и вырастил Джекса Теллера, от города, который его же и убил, не осуществилось в полной мере, как он сам того хотел. Том оказался сломан с самого начала и нормальные отношения, чувства с другими оказались слишком хороши для него.
    Признаваться в неудачах самому себе - очень обидно, признаваться в неудачах родному брату - обидно вдвойне. Но, кажется, Авель понимал все без слов. Им двоим всегда было достаточно взгляда, одного прикосновения друг к другу, одного объятия, чтобы понять насколько сильно одному не хватает второго, насколько сильно они нужны друг другу, насколько крепка и нерушима их связь.
    Тому было жаль, что он заблуждался, что очаровался жизнью, для которой не был создан. Сейчас его попытка побега выглядела так жалко, так по-детски глупо, что он не смог сдержать слез. Они остались на щеках двумя мокрыми горячими дорожками, и младший Теллер поспешил уткнуться лицом в плечо брата, чтобы тот не видел, как он плачет.
    - Да, все здесь. Наверху, - через время Том собрался и окончательно пришел в себя, вытирая лицо обеими руками. Тело все еще мелко подрагивало, но это было не критично, как и зудящая тянущая с непривычки боль между ног. Авелю нравилось воображать Тома беззащитным и обходиться с ним очень бережно после всего. На самом деле Томас совершенно таким, каким представлял его брат, не был, но ему было так хорошо именно с этим Авелем, что он был согласен абсолютно на все: на любую боль, любую жестокость, любое унижение, лишь бы потом Авель вновь был ласков с ним.
    - Подай салфетку, - Том кивнул на бумажный рулон, стоящий на подставке. На душ времени уже не оставалось, возможно, придется принять его в каком-нибудь мотеле по дороге. Это старший был привычен к долгим поездкам, верхом на байке, а младший такими привычками похвастаться не мог, ему точно нужно будет перевести дух, помыться, поесть и поспать.
    - Нормально, я справлюсь, - взяв из рук брата несколько салфеток сложенных вместе, Томас поджал губы и стал вытираться, придерживаясь за плечо Авеля свободной рукой.
    Тот смотрел беспокойно, Том ощущал это кожей, и, закончив, специально развернул салфетку, показывая, что на ней, кроме слюны и спермы, больше ничего нет.
    - Сколько нам вообще ехать? Сделаем остановку по дороге? - Попросив, Томас наконец натянул на себя штаны, болтающиеся на уровне колен, и, поморщившись на один глаз, присел, чтобы стереть следы и с пола. Дилан не заслужил, чтобы с ним обходились так, как обошелся с ним Том прямо вот только что. Пусть думает, что это семейные обстоятельства непреодолимой силы, вынудившие сорваться с места и уехать, оставив его и учебу до лучших времен.
    При мыслях об универе Томасу стало как-то не по себе. Ему очень нравилось учиться, нравилась студенческая движуха и атмосфера, жаль, что все это придется отложить на неопределенный срок. Возможно, ему удастся вернуться, когда в Чарминге все уляжется, когда Авель наконец успокоится и примет своего брата таким, какой он есть, с его собственными интересами, желаниями и стремлениями. Это было бы замечательно, жизнь Тома сразу бы стала лучше, но в глубине души он знал, Авель всегда будет держать его, всегда тянуть за собой.
    Бросив смятые салфетки в мусорное ведро и приоткрыв окно, чтобы проветрить кухню, Томас повел Авеля за собой. Кровать в комнате уже не хранила тепло двух тел, но по-прежнему была разобранной, на полу валялись какие-то вещи, на одной из тумбочек лежали книги и стояла чашка с недопитым кофе. На другой была фотография, где Дилан и Том вместе, обнимали друг друга и смеялись. Том помнил тот день, но старательно отвел взгляд и прошел к шкафу, доставая оттуда свои немногочисленные вещи и складывая их на кровать. И все это под пристальным присмотром Авеля.
    - Венди знает, что ты привезешь меня обратно? С кем я буду жить, с ней? - Томми бросил короткий взгляд на брата. Он знал, что Авель за это время успел перебраться в дом их отца и обжить его, но не знал, получит ли приглашение поселиться там вместе с ним. Насколько он помнил, Мия все еще не оставляла надежд и все еще имела на Авеля виды. Тому нужно было прощупать эту почву, но сделать это так, чтобы брат ни о чем не догадался. Если он вернется в Чарминг, он не будет на вторых ролях.


    [nick]Thomas Teller[/nick][status]baby-please-dont-go[/status][icon]https://i.imgur.com/Dxqg3P7.gif[/icon][fandom]<div class=fan2>sons of anarchy</div>[/fandom][lz]<div class=lzname><a href="https://gemcross.rusff.me/">Томас Теллер, 21</a></div><div class=lztext>мы совсем себя не знаем, пока не найдем нужного человека</div>[/lz]

    Отредактировано Riko Moriyama (2022-09-17 21:19:15)

    +2

    19

    [indent] Каждый раз, когда брат демонстрировал, что ему хватает запаса прочности, чтобы выдерживать жестокую страсть Авеля, старший Теллер немного терялся. Ему казалось, что его Тому на самом деле всё-таки плохо или больно, что он просто сдерживается, чтобы не расстроить своего бешеного брата-любовника, и надо как-то помочь, что-нибудь сделать, вот только совершенно не шло в голову, что и как. Сейчас вот тоже не шло, поэтому Авель просто был рядом, готовый ловить желания Тома и выполнять их, как только он попросит, например, сейчас поспешно метнулся за салфеткой и обернулся сразу с четырьмя в руке:
    - На, держи, - он слегка приобнял Тома за талию, чтобы было удобнее. - Ехать... долго, пожалуй, - Авель нахмурился, мысленно прикидывая время и каково будет преодолеть такое расстояние в седле тому, кто не привык сутками на байке. - Часов четырнадцать, думаю, если не гнать, может, двенадцать, - он взглянул на Тома, ласково улыбаясь: - Так что сделаем, конечно, ни одна задница не должна столько сидеть в седле, если только не родилась в нём. Тем более, твоя задница. Кстати, я знаю классный мотель по дороге, чистый, спокойный, и они там даже кормят пиццей и картофельным салатом, - его глаза так и лучились теплотой, пока он рассматривал брата, и было ни цент неважно, что занимался сейчас Том попытками привести в порядок себя и бедную кухню после их сумасшедшего секса.
    [indent] Когда салфетки были выброшены, а окно широко распахнуто, Авель прикрыл глаза и вдохнул полной грудью, ловя себя при этом на странной мысли: все эти полгода, пока Том оставался где-то далеко, дышать по-настоящему не получалось. В груди будто замкнуло железный зажим, и всё время что-то саднило, глухо болело, так, что от свежего воздуха становилось не по себе, и хотелось пить его самыми мелкими глотками. Теперь всё изменилось, всё не так, его Томми с ним, и когда они вдвоём вернутся в Чарминг, Авель снова сполна вдохнёт песчаный ветер родного города и почувствует привычную силу.
    [indent] Том потянул его за собой обратно в комнату, и пришлось очнуться. Авель шагнул туда, готовый помогать, но быстро оказалось, что его помощь вроде как не требуется, и остаётся только стоять посреди комнаты столбом, наблюдать, как брат собирается, и рассматривать обстановку.
    [indent] Чашка с кофе, ни бутылок из-под виски, ни даже пивных. Куча книг, сложенных стопками на тумбочке. Фотография там же - два совсем юных парня обнимаются и беззаботно смеются. Томми и этот его Дилан. Мирная жизнь, чистая. Полная весёлого беспроблемного беспорядка и мягкого уюта. Та, в которой очень дико смотрится Авель Теллер с его армейским ножом и пистолетом за поясом, и "Man of mayhem" на куртке. Та, откуда он совсем скоро заберёт своего младшего брата, который всегда заслуживал самого лучшего.
    [indent] На секунду Авеля кольнуло странной болью: он вдруг представил не Тома в Чарминге, а себя здесь. Он портит глаза за книгами и начинает носить очки. Он пьёт кружками кофе, чтобы не спать и готовиться к занятиям. Он учится... чему? Ну, писательскому делу, например, он же пишет не хуже, чем отец. Они с Томми вдвоём снимают квартиру, вместе спят и не спят, помогают друг другу с учёбой, смотрят умные фильмы и тупые шоу, засыпают одетыми, они лучшие каждый у себя на курсе, они...
    [indent] Голос Тома заставил Авеля вздрогнуть и вырвал из неожиданной фантазии. Несколько секунд он рассматривал брата, пытаясь понять, хочет ли тот к матери на ранчо или вопрос к чему-то другому, а потом махнул рукой на сложности и отозвался:
    - Я рассчитывал, что ты будешь жить со мной, - сказано было настойчиво, даже с нажимом. - Так что поехали туда. В смысле, в отцовский дом, я его сам отремонтировал и уже даже обжил немного, фоток вот наделал тебе показать, - Авель чуть усмехнулся. - Хочешь глянуть? - кажется, только в этом вопросе и прозвучало еле заметное сомнение в желаниях брата.

    [nick]Abel Teller[/nick][status]man of mayhem[/status][icon]https://forumupload.ru/uploads/001b/2f/0f/546/206656.png[/icon][fandom]SONS OF ANARCHY[/fandom][lz]Каждый день ты открываешь коробку. И только от тебя зависит, будет это подарок или гроб.[/lz]

    Подпись автора

    спасибо Кевину

    +2

    20

    Нужных вещей у Томаса было немного. Все они уместились в один рюкзак - полгода спокойной, мирной жизни, из которой нечего даже забрать с собой. Все, что ему не было жалко, он решил оставить здесь: какую-то одежду с символикой университета, все ванные принадлежности, в Чарминге он купит новые, книги, они все равно были из библиотеки, дурацкие игрушки, выигранные на ярмарках, и разные сувениры. Все это не потащишь за собой в прошлое, потому что в Чарминге ничему из этого не было места, Том это понимал, но запретил себе грустить. Он - Теллер, он для всего этого не создан.
    Застегнув молнию и окинув взглядом комнату еще раз, напоследок, Томас развернулся к Авелю, без задней мысли схватившего наживку. В этом плане Тому было с ним предельно просто: Авель был бесхитростным, открытым, как на ладони, и самым прямолинейным человеком, какого младший Теллер только знал, поэтому управляться с ним было так легко. Тот велся на все, что брат ему скармливал, и послушно сидел на цепи, пока Том не начинал провоцировать, натягивая невидимый поводок.
    - Конечно хочу, - отозвался Томас, подходя ближе, упирая одну руку в собственный бок и с интересом заглядывая в экран телефона.
    Авель листал фотографии в галерее, в которых Том узнавал дом отца, их дом. Он совершенно не помнил, как тот выглядел в их детстве, при жизни обоих родителей, но когда они приезжали туда вместе с Венди, будучи подростками, то запомнил расположение комнат и цвет стены. Сейчас на фото они были светлее, дом будто бы ожил благодаря стараниям Авеля, и Томас ощутил в себе желание посмотреть, как все это выглядит на самом деле.
    - Круто, мне нравится, - улыбнулся он, не отрываясь от экрана и неосознанно притормаживая брата на фотографиях комнаты, которая когда-то была его детской. Сейчас та была пустой. - Она пустая? Хочу жить в ней. Только нужно будет на стены постеров повесить, слишком уж они какие-то белые и голые.
    В их комнате на ранчо стена у кровати Тома вся от пола до потолка была заклеена постерами его любимых групп, вырезками из журналов и полароидными снимками. В детстве у него никогда не было своего личного пространства, спальню всегда приходилось делить с Авелем, Венди никогда не заостряла на этом особого внимания, а Томасу по сей день хотелось иметь свой угол, где можно оставаться наедине с самим собой, своими мыслями, почитать или в удовольствие поиграть на гитаре, напевая себе под нос какую-нибудь популярную на радио песенку.
    - Кажется, я готов, можем ехать. Только надо где-нибудь перекусить, я еще не завтракал. Ты тоже? - Кивнув брату на выход, Томас сначала пошел за ним, но вовремя опомнился и вернулся к одной из прикроватных тумбочек, хватая оттуда тюбик со смазкой и пряча его в рюкзаке. У них впереди ночь в мотеле и они вряд ли станут смотреть телевизор, чтобы вырубиться под него.
    Догнав Авеля и идя за ним следом, Том на ходу кинул сообщение для Дилана. Расставаться с ним вот так, без нормальных объяснений было тяжело, но Томас взял себя в руки, ведь тот определенно не заслужил такого бойфренда, как он. Томми изо всех сил старался был с ним искренним, и то, что у него это не вышло, виноват был не Дилан, а он сам.
    Байк Авеля был припаркован на другой стороне улицы. Без спешки перейдя ее, братья подошли к огромному хромированному Харлею, который вообще не вписывался в атмосферу здешнего района, где жили одни студенты, зачастую передвигавшиеся в основном на велосипедах.
    - Выглядит претенциозно, - осмотревшись, без улыбки прокомментировал Том рисунок на баке, изображающий смерть, вместо черенка косы у которой был автомат. Раньше, насколько он помнил, на байке Авеля вообще не было никакой аэрографии. Теперь тот выглядел жутко, и до младшего Теллера только сейчас дошло, куда именно ему предстоит вернуться.
    - Достойно вице-президента, - пояснил он, когда догадался, что брат скорее всего не понял, что значит слово, которое он только что назвал.
    - Давай, садись, - поторопил Томии, поспешив перевести тему. Сейчас для этого разговора было не лучшее место, - мы можем опоздать, а я очень хочу есть.



    [nick]Thomas Teller[/nick][status]baby-please-dont-go[/status][icon]https://i.imgur.com/Dxqg3P7.gif[/icon][fandom]<div class=fan2>sons of anarchy</div>[/fandom][lz]<div class=lzname><a href="https://gemcross.rusff.me/">Томас Теллер, 21</a></div><div class=lztext>мы совсем себя не знаем, пока не найдем нужного человека</div>[/lz]

    Отредактировано Riko Moriyama (2022-09-24 23:15:32)

    +2


    Вы здесь » GEMcross » философский камень » house of the rising sun


    Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно